"Бригада нас встретит работой..."

"...И ты улыбнёшься друзьям,
С которыми - труд, и забота,
И встречный, и жизнь - пополам".

50 лет назад  трудящиеся СССР в едином порыве дорожили каждой минутой:
"Сталеплавильщики второго мартеновского цеха прилагают все усилия к тому чтобы как можно скорее ликвидировать долг по стали.
Но в коллективе находятся люди, которые крайне безответственно относятся к своим обязанностям, нарушают дисциплину.
Недавно, работая в ночную смену, заснула на производстве бригада миксера во главе со старшим микшеровым Буториным. Буторина и его помощников еле разбудили".

"Художник нам изобразил..." - 218

"Скажи, ровесник, ответь, ровесник, шагая навстречу прекрасной заре..."

"... Хранишь ли в сердце бессмертные песни,
Что пели отцы в грозовом Октябре?"

55 лет назад участились случаи похищения советских военнослужащих для варварских экспериментов по кормлению их холодной телятиной:
"Гром среди ясного неба вызвал бы меньшее удивление, чем это событие: лейтенант Кованьков бежал из Восточного Берлина в Западный и попросил там политического убежища. Это было невероятно. В это невозможно было поверить. Но вот уже час, как в штабе советской воинской части шли занятия, а стол Кованькова стоял пустой. В полдень офицеры штаба, сгрудившись у приемника, слушали повторное сообщение западноберлинской радиостанции о побеге советского офицера Алексея Кованькова. Оттого, что диктор говорил на плохом русском языке, еще труднее было поверить в то, что он сообщал. Передача окончилась. Заиграл джаз. Все смотрели на пустой стол Кованькова.

- Не верю. Не верю, и все, - тихо произнес капитан Радчук. Он был не только непосредственным начальником, но и другом Кованькова, они жили в одной квартире.

- Он ночевал дома? - спросил майор Звягинцев.
- Часов до девяти мы играли с ним в шахматы... - Капитан Радчук сморщил лоб, припоминая, как все было. - Потом он сказал, что хочет снести прачке белье... Возился в передней с чемоданом. Кто - то позвонил ему по телефону. Вскоре я услышал, как хлопнула дверь.
- Он ушел с чемоданом?
- Не знаю. Я в это время уже лежал в постели.
- А утром? Вы же всегда на работу шли вместе.
- Обычно мне приходилось его будить. А тут он еще вечером предупредил, что встанет очень рано, так как ему надо сходить за посылкой в гостиницу, где остановился приехавший из Москвы какой - то его земляк.
Майор Звягинцев пожал плечами.
- Странно... очень странно.
- Не верю, не верю, и все, - упрямо повторял Радчук.
- И все же факт остается фактом: его нет. - Лейтенант Уханов кивнул на пустой стол Кованькова. - Ведь всего год, как он у нас в штабе. Разве мы его так уж хорошо знали?
- Да бросьте вы, ей - богу! - возмутился Радчук. - Вы же знаете, что он простой парень, всей душой советский. У него невеста в Москве.
В два часа дня майор Звягинцев вызвал к себе всех офицеров отдела, в котором работал Кованьков. Кроме майора, в кабинете были две стенографистки и незнакомый коренастый парень в хорошо сшитом штатском костюме.
- Поговорим, товарищи, о Кованькове. Скажем все, что мы о нем знаем и думаем. - Майор кивнул на стенографисток. - Под стенограмму поговорим. Так надо. Кто будет говорить первый? Может, вы, Радчук, как его друг, так сказать?
- Почему «так сказать»? - Радчук встал. - Я действительно друг Кованькова.
Стенографистки, держа наготове ручки, бесстрастно смотрели в свои тетради. Незнакомый коренастый парень, сидевший в стороне на диване, сказал:
- Дайте, капитан, общую характеристику Кованькову.
- Лейтенант Алексей Гаврилович Кованьков, - заговорил Радчук скучным рапортующим тоном, - комсомолец, верней, уже кандидат партии, является, на мой взгляд, политически развитым и хорошо подготовленным офицером. Лейтенант Кованьков...
- Не то, не то! - Парень поморщился. - Вы, если можно, по - человечески.
Радчук уловил в просьбе парня дружеское участие к судьбе лейтенанта и заговорил о Кованькове совсем по - другому. Из его слов вырастал знакомый всем облик Алеши Кованькова, которого в штабе успели полюбить и за его добросовестную работу и за веселый нрав. Лейтенанту Уханову, слушавшему Радчука, стало стыдно за то, что он утром говорил о Кованькове. В самом деле, что еще нужно было о нем знать, кроме того, что было известно всем? Родился он в Москве, в семье учителя. Окончив десятилетку, пошел в военное училище. Затем получил назначение в оккупационные войска. Хорошо владел немецким языком и потому сразу был взят в штаб, в отдел, ведающий связями с временными демократическими органами управления одного из районов Восточной Германии.
Радчук кончил говорить и попросил разрешения сесть.
- Одну минуточку, товарищ капитан, - снова обратился к нему парень. - Вы сказали, что не так давно Кованьков подружился с немецкой девушкой. Вы ее знаете?
- Знаю, - немного смутясь, ответил Радчук. - Ее зовут Рената.
- В каких отношениях с ней был Кованьков?
- В очень хороших. Парень усмехнулся:
- Это не ответ.
- Повторяю: в очень хороших, и это самый точный ответ на ваш вопрос. - Радчука обидела усмешка парня.
- Не был ли Кованьков влюблен в Ренату?
Радчук подумал и ответил:
- По - моему, к этому шло.
... Лейтенант Кованьков в это время спал. Да, он спал, и даже видел какой - то приятный сон. Но вот веки его вздрогнули и открылись, сперва чуть - чуть, потом широко. Кованьков приподнял голову, осмотрелся и медленно опустился на подушку... Главное - не забыть все, что случилось за это время, ничего не забыть, ни малейшей детали...
Итак, в девять часов вечера он собрался снести прачке белье. В последнюю минуту, когда он уже надевал шинель, позвонила Рената и предложила побродить часок по городу. Сказала: очень хороший вечер... Вечер, впрочем, был не таким уж хорошим. Даже в ноябре выдаются такие дни, когда осень словно хочет показать, что она не так уж плоха, как о ней думают люди, что она тоже может подарить солнечный день, а вечером развесить в небе звезды. Но все же осень оставалась осенью: пронзительный холодный ветер хлестал в лицо, хлопал сорванными афишами.
Кованьков отнес белье к прачке и встретился с Ренатой. Они бродили по пустеющим к ночи улицам. Говорили о книгах, о звездах, о спорте, о кинофильмах. Молчали о том, что заставляло их бродить вдвоем по городу в этот поздний вечерний час.
Они пересекли Шлоспарк, а затем по улицам Шарлоттен и Массовер вышли к станции метро. Рената показала глазами на синюю неоновую букву, горевшую над входом. Через минуту они уже сели в совершенно пустой вагон подземки и помчались под Берлином. На станции Александерплац вышли из поезда и поднялись на поверхность. Площадь была залита светом. Поздний час здесь еще не чувствовался.
- Пойдем к реке, - предложила Рената.
- К реке так к реке, - засмеялся Кованьков.
И снова они разговаривали, а о чем - и не вспомнишь. У поворота на Варшавский мост Рената остановилась.
- Вот куда я вас затащила!
- Это же не край света.
- Почти край, - вдруг серьезно сказала Рената. - На той стороне уже американский сектор. - Она тряхнула головой и спросила: - Знаете, почему я люблю это место?
Кованьков оглянулся - вокруг не было ничего примечательного.
- Здесь я увидела первый советский танк и первых советских солдат...
- К сожалению, меня в том танке не было, - грустно произнес Кованьков.
Рената посмотрела на часы, Кованьков заметил, что она очень взволнована. Он знал, что под развалинами дома, в который угодила американская фугаска, погибли ее мать и младший брат... Но теперь он не мог не подозревать, что Рената волновалась совсем по другой причине.
Вот что произошло дальше. Возле них остановилось такси.
- Рената, здравствуй! - крикнул мужчина, сидевший рядом с шофером.
Рената помахала ему рукой.
Из машины вылезли двое, рослые, хорошо одетые. Они поздоровались с Ренатой и чуть удивленно посмотрели на Кованькова. Рената сказала:
- Познакомьтесь, это мой советский друг, а это мои немецкие друзья по спорту. - Мужчины пожали руку Кованькову в назвали свои имена. Он не запомнил эти имена. Да и ясно теперь, что имена он услышал, конечно, не настоящие.
- Долго еще собираетесь стеречь мост? - смеясь, спросил у Ренаты один из мужчин.
- Пожалуй, уже пора домой, - ответила Рената...
- Садитесь, мы вас подвезем.
- Поедем? - обратилась Рената к Кованькову.
- Можно, - нетвердо ответил он, понимая, что поступает неосторожно.
Кованьков и оба спортсмена сели на заднем сиденье, Рената - рядом с шофером.
- Вы обращали когда - нибудь внимание на эту церковь? - спросил у Кованькова сидевший слева от него спортсмен.
Кованьков пригнулся, чтобы увидеть церковь, и в это мгновение ему в лицо шмякнуло что - то влажное, очень остро пахнущее... Больше он ничего не помнил вплоть до того, когда очнулся вот в этой комнате. Сколько пробыл без сознания, он не знал: часы с его руки сняли. Окон в комнате не было. На столе стояла большая кружка с черным кофе, на тарелке лежал кусок холодной телятины, на деревянном подносе белела разрезанная на тоненькие ломтики булка. Все это часа два назад внес и поставил на стол высокий костлявый солдат в американской форме..."

"Редко без истерики фильмы об Америке..."

"... Догадаться бы с трех раз,
Что снимают там о нас".

 50 лет назад  мудрое руководство морально готовило советский народ к предстоящим осенним очередям за хлебом:
"Непрерывно скачут вверх цены в США. Газета «Нью-Йорк геральд трибюн» сообщала, что в феврале стоимость жизни достигла здесь рекордного уровня. Она продолжала расти в марте, апреле, июне. Одновременно с повышением цен на продовольствие росли цены на одежду, домашнюю утварь.
Розничные цены на сахар повысились в США к маю текущего года вдвое и достигли самого высокого уровня за последние 40 лет. Это результат агрессивной политики Вашингтона в отношении Кубы. Полностью отменив предоставленную Кубе квоту ввоза сахара, США тем самым ударили по малообеспеченным слоям населения.
В Нью-Йорке, Вашингтоне и других городах хозяйки штурмом берут бакалейные магазины, запасы сахара тают на глазах".

"Я вижу снова, как и прежде – над взбаламученной Невой..."

"... В старинной дедовской одежде
Стоит озябший часовой".

40 лет назад в СССР будущие призывники в армию и флот жадно ловили из рассказов старых дедов малейшие возможные подробности своей собственной неизбежной скорой встречи с дедовщиной:
"В домоуправлении № 19 управления коммунального хозяйства комбината состоялась встреча с бывшим моряком, служившим в двадцатые годы на Балтийском и Черном морях. Это ветеран города, участник гражданской и Великой Отечественной войн, кавалер многих орденов и медалей семидесятилетний Ф. М. Зубарев. Пионеры, участники походов по местам боевой славы, внимательно слушали воспоминания старого моряка о его встрече с К. Е. Ворошиловым.

Очень увлекательным был рассказ о жизни моряков с «Марата», об их  любимце— маленьком медвежонке, который был на корабле. Медвежонок был забавен, за кусочек сахара  чистил языком пуговицы на бушлатах".

"Сегодня выпал день хороший..."

"... С утра осенний дождик льет.
Теряя в слякоти калоши,
Идет по улицам народ".

60 лет назад в хороших советских общежитиях было особенно заметно, что хорошее - враг лучшего:
"На открытом комсомольском собрании котельно-ремонтного цеха 14 августа были подвергнуты справедливой критике некоторые руководители комбината за невнимательное отношение к бытовым условиям молодых рабочих нашего цеха. До августа этого года большинство молодежи нашего цеха проживало в интернате на правом берегу Урала, где было все благоустроено. Но вот по каким-то соображениям руководители УКХ переселили рабочих нашего цеха из интерната в общежитие № 5-а. Правда, общежитие это хорошее, но в нем отсутствуют самые элементарные бытовые условия: горячая вода, буфет, радио, часы, красный уголок, газеты, мебель".

"Мы везде, где трудно, дорог каждый час..."

"Трудовые будни -
Праздники для нас".
Прошло чуть меньше шестидесяти девяти месяцев с того дня, как начали мы покупать и продавать ценные бумаги на рынках США, имея на своём счету $5000. Стоимость нашего портфеля на 1 августа 2013 года составляет $19987:

Остаток наличных на конец июля 2013 года составляет $2252.

 

Итак, наш счёт на конец июля 2013 года мы можем оценить в $22239, что означает увеличение счёта за июль на $2896, или на 15%. С начала 2013 года счёт стал больше на $7202, или на 48%. С 8 ноября 2007 года по 31 июля 2013 года счёт увеличился на $17239, или на 345%.

"Мы делим отдых краснолесья, под копошенье мураша..."

"... Сосновою снотворной смесью
Лимона с ладаном дыша".

50 лет назад все условия были предоставлены советским людям и для полноценного ежегодного отдыха: 

"...Воздух чистый, живительный.
Это — Абзаково, один из живописных уголков Урала, одно из мест отдыха металлургов Магнитки. Много сделано для них. Уютные дачи построены среди леса, несколько домов расположены ближе к железнодорожной станции.
А по берегу капризной Кизилки белеют палатки. В дачах, домах и палатках сотни тех, чей труд создает славу нашему городу, кто упорно борется за свершение планов семилетки. Здесь они проводят свой отпуск, отдыхают вместе с семьями. Сюда приезжают во время «больших пересменок» целые бригады.
Красота Уральских гор, вспененная река, уютные рощи вызывают восхищение и радостное удивление. И действительно много здесь удивительного для прибывшего горожанина. И как не удивляться, если на склоне горы среди деревьев вдруг видишь два товарных вагона? Кто и когда по бездорожью приволок их за несколько километров от железнодорожной линии и установил колесами на мшистые камни, оборудовав под мастерские?
Еще больше изумления вызываот посещения леса. Кто грибы показывает, кто ягодами хвалится, кто разжигает зависть охотников рассказом о вылетевших из-под самых ног тетеревах. А  кто-то уверяет, что змею видел. Так убедительно доказывает, так вникает в подробности, так перепутывает их, что не поймешь - то ли он змею видел, то ли змея его видела.

А какой рыбак устоит от соблазна попытать счастья на берегу реки? Уединяется он в прибрежном лозняке и стоически выдерживая атаки жадного комарья, часами следит за качающимся в волнах поплавком. Другой, надев охотничьи сапоги, забредет глубже, ворочает камни, под которыми предполагается излюбленное жилище налима. С берега он получает массу полезных советов, один из которых состоит в том, что надо дать налиму заглотать указательный палец, затем палец согнуть и смело тащить добычу. К сожалению, любитель не может воспользоваться советом по той простой причине что налим не спешит попадаться на глаза.

А вдоль берега на траве, на песке загорают отдыхающие. Резвая детвора плещется в прохладных струях реки.

Не первый год отдыхают здесь металлурги, однако нельзя сказать, что профсоюзный комитет, управление коммунального хозяйства извлекают уроки из прошлого, чтобы с каждым летним сезоном условия были лучше. Полсезона прошло в этом году, пока урегулировали график обедов,  завтраков, ужинов. Шутка ли — в очередях в столовых ежедневно терял каждый отдыхающий по 5 часов!
А медицинское обслуживание. В лесу в красивой даче разместили здравпункт. Там сестра, лекарства. Там и красочные плакаты, разъясняющие, что надо делать при укусе эмеи, скорпиона, каракурта, бешеного волка и другой нечести, может и не обитающей в данной местности. Пользоваться услугами здравпункта здесь могли полторы сотни отдыхающих. А в три раза большая часть их, живущая в домах за три километра от здравпункта, лишена была медпомощи. Здесь на этажерке заведующей хозяйством  А. Андреевой лежали порошки, оставленные медицинской сестрой на случай, если кому понадобятся. Хозяйственница делила их на две категории — «от головы» и «от живота». Сообразно этой классификации занемогшие сами выбирали себе нужные порошки, для верности и перестраховки иногда принимая сразу и «от головы» и «от живота».

"Художник нам изобразил..." - 217

"В том имени правда и сила..."

"...  И мирная правда труда,
Оно нашу жизнь озарило,
Оно нам сияет везде и всегда"

60 лет назад  всё продолжала и продолжала отдаваться гулом в головах советских людей выдающаяся речь товарища Маленкова:

"Речь Председателя Совета Министров СССР Г. М. Маленкова на пятой сессии Верховного Совета СССР встречена с большим под'емом в коллективе второго мартеновского цеха — лучшего мартеновского цеха страны. 9 августа коллектив цеха на стахановской вахте в честь сессии выдал несколько сот тонн стали сверх плана. На следующий день бригада начальника смены т. Никуленко собралась до начала работы в красном уголке цеха для того, чтобы начать изучение речи товарища Маленкова.

Диспетчер В. Н. Менщиков читает текст речи товарища Маленкова, все внимательно слушают простые и близкие сердцу советского человека цифры и показатели о распределении Государственного бюджета СССР на 1953 год.

После читки доклада многим хочется выразить свои чувства любви и  преданности партии и Советскому правительству. Слово берет машинист разливочного крана т. Кашкин.
— В выступлении товарища Маленкова хорошо показано, как наша страна с каждым годом становится все крепче и крепче,— говорит т. Кашкин. — Об этом ярко свидетельствует систематическое снижение цен на товары широкого потребления. Мы мирные люди, и наш труд направлен на укрепление дела мира, на улучшение нашей жизни. Я беру на себя обязательство своевременно обеспечивать прием металла от печей, не допускать простоев агрегата. Это будет нашим ответом на заботу партии и правительства о нас, простых людях".

"Думы народные в жизнь воплощая, в бурях крепка как скала..."

"... В грозных сраженьях врагов сокрушая,
Партия наша росла".

 

60 лет назад в СССР партийные вожаки чутко прислушивались к просьбам простых тружеников:
"Руководители газового цеха бездушно относятся к нуждам трудящихся. Об этом наглядно говорит такой факт. 8 августа я попросил машину для  перевозки вещей с одной квартиры на другую, но мне ответили, что машина на ремонте. В пять часов вечера машина была в полней исправности, но в это время она оказалась необходима секретарю парторганзации цеха т. Морозову для загородной поездки за сеном для своей коровы. Таким образом, я прождал машину целый день и ушел ни с чем. П. Петров, газовщик газового цеха".

"Мы с детства, любя это имя, храним его в сердце своем..."

"... Всё дальше путями прямыми
Мы с именем этим по жизни идём".

60 лет назад в СССР сила и мощь били из речей товарища Маленкова:

"Великая забота о благе народа.

8 августа, когда радио известило о выступлении на пятой сессии Верховного Совета ССОР Председателя Совета Министров СССР товарища Маленкова, в молодежном общежитии № 9 комбината было организовано коллективное слушание радио. В комнатах отдыха за несколько минут у репродукторов собрались все жильцы. Они с огромным вниманием прослушали речь главы Советского правительства Г. М. Маленкова.

После передачи жильцы общежития делились друг с другом своими  впечатлениями. Рабочий г. Никитин оказал:
— В выступлении товарища Маленкова чувствуется сила и мощь нашего Советского государства. В его речи выражена глубочайшая забота партии и правительства об улучшении материального благосостояния народа. Эта яркая речь воодушевляет всех нас на новые трудовые успехи.
— Я прослушал речь товарища Маленкова с огромным вниманием,— сказал рабочий т. Андрюшко. — Эта программная речь коммунистического строительства оставила неизгладимое впечатление. Мы все глубоко благодарны нашей родной Коммунистической партии и Советскому правительству за заботу о советских людях, о развитии промышленной продукции широкого потребления для населения, о дальнейшем улучшении жизненного уровня  рабочих и крестьян нашей страны.

 И. Гладков, воспитатель общежития № 9".

"А было это поле когда-то полем боя..."

"... По ленте транспортерной снаряд восходит черный.
Картофельное поле, да ты не видишь что ли?
Смертельным урожаем находка угрожает!
В тот миг узнало поле порыв железной воли:
Уносит внук солдата снаряд к груди прижатый.
Разрыв раздался в поле.
Ценой  последней боли
Студент в тот день осенний принес друзьям спасенье.
Картофельное поле, ты стало полем боя.
Ты стало полем боя  и родиной героя!"

50  лет назад в СССР поражал любое воображение ассортимент блюд на столе рабочего человека:

"— Дайте мне котлету с картошкой, — спрашивает рабочий в четырнадцатой столовой.

— Нельзя, она идет только с жареным мясом,—отвечает, раздатчица.
Тот же, примерно, ответ можно услышать и в других цеховых столовых. Везде она подается как блюдо-деликатес, только в жареном виде или вареная с молоком. Нет ее в повседневном гарнире-пюре, в суп или окрошку она добавляется как ценная приправа. А русский человек не привык на картошку смотреть, как на редкость, например, как на банан, апельсин или гранату."

"Мы кочны капустные на лугу найдём..."

"... Кочерыжки вкусные вместе погрызем".

60 лет назад отдельные нерадивые товарищи тормозили наступление изобилия в СССР:

"B подсобных хозяйствах нашего комбината в этом году выращен богатый урожай овощей. Однако руководители отдела рабочего снабжения до сих пор ничего не сделали, чтобы правильно организовать торговлю овощами в городе.

Пользуясь отсутствием должного контроля и руководства со стороны  начальника ОРСа т. Фаттахова, начальника торгового сектора т. Ермолаева и заместителя директора продбазы т. Кондрашкина, многие работники магазинов не утруждают себя заботой по продаже капусты, лука и других овощей для населения. Об этом наглядно говорят такие возмутительные факты.
5 августа шофер т. Ледяев доставил из совхоза «Поля орошения» две с половиной тонны капусты в магазин № 12, но руководители магазина отказались принять ее. После этого машина была направлена в магазин № 23, но там произошла та же история. Затем машина с капустой под'езжала еще к трем магазинам и через десять часов возвратилась с капустой в совхоз.
6 августа шофер т. Панасюк по разнарядке ОРСа доставил из молочно-овощного совхоза в магазин № 32 капусту, лук и огурцы. Работники магазина отказались от капусты и лука, но хотели принять только огурцы. Шофер не дал на это согласие и уехал на продбазу, но и там отказались принять овощи. После длительных простоев шофер подогнал машину к ОРСу, где была дана команда перегрузить капусту, лук и огурцы на другую машину и отправить в совхоз Северный.
Такие факты повторяются очень часто. Спрашивается, когда же руководители ОРСа прекратят бесхозяйственность в использовании автотранспорта и наведут надлежащий порядок в торговле овощами?"

"Собираем в августе урожай плодов..."

"... Много людям радости
После всех трудов".

30 лет назад всем людям доброй воли казались ошеломительными успехи  социалистического сельского хозяйства:

"В сельскохозяйственном цехе комбината.

Летняя пора в зените. На прилавках магазинов и овощных базаров пестро от разнообразия овощей и ягод, появляются в продаже и летние сорта яблок. Август — время, когда уже можно подводить первые итоги сельскохозяйственного года, посчитать урожай, начать подготовку к будущему овощно-фруктово-ягодному сезону.

Итак, теплично-садовый совхоз, подсобное хозяйство комбината.
Рассказывают главный агроном хозяйства Марлен Шарифович Утюшев и агроном сада Анна Ивановна Соскевич.

М. Ш. Утюшев: Сбор ягод в совхозе практически закончился. Еще кое-где мы добираем остатки, да облепиха на подходе — еще не созрела окончательно. Можно сказать, урожай ягод нынче неважный . Морозы в конце мая совпали с цветением малины, земляники, смородины. Пострадали и фруктовые деревья. В результате груш у нас нет совсем, яблок соберем в пять раз меньше, чем рассчитывали. Земляники и малины собрали в два раза меньше. Мало в этом году и смородины. В общем, хвастать особенно нечем. Сейчас мы ведем массовый сбор огурцов. Каждый день отправляем от 20 до 40 тонн. Поступают они в комбинат питания, в наш консервный цех, в торговую сеть города. Огурцов много. Но и здесь у совхоза есть свои трудности. Первая — нехватка рабочих рук. Каждый день нам нужно 500—-600 рабочих. А набираем мы 300—350 человек. Среди них 70—80 школьников , человек 60 присылает заводоуправление комбината и около двухсот горожан. Это очень мало. А ведь огурцы — овощи нежные. Вовремя не соберешь — и пожелтели. Пропал урожай. К сведению горожан, которых мы постоянно приглашаем работать на прополку и уборку овощей, хочу сказать: расчеты с населением мы производим по желанию овощами. Причем цена их для наших помощников на 40 процентов ниже, чем в магазине. Вторая трудность — сбыт уже собранной продукции, в частности, огурцов. По существующему порядку, в продажу огурцы сейчас поступают по цене 60 копеек. Только после 15 августа цена снизится до 40 копеек. Однако покупатели забывают, что в нашей местности, как правило, в первой декаде августа случаются заморозки. Не исключены они и в нынешнем году. А это значит, огурцов будет намного меньше и качество их будет хуже. Поэтому хозяйкам , заготавливающим в зиму консервированные и соленые огурцы, я бы советовал не откладывать их закупку надолго".

"Художник нам изобразил..." - 216

"И встречусь я в твоих глазах не с голубой, пустой..."

"... А с женской, в горе и страстях
Рожденной чистотой".

 

60 лет назад радовал советских труженников могучий и дружный отряд работников общественного питания:
"В котельно-ремонтном цехе есть столовая, которая является филиалом столовой № 16. Рабочие цеха неоднократно указывали на беспорядки в этой столовой. Об этом писала и наша стенная газета «Котельщик», но до сих пор положение не улучшилось. При входе в столовую видишь грязь, столы убираются небрежно, над ними роятся тучи мух. Тут же в зале выстроилась батарея ведер с помоями. Много раз рабочие просили заведующую производством т. Полякову убрать эти ведра, но просьбы не возымели действия. На столах нет графинов с водой, не бывает горчицы, соли. Качество пищи также не отвечает требованиям. 3 августа рабочие Н. Кравченко, Л. Шеренкова и другие купили колбасу с гарниром и вынуждены были ее выбросить, так как она оказалась испорченной. Чтобы покушать в столовой, нужно весь обеденный перерыв стоять в очереди, так как обслуживание очень медленное. Сейчас в городе свежие овощи, а в нашей столовой это редкое явление".

"Как позвоночник - сквозь весь Вьетнам дорога номер один..."

"...Пылают деревни по сторонам

Обгон, давай погудим.

В опасную зону меня несёт

Среди мезозойских глыб

Железный ульяновский вездеход,

Который зовётся "джип".

45 лет назад вниманию требовательный советских читателей предлагалась вот такая крепкая литература из-под братских перьев:

"В центре повествования комиссар полка, старый революционер Суан и молодой артиллерийский офицер Дык. По-разному складываются их судьбы, но оба они в тяжелый для родины час готовы отдать за нее жизнь. Автору удалось изобразить широкую панораму всенародной войны. Рядом с солдатами сражаются ополченцы; сельские труженики строят боевые позиции, прокладывают дороги для пушек, а во время боя помогают зенитчикам, выносят раненых. Так ратный труд и труд созидательный сочетаются в сегодняшних героических буднях Вьетнама...

"— Внимание, товарищи, — громко, перекрывая все голоса, сказал Хюйен, — сейчас в каждом расчете провести летучки. Пускай люди выступят с самокритикой: какие у нас в сегодняшнем бою были недостатки и какие успехи. Сделаем необходимые выводы и обсудим, как будем драться завтра. Затем — осмотр орудий и боекомплектов и подготовка техники к транспортировке. После чего расчеты купаются поочередно. Сегодня всем лечь пораньше. Первое орудие — дежурное. Парторгам расчетов остаться. Остальным — разойтись!"

"Уминая снег зернистый, впеременку – пляс не пляс..."

"... Возле танка два танкиста
Греют ноги про запас".



65 лет назад в СССР будущая говорящая теле-жаба 1970-х, политический обозреватель газеты "Правда" товарищ  Юрий Жуков,  уже прознала ход за впечатлениями на капзапад:  

"Мордобой, пьянство, употребление наркотиков, разврат считаются в определённых кругах американской молодёжи своеобразными признаками молодечества, лихости. Мне не раз приходилось наблюдать на Бродвее, как компании юнцов - парней с небрежно повязанными галстуками и всклокоченными волосами и девчонок в брюках с нарумяненными физиономиями - проводят свободный вечер. Пошатываясь, они слоняются в обнимку из одного бара в другой, поглощая виски с содой стакан за стаканом; смотрят за пять центов, прильнув к щели киноавтомата, непристойные короткометражные фильмы; гогочут над порнографическими открытками, свободно продающимися в ночных книжных магазинах; ныряют в битком набитые дансинги, где пляшут дикие танцы, которых посовестился бы самый отсталый туземец с тихоокеанских островов".