"На дворе коровы нет, маслом не рыгается…"

"… По двору ходит петух, 
Матерно ругается". 
 

75 лет назад в СССР просто и убедительно игрались, как правило, роли секретарей партийных организаций:
"Горийский театр в Тбилиси
"Уча Учардия"
Комедия В. Патарая "Уча Учардия" вошла в репертуар гастрольных спектаклей, показываемых горийцами в Тбилиси.
Сюжетом для своей комедии В. Патарая взял жизнь грузинского колхоза в послевоенные годы.
В результате слабого руководства председателя правления Пулария колхоз "Ганахлеба" отстает в выполнении производственных планов. В артели плохо организован труд, часть колхозников недобросовестно относится к своим обязанностям.
Районный комитет партии выдвигает на пост председателя колхоза нового человека, бывшего фронтовика, бригадира Уча Учардия.
Умелым подходом к людям, своими организаторскими способностями новый руководитель преодолевает трудности, выводит колхоз в ряды передовых. За трудовые подвиги многие члены артели удостаиваются правительственных наград.
Наша критика в свое время отмечала недостатки комедии "Уча Учардия". Основной из них — некоторая схематичность пьесы и недостаточно убедительный показ процесса воспитания людей.
Постановка пьесы "Уча Учардия" в Горийском театре (режиссер-постановшик заслуженный деятель искусств И. Годзиашвили) являет собою наглядный пример того, как опытная режиссура и талантливый актерский коллектив при вдумчивом отношении к пьесе могут в большой море сгладить ее отдельные недостатки.
Удачу постановки комедии "Уча Учардия" в Горийском театре следует объяснить прежде всего тщательной работой над ней режиссера и коллектива театра совместно с автором. В ходе этой работы текст пьесы в отдельных местах подвергся изменениям, которые придали спектаклю иное, более глубокое звучание.
Стараясь сгладить эпизодичность пьесы, режиссер И. Годзиашвили решает задачу постановки спектакля на двух сменяющихся площадках. Этот удачный прием помогает избежать многокартинности, которая обычно отвлекает зрителя и тем самым мешает ему сосредоточить свое внимание на главном.
По самое существенное — это то, что режиссером найдена убедительная мотивировка поведения действующих в пьесе лиц. Основная идея спектакля, каким его показывает Горийский театр, — значение труда, как дела чести, доблести и геройства советских людей. Выдвигая эту тему на первый план, постановщик сознательно снижает нарочитую комедийность ряда эпизодов, придавая им побочный характер в общем развитии действия. Вследствие этого образы людей, показанных автором обобщенно отрицательными, выглядят уже иначе. Это — люди с обычными человеческими недостатками, от которых их можно освободить правильно поставленной воспитательной работой.
В результате вдумчивого и оправданного подхода к трактовке пьесы стали более жизненными и положительными персонажи комедии. Образ председателя колхоза Уча Учардия, выглядевший в постановках других театров бледным, схематичным, в спектакле горийцев стал художественно правдивым, центральным.
В успешном разрешении творческих задач, намеченных режиссером в постановке спектакля "Уча Учардия", сказалось незаурядное профессиональное мастерство актера.
Непрестанно растущий творческий коллектив Горийского театра играет комедию "Уча Учардия" дружно, с подъемом, в нужном ритме. Артисты создают жизненные характеры, выражающие идейный замысел автора и постановщика комедии.
С поднятием занавеса зрителя сразу же захватывают происходящие па сцене события, и он живо откликается на них.
Роль Уча Учардия играет заслуженный артист республики Ш. Хаджалия. Роль эта, может быть, не вполне отвечает его комедийному дарованию, однако артист успешно справляется с нею, создавая верный образ большевика, руководителя артельного хозяйства. Действия его осмыслены и оправданы, чутким подходом к людям. Уча Учардия ведет за собой колхозников, перевоспитывает тех из них, которые не во всем еще успели освободиться от пережитков прошлого. Роль Уча Учардия — одна из лучших в большом репертуаре талантливого артиста Ш. Хаджалия.
Просто и убедительно играет роль секретаря колхозной партийной организации артист С. Каландаришвили.
Привлекательна своей непосредственностью и искренностью артистка К. Бочоришвили в роли колхозницы Баби. Это одна из тех женщин, которых Уча Учардич сумел перевоспитать и сделать активными участниками колхозной жизни, колхозного труда. К числу этих же людей относится и Романоз Хихашуа, роль которого играет заслуженный артист республики Ш. Херхеулидзе. Бывший фронтовик, имеющий боевые награды, Хихашуа попал одно время под влияние мало сознательных людей, мешавших колхозу в выполнении его производственного плана. Артист Херхеулидзе мастерски ведет свою роль, давая зрителю понять, что Хихашуа может стать и станет полезным тружеником.
Хорошо играет роль заведующего клубом Хату Бегия артист И. Осадзе.
Удачно справляются со своими ролями артисты Н. Сагарадзе (Медина Хварцкалия). М. Бахтадзе (колхозница Шелия), Р. Цабадзе (колхозница Чхолария), Ш. Имерлишвили (бывший председатель колхоза Пулария), В. Кахниашвили (кладовщик колхоза Торонджия), С. Гонгадзе (счетовод Мосидзе), Е. Аракелов (пчеловод Почхуа), Г. Цицкишвили (колхозник Ханагуа), С. Грикуров и В. Габисиани (старики-колхозники).
Спектакль "Уча Учардия" — безусловно значительная творческая удача Горийского театра.
Г. Бухникашвили".
("Заря Востока", 1951, № 149 (27 июня, с. 3).

"Звенят метелочки овса, пшеница входит в колос…"

"… Земля моя, моя краса" —
Поет счастливый голос".
 

70 лет назад в СССР песни и смех заканчивались с началом работы в колхозе или на больших стройках повсюду:
 
"Литературная страница
 
… Мы люди мирного труда
 
Я с ранней утренней прохладой,
В руках с увесистым багром,
С веселой дружною бригадой
Иду ломать речной залом.
 
Река течет спокойно, ровно,
Вдали в извилине крутой
Ее простор покрыли бревна,
перекрестившись меж собой.
 
Вот наша славная бригада
Поднялась вся на косогор,
Под нами точно баррикада
Лежит бревенчатый затор.
 
Минуты две мы покурили
И все стремительно потом
Багры железные вонзили
В перекрестившийся залом.
 
Раздались крики: раз, два, взяли!
Свою в работе зная цель,
Залом мы быстро разбирали,
И по течению сплавляли
В огромный сухонский кошель.
 
Работа спорилась, кипела,
С соревнованием в труде
Мы размолевывали смело
Залом из бревен на воде.
 
Часов за восемь всей работы
Нам кубометров тысяч пять
Залома крепкого по счету
Пришлось тогда размолевать.
 
Вот так мы матери-отчизне
Помочь стараемся всегда,
Строители счастливой жизни
И люди мирного труда.
 
А. Богданов, рабочий У-Царевского рейда.
----
… Моим товарищам
 
Лежу у окна
И гляжу на восток,
А там уж
Заря поднимается.
А сердце мое
Все тоскует о нем,
Близком краю и богатом.
… В школе веселье,
Тут пляски и смех,
Ребята поют, веселятся,
А время придет
И они все пойдут
Работать в колхоз,
На стройки большие повсюду.
Машины и люди
Спешат на поля,
Стараются выполнить норму.
И старый и малый
Идут убирать
Колхозное наша богатство.
Коля Беляевский, ученик 4-го класса, санаторий "Десятина".
 
("Рабочий леса", Тотьма, 1956, № 77 (27 июня), с. 3).

"В цвет крови пролитой и в цвет огня…"

"… Одет билет партийный у меня,
И смотрит зорко Ленин вдаль с портрета.
Где разума и доброты предел?!
И как мерило наших правых дел
Огромность и крылатость партбилета".
 

40 лет назад в СССР производительные силы делились порой в производственных отношениях на два лагеря — дельцов и ротозеев:
"Частнособственническая психология — психология безнравственности
Расхитители
Сначала давайте хотя бы бегло обрисуем те ситуации, те жизненные коллизии, при которых совершаются хищения — крупные и особо крупные. Иначе говоря, давайте вместе с вами, читатель, попытаемся проследить определенные закономерности, способствующие обкрадыванию иными лицами государства, а стало быть, всех тех, кто в своих делах и поступках руководствуется добросовестностью, кто честно трудится и живет только на трудовые доходы.
...Почему крупные хищения чаще всего совершаются не на крупных предприятиях, а, напротив, на мелких производствах? Ответ лежит на поверхности: да потому, что на крупных предприятиях куда более серьезно и основательно поставлены первичный учет и контроль за прохождением материальных ценностей. Но зато какая благодатная среда для расхитителей всевозможные мелкие, полукустарные цеха и производства, существующие при различных обществах и ведомствах!
Взять хотя бы Тбилисский производственный комбинат республиканского Госкомитета по физкультуре и спорту. Для чего он существует, вроде бы понятно: для того, чтобы экипировать спортсменов и просто физкультурников формой и инвентарем. Хотя, конечно, если честно, то все, занимающиеся спортом, щеголяют в импортной форме, да и инвентарь предпочитают тоже не отечественный, и уж, во всяком случае, никак не местного производства.
Для чего же тогда производственный комбинат, существующий при Спорткомитете?
Как для чего — а дельцам где же обитать? Один из них, Фарвиз Нодия, работавший начальником цеха, воровал у государства старым-престарым способом — с помощью "мертвых душ". Он фиктивно наоформлял разного рода нечистоплотных людишек, которые за одну лишь свою подпись в платежной ведомости получали десять процентов выписанной им суммы, а остальное отдавали "цеховику" Нодия. Впрочем, не он один здесь орудовал, хватало и других "жучков", гребущих в свой карман государственные деньги.
Колорист цеха, где начальником был Нодия, Вачик Назарян, войдя в сговор с упаковщиком завода резинотехнических и химических изделий Оганезом Галояном и старшим продавцом магазина № 28 тбилисского объединения "Спорттовары" Тамазом Хухашвили, наладил производство и сбыт "левой" продукции. Понятно, что дельцы могли развернуться лишь при одном, самом главном для их преступной деятельности, условии: осутствии четкого порядка в работе производственного комбината.
Неумение или нежелание иных должностных лиц добросовестно, если хотите, педантично-скрупулезно, выполнять свои служебные обязанности, то есть делать то, что им, собственно, и поручено, порождает ситуацию, в которой нередко возникают два лагеря — дельцов и ротозеев.
В одном из случаев дельцами оказались две женщины, а ротозеями — двое мужчин, занимавших, кстати, такие посты, на которые назначают лишь людей хватких и цепких, наивностью не страдающих. Давайте познакомимся с этой четверкой. Назиброла Чхаидзе работала бухгалтером отдела капитального строительства Ланчхутского РАПО. Ее коллега по профессии, бухгалтер Русудан Орагвелидзе, трудилась бухгалтером в Ланчхутском отделении Госбанка. Вдвоем они расхитили свыше 43 тысяч рублей, за что и получили: первая — 12, а вторая — 11 лет лишения свободы. Но преступный этот тандем не смог бы действовать, если бы не ротозейство двух специалистов, разновременно работавших прорабами Ланчхутского участка Цхакаевского СУ № 2 Минстроя республики, — Валериана Зенаишвили и Теймураза Имнадзе. Оба они не только совершенно не контролировали количество и целевое назначение разного вида сумм, вносимых Чхаидзе в чеки, но порой даже расписывались на незаполненных чеках. Доверяли кассиру? Но ведь существующая повсеместно регламентация деятельности должностных лиц, свод нормативных актов, указывающих, что и как надлежит делать каждому работнику, направлены отнюдь не на разжигание подозрительности и взаимного недоверия между сослуживцами — направлены на обеспечение четкого государственного порядка и дисциплины, к чему нас сегодня и призывает партия, нацеливая на коренную перестройку работы на всех участках, во всех сферах общественной деятельности.
Еще один преступный тандем, еще одна сходная с вышеописанной ситуация. Знакомьтесь: Вахтанг Намгалаури, главный бухгалтер Душетского райузла связи, и Мариам Чохелашвили, начальник отделения связи в селе Мчадиджвари. Договорившись, они подделывали документы строгой финансовой отчетности и таким образом расхитили свыше тридцати трех тысяч рублей. Заметим: согласно инструкции, работа сельского отделения связи должна была ревизоваться дважды в год. Однако с сентября 1984 года по июнь 1985 года она так ни разу и не была проверена. Почему? Да потому, что главбух Намгатаури говорил инспектору райузла связи и ревизору-бухгалтеру, что Мчадиджварское отделение он проверил лично, там полный порядок. Вот и не проводили ревизии те, кто обязан был их проводить.
А Гугули Меладзе предпочитала действовать в одиночку. Работая заведующей-продавцом магазина села Патрикети зоны г. Цхалтубо, она, вконец проворовавшись и присвоив свыше 64 тысяч рублей (зачем ей, немолодой, одинокой женщине, такие бешеные деньги? Но это уже другой разговор), не придумала ничего лучшего, как поджечь сельмаг, где сгорело разных ценностей еще на 14 с лишним тысяч рублей. Примечательно, что в Патрикетском магазине многократно проводились инвентаризации. Но проводились они завотделом потребобщества Василием Натрошвили и главным бухгалтером Кукури Дидава настолько безобразно, тяп-ляп, что Меладзе каждый раз успевала покрывать имеющуюся недостачу невесть откуда взятыми товарами. Где она их раздобывала,
это, увы, так и осталось невыясненным ни следствием, ни судом.
Коллега Меладзе, продавец ларька Гардабанского райпо Тамила Мамедова, расхитила куда меньшую, хотя тоже весьма внушительную, сумму — около двадцати тысяч рублей. Главбуху райпо Абузару Гасанову она дала взятку за сокрытие недостачи, что тот охотно и сделал. Другой проверяющий, экономист райпо Саят Махмудов, вроде бы по дружбе, бескорыстно — корысти в его действиях суд не установил — предупредил заранее Мамедову о предстоящей в продларьке инвентаризации, а затем тоже пошел на подлог документов для сокрытия недостачи, то есть хищения. Остается лишь недоумевать по поводу той кадровой политики как в системе Гардабанского райпо, так и в некоторых других аналогичных звеньях кооперативной торговли, которая широко открывает двери перед нечестными работниками, проникающими зачастую на весьма ответственные посты.
А вот уже крупное предприятие — руставское производственное объединение "Азот". Но отсутствие порядка и здесь сыграло на руку дельцам. Два матерых расхитителя — зав складом Давид Самхарадзе и водитель Василий Рехвиашвили — приговорены соответственно к 11 и 10 годам лишения свободы. Их пособники — начальник цеха Темури Тепнадзе, кладовщик Джаниери Цулая и начальник участка Тамаз Читадзе — получили поменьше: шесть, пять и три года отсидки.
И опять приходится констатировать: хищения не было бы, если бы заместитель начальника отдела капстроительства ПО "Азот" И. Азнауров и главбух этого же отдела Т. Гачечиладзе надлежащим образом исполняли свои обязанности, не проявляли бы халатности, столь желанной сердцу расхитителя.
Нельзя не сказать и о том, что трое из преступной пятерки — Тепнадзе, Цулая и Читадзе — являлись членами партии. Факт, красноречиво свидетельствующий о боеспособности и нравственно-политической стойкости и зрелости парторганизации объединения, призванной в числе прочих решать и эту важную задачу: предупреждение и своевременное пресечение хищений государственного имущества, других нарушений социалистической законности со стороны членов этого трудового коллектива.
В постановлении ЦК КПСС, направленном на усиление борьбы с нетрудовыми доходами, прямо указано, что лучшая их профилактика — соблюдение неукоснительного государственного порядка и дисциплины везде и во всем. Только он, образцовый порядок, способен выбить почву из-под ног расхитителей и прочих любителей легких, незаработанных денег, только он может лишить тех, кто в обход закона гребет в свой карман, столь излюбленной ими атмосферы. Атмосферы ротозейства, безответственности и разгильдяйства.
Ираклий Киладзе".
("Заря Востока", 1986, № 147 (25 июня, с. 4).

"По-сталински смотреть на мир широко…"

"… Событий предугадывая ход;
По-сталински, без страха и упрека,
Служить народу, верить в свой народ".

75 лет назад печать большого художественного вкуса лежала на лучших советских спектаклях:

"Горийский театр в Тбилиси
Творческая победа
20 июня в Тбилиси, в помещении театра имени Марджанишвили, открылись гастроли Горийского драматического театра имени Г. Эристави.
Переполненный зрителями зал горячо приветствовал талантливый коллектив, с большим успехом показавший пьесу Г. Нахуцришвили "Юность вождя".
Пьеса отображает начальный период революционной деятельности великого Сталина.
Спектакль идет в постановке заслуженного деятеля искусств В. Кушиташвили, в художественном оформлении Ш. Жоржоладзе и музыкальном — С. Мирианашвили. Ниже мы печатаем высказывания тбилисских зрителей о спектакле Горийского театра  "Юность вождя".
----
Волнующий спектакль
Тасо Абашидзе,
народная артистка Грузинской ССР
Спектакль "Юность вождя" в Горийском драматическом театре открывается прологом, в котором юный Иосиф Джугашвилп прощается с матерью перед отъездом в Тифлисскую духовную семинарию.
Этот пролог, глубоко продуманный режиссером и прекрасно сыгранный актерами, производит сильное впечатление.
Посмотрев пролог, зритель чувствует, что, весь спектакль будет проведен на высоком уровне, захватит его своей идейностью и художественным мастерством. И ожидания эти оправдываются полностью.
Прежде всего мне хочется остановиться на исполнении роли Иосифа Джугашвили артистом Г. Цицкишвили. Артисту удалось добиться значительного портретного сходства. А главное, сколько в созданном образе вдохновенной простоты, внутреннего горения, теплоты и обаяния. Нельзя не сказать и о хорошем, звучном голосе молодого актера.
Убедителен Л. Цхвариашвили в роли Ладо Кецховели. Мастерски играет роль Бабе артистка Н. Мачавариани.
Работа режиссера в спектакле ярко проявляется в правильном раскрытии идеи и содержания пьесы, в оправданности мизансцен, в ровном актерском ансамбле, в прекрасно поставленных массовых сценах. Печать большого художественного вкуса лежит на спектакле в целом.
Выразительно музыкальное оформление спектакля композитора С. Мирианашвили.
Контакт между сценой и зрительным залом, возникший с момента поднятия занавеса, не прерывался до самого окончания спектакля. Зрители горячо благодарили творческий коллектив горийцев за прекрасный спектакль, повествующий о юности и начале революционной деятельности нашего великого вождя Иосифа Виссарионовича Сталина.
----
Растущий коллектив
М. Гижимкрели, режиссер
"Юность вождя" — спектакль, которым открыл свои гастроли в Тбилиси Горийский драматический театр имени Г. Эристави. Не может быть двух мнений, что перед зрителями выступает способный, растущий коллектив, успешно решающий сложные творческие задачи.
Работа режиссера, заслуженного деятеля искусств В. Кушиташвили отмечена большой культурой и несомненным мастерством художника. Образ Иосифа Джугашвили, созданный молодым актером Г. Ц ицкшвили, впечатляет выраженной в нем непоколебимой верой в победу дела рабочего класса, покоряет глубиной мысли, сочетающейся с юношеской непосредственностью.
Из исполнителей хочется отметить также заслуженного артиста Ш. Хаджалия (Северьян) и Н. Мачавариани (Бабе).
-------
Высокое профессиональное мастерство
И. Вакели, драматург
Спектакль "Юность вождя", поставленный Горийским драматическим театром имени Г. Эристави, надолго запомнится каждому, кто его видел.
Повествование о юных годах И. В. Сталина раскрывается в пьесе Г. Нахуцришвили в запоминающихся сценах, в ярких художественных образах.
Говоря об исполнителях пьесы, прежде всего хочется сказать об артисте Г. Цицкишвили, исполняющем роль молодого Сталина. Внутренняя собранность, сильный волевой характер Иосифа Джугашвили находят яркое и убедительное выражение в игре артиста.
Успех спектаклю создают и исполнители остальных ролей. Цельные образы рисуют артисты Н . Мачавариани (Бабе), С. Каландаришвили (ректор семинарии Гермоген ), Ш. Херхеулидзе (инсп ектор Дмитрий Абаш идзе), Ш. Хадж алия (Северьян).
В целом спектакль поставлен на высоком профессиональном уровне. Правильно и интересно построены мизансцены. В ровном, оправданном темпе развивается все действие.
Заслуживает одобрения музыкальное и художественное оформление спектакля (композитор С. Мирианаш вили, художник Ш. Жоржоладзе).
С большим интересом, с искренним волнением смотрели этот спектакль тбилисские зрители.
От всей душ и хочется поблагодарить Горийский театр за хороший спектакль и пожелать его коллективу новых творческих побед.
-----
Большая удача
П. Ломинадзе, инженер,
Н. Мамаладзе, врач.
Спектакль "Юность вождя" произвел на нас неизгладимое впечатление. Чувствуется серьезная работа режиссера.
Нельзя не отметать игру артиста Г. Цицкишвили в роли молодого Сталина. Яркое, глубоко продуманное исполнение помогает ему создать образ, который надолго сохранится в памяти.
Хорошо исполняет роль Бабе артистка Н. Мачавариани. Наше мнение: спектакль — значительная творческая победа театра.
------
Спасибо, товарищи!
Вахтанг Лабадзе, слесарь шелкоткацкой фабрики,
Тамара Кикалишвили, ткачиха.
Вместе с группой рабочих и работниц Тбилисской шелкоткацкой фабрики мы смотрели 20 июня спектакль Горийского театра "Юность вождя".
Глубокое впечатление произвел на нас этот спектакль. Очень тепло и искренне проводят артисты Г. Цицкишвили и Н. Берозашвили сцену прощания юного Сталина с матерью Екатериной Георгиевной. Хорошо играют молодые артисты роли товарищей Иосифа Джугашвили по семинарии. Очень правильно показано, как любят и уважают Иосифа Джугашвили товарищи, как они помогают ему прятать революционные книги от семинарских шпиков.
В о время антрактов и после спектакля мы обменивались впечатлениями. Больше всех понравился нам артист Г. Цицкишвили в роста молодого Сталина. Мы думаем, что этот артист очень много и серьезно работал над ролью, работал с большим творческим вдохновением и только поэтому сумел достигнуть успеха.
С волнением смотрели мы последнюю сцену спектакля.
Это уже наши дни, советское время. Великий Сталин сидит за письменным столом в своем рабочем кабинете в Кремле. Он думает о народе.
Вместе со всеми зрителями мы от всей души аплодировали артистам Горийского театра, которые создали такой замечательный спектакль. Спасибо, дорогие товарищи.
------
Заслуженный успех
Ш. Мамаладзе, художник
"Юность вождя" Г. Нахуцришвили — прекрасный спектакль, большая творческая победа Горийского театра. Таково единодушное мнение зрителей, горячо приветствовавших коллектив горийцев в день открытия их гастролей в Тбилиси.
Образ молодого Сталина, созданный артистом Г. Цицкишвили, надолго останется в памяти. Артист сумел передать внутреннее обаяние будущего вождя революции, отразить его веру в счастливое будущее трудового народа, в победу идей марксизма.
Актеры Горийского театра много и плодотворно поработали над постановкой пьесы. Прекрасно сделаны пролог, сцены в семинарии, запоминаются образы юных друзей Иосифа Джугашвили и рабочих, среди которых он вел революционную пропаганду. Хочу отметить игру заслуженного артиста Ш. Хаджалия (Северьян) и артистки М. Бахтадзе, прекрасно исполняющей небольшую роль библиотекаря Анастасии Ваильевны.
Талантливой артистке Н. Мачавариани, в общем вполне удачно исполняющей роль Бабе, хочется посоветовать отказаться от шаржирования этого образа в последнем эпизоде. То же самое надо пожелать и артисту А. Имерлишвили, играющему роль полицмейстера.
В спектакле чувствуется направляющая рука режиссера, имеются интересные режиссерские находки, заслуживает похвалы и работа художника Ш. Жоржоладзе. Удачны декорации кабинета ректора семинарии. Они способствуют верному раскрытию содержания сцены, в которой этот персонаж предстает перед зрителем".
("Заря Востока", 1951, № 146 (23 июня, с. 3).

"На лотках блестят селедки, солнце жарит пирожки..."

"… Старичок с лихой бородкой 
Кнутовьем звонит в горшки…"
 

70 лет назад не за всем удавалось уследить советскому медицинскому работнику тов. Новожиловой:
"Пирожки с протухшей сельдью
В лесопункте "Крутая осыпь" испорченную мелкую сельдь рабочие в магазине не берут. Для того, чтобы ее распродать, начальник базы орса Путилов ухитрился дать распоряжение протухшую сельдь запекать в пирожки и продавать их в магазине. Продажа пирожков ведется с мая месяца, а медицинский работник тов. Новожилова никак не может пресечь этого безобразия.
Долго ли это будет продолжаться?
В. Александров".
("Рабочий леса", Тотьма, 1956, № 75 (22 июня), с. 4).

"Эта слабогрудая речная волокита…"

"… Скучные-нескучные, как халва, холмы,
Эти судоходные марки и открытки,
На которых носимся и несемся мы".
 

 70 лет назад активно участвовал в перевозке грузов советский речной транспорт:
"Волокита вредит делу
16-го июня в 9 часов утра было получено с товарной конторы пристани сообщение о том, что к нам прибыла электростанция, которую немедленно нужно убрать с баржи № 1431. Руководители райздравотдела, райбольницы сразу же наняли 8 человек грузчиков и приехали для разгрузки. Но при осмотре оказалось, что электростанция по вине работников водного транспорта поломана. На ней помята рама распределительного щита, сломаны четыре мраморные доски, измят колпак возбудителя, нарушен продувочный краник, испорчена ручная прокачивающая помпа и ряд других поломок и повреждений. Об этом было сообщено начальнику пристани тов. Кубасову и необходимо было оформить двусторонний акт, на что тов. Кубасов на словах согласился, а на деле не только не направил своего представителя в комиссию, а даже порекомендовал шкиперу баржи уклониться от подписания акта.
В течение всего дня мы не могли найти представителя от водного транспорта, в результате станция осталась с баржи не сгруженной, грузчики с автомашиной целый день вынуждены простоять впустую, а больница понесла ущерб.
И. Кормашев,
завхоз райбольницы".
("Рабочий леса", Тотьма, 1956, № 75 (22 июня), с. 4).

"У француза – кукуруза, виноград да лесопилки…"

"… А у нас –
Лень да квас".
  

70 лет назад в СССР вольготно жила Осовская Мария Михайловна:
"Работы нет, а трудодни идут
Вольготно живется Осовской Марии Михайловне в колхозе "Первое мая" У-Печенгского сельсовета. Числится она ночным сторожем, получает за это 20 трудодней, а работы не спрашивай. С вечера посидит около амбара, а как
только приходит время сна — она идет домой.
Колхозники поручили Осовской М. М. руководить звеном кукурузоводов, но Мария Михайловна решила, что эта работа невыгодная: нужно работать, а бесплатно трудодней не запишут. Так ничего и не делает.
Сноха Осовской М. М. Зоя Федоровна, принимает молоко на маслозаводе и, кроме того, работает продавцом в ларьке У-Печенгского сельпо в деревне Осовой. Так что у Марии Михайловны и корова доит более жирным молоком, чем у остальных колхозников, и из магазина дефицитных товаров и продуктов ей попадает побольше.
К. Осокин".
("Рабочий леса", Тотьма, 1956, № 75 (22 июня), с. 3).

"Ты светла, земля родная…"

"Облака над головой.
Бригадир обходит поле
По тропинке полевой".
 

70 лет назад во время посевной кампании привлекательным мог оказаться и советский город Куйбышев:
"Жена бригадира не работает
Каждому понятно, что в колхозе сейчас каждый трудоспособный человек на счету. Хорошо знает, да много и говорит об этом бригадир полеводческой бригады колхоза имени Ворошилова Матвеевского сельсовета тов. Старовский А. С. Он беспокоится, чтобы все колхозники работали в это горячее время. Но вся беда в том, что это правило не распространяет на свою жену. Старый и малый — все работают, а супруга Старовского в это время идет на лесоучасток Савин остров торговать молоком и яйцами. Всю посевную кампанию она проездила в город Куйбышев в гости.
Нам кажется, что такое отношение бригадира тов. Старовского и его жены к работе заслуживает серьезного осуждения со стороны правления колхоза.
Колхозники"
("Рабочий леса", Тотьма, 1956, № 75 (22 июня), с. 3).

"А песочный бережок?.."

"… Он для отдыха годится.
Там гуляет пастушок,
В воды светлые глядится".

75 лет назад в СССР захватывающие лекции читал писатель Виноградов-Мамонт:
"В парке имени Сталина
Парк имени Сталина — любимое место отдыха трудящихся. В воскресенье здесь побывало более двенадцати тысяч человек. В шахматно-шашечном павильоне, на площадке настольных и занимательных игр, у вертикального колеса, карусели, в спортивном городке собралась молодежь.
Внимание посетителей привлекала выставка изделий воспитанников ремесленных училищ.
В летнем читальном зале областная библиотека открыла свой филиал. Помещение оформлено красочными плакатами на темы: "Помните, любите, изучайте Ильича, нашего учителя, нашего вождя", "За углубленное изучение биографии Иосифа Виссарионовича Сталина", "Жизнь замечательных большевиков" и др.
На площадке отдыха доктор Шапкальц провел консультацию "Как лучше организовать летний отдых школьников". Писатель Виноградов-Мамонт прочитал лекцию "Образ молодого патриота сталинской эпохи в советской литературе".
Тепло встретили отдыхающие выступление ансамбля танцев Молдавской ССР".
("Советская Сибирь", 1951, № 138 (19 июня, с. 2).

"Уже монтажник занят важным делом…"

"… Восстановленьем заводских турбин.
Уже на мраморном щите, на белом,
Горит контрольной лампочки рубин". 
 

60 лет назад любимой игрой жильцов общежитий некоторых советских техникумов были жмурки:
"Из общественной приемной редакции
Царит в общежитии скука
"Каждый день я хожу около общежития монтажного техникума. В окнах спортивного зала, недавно оборудованного в этом общежитии, выбиты стекла,— сообщил читатель К. Бинеман.— Невольно думаешь: как же в техникуме поставлена воспитательная работа? Чему учат будущих монтажников?".
Вместе с воспитательницей В. И. Степановой осматриваем общежитие монтажного техникума. Всюду окурки, обрывки бумаги, пачки из-под папирос. На пяти этажах мы насчитали более сорока окон с разбитыми стеклами. Спрашиваем: кто разбил стекла?
— Известное дело, сами учащиеся. Впрочем, я здесь человек новый, первый месяц работаю воспитателем.
Находим коменданта М. С. Комарова.
— Я здесь тоже новый работник,— сразу же поясняет Михаил Семенович.— Вот бывший комендант Карасев, возможно, кое-что и смог бы рассказать о воспитательной работе. Вернее о том, что такой работы не велось: Карасев днем и ночью был пьян...
Обращаемся к председателю совета общежития Анатолию Сидоренко.
— Я новый председатель,— спешит сообщить Анатолий.— Недавно меня избрали. Впрочем, работа прежнего председателя, да и всего совета общежития, была не очень-то интересной. В основном обсуждали всякие нарушения...
Толстая тетрадь для протоколов заседания совета общежития испещрена многочисленными записями. С начала учебного года уже проведено двадцать четыре заседания, и все они удивительно похожи одно на другое. Просматриваешь многочисленные записи, и обидно становится за учащихся: однообразно и неинтересно проводят они досуг. Хотя бы одно упоминание об интересно организованном тематическом вечере, о встрече с кем-нибудь из ветеранов труда, о спортивном мероприятии...
В чем же состояли заботы совета общежития? "Вечером после отбоя Валя и Люба Подтелковы играли в жмурки. За нарушение порядка их решили предупредить".
..."На заседание совета общежития вызваны Жарская, Дворядкина, Сазонова. В воскресенье после отбоя они в нетрезвом состоянии стучались во многие комнаты... Совет решил выселить Жарскую из общежития".
Новая страница — и почти то же самое: "Обсуждали Гусева и Бакланова. Они стучали в комнату № 45 так, что чуть не выломали дверь...". Одна из записей сообщает, что как-то вечером попыталась молодежь в красном уголке устроить танцы. Все было бы хорошо, но "отдыхающие" умудрились испортить электровыключатели, разбили лампочки. И начались те же самые жмурки...
В общем, скучно в общежитии. Единственное, что порой нарушает здесь довольно сонное течение жизни,— пьянки. Выпьют юнцы, нашумят на всю улицу, выбьют пару стекол в окнах, учинят скандал. А как же дирекция техникума, комитет комсомола? Спрашиваем у учащихся, проживающих в общежитии:
— Кто секретарь комитета?
— Не знаем. Ни разу не видели.
— С секретарем комитета комсомола у нас неувязка вышла,— поясняет член партийного бюро техникума П. А. Ведерников.— Сняли секретаря Александра Чикишева за бездеятельность. За полное отсутствие инициативы. Избрали секретарем Вениамина Чигишева. А он еще не успел как следует познакомиться с активистами общежития.
Итак, ни к кому не предъявишь претензий, все здесь новые: воспитатель, комендант, председатель совета общежития, секретарь комитета комсомола... В довершение ко всему не любит заглядывать в общежитие и директор техникума В. Ф. Клишев. И живут себе учащиеся, предоставленные самим себе.
Г. Бочкарев,
И. Максимов.
("Вечерний Новосибирск", 1966, № 140 (17 июня), с. 2).

"Далеко, далеко я свободу искал…"

"… И устал, от чужбины постылой устал,
На чужой стороне побратался с бедой,
И не знал, что свобода моя, лишь с тобой".
 

50 лет назад навсегда распрощались с паспортами моряка СССР в экипаже рыбоморозильного траулера "Тби­лиси" не только моторист Хоперия и матрос второго класса Чигоев:
"На чужом берегу
По следам одного происшествия
Рыбоморозильный траулер "Тби­лиси" Потийского управления океанического рыболовства прибыл после длительного плавания в испанский порт Лас-Пальмас и, отдав якорь, встал на рейде в ожидании планового межрейсового ремонта.
По судовой трансляции объявили о том, что рейс окончен, траулер ставится на ремонт, а всему экипажу предоставляется отпуск. Все были оповещены и о дальнейшем маршруте: из Лас-Пальмаса самолетом в Мадрид, оттуда — прямо в Москву. Два дня давалось на знакомство с Лас-Пальмасом.
...Вечером к траулеру с берега подошел катер с последней группой моряков, возвратившихся на судно из увольнения. Несколько часов на сборы, и команда сядет в автобус, идущий в аэропорт. Самолет отлетает на рассвете.
— Все ли на борту?
После недолгой проверки выяснилось, что с берега не вернулись двое — моторист Александр Хоперия и матрос второго класса Павел Чигоев.
На судне подняли тревогу. Может, где-то заблудились и опоздали к условленному часу отхода последнего катера? Решили снова послать катер. В него сели капитан судна со своим помощником. Вышли на пустынный причал, залитый призрачным, мертвенно-бледным светом люминесцентных фонарей. Простояли с полчаса — никто не подходил. Капитан отыскал дежурившего на причале полицейского, спросил его по-испански, не видел ли он поблизости отставших от группы двоих советских моряков. Полицейский взял под козырек, ответил:
— Нет, не видел. Может, попали в больницу или в полицию? Можно навести справки.
Позвонили в больницу. Оттуда сообщили, что за вечер никого в больницу не доставляли.
Пришлось связаться с полицией Лас-Пальмаса. К телефону подошел дежурный полисмен. Выслушав вопрос, уверенно ответил:
— Ни одного советского моряка в участке не находится. Помочь в розыске? Этим сможем заняться лишь с наступлением утра, когда появится начальство.
...А в четыре часа ночи от причала отошел к аэропорту автобус. На рассвете вся команда вылетела через Мадрид в Москву. Вся команда, кроме тех двоих, что так и остались неразысканными.
Все заботы и хлопоты по розыску пропавших моряков с траулера "Тбилиси" были возложены на представителей Потийского управления океанического рыболовства в Лас-Пальмасе. Они, в свою очередь, рассчитывали на помощь компании "Поль-Суардиас", которая по договору помогала советским судам в
испанском порту, на поддержку экипажей других рыболовецких судов, находящихся в Лас-Пальмасе.
...Не успел еще стартовавший в Мадриде самолет одолеть и половины пути до Москвы, как два пропавших с "Тбилиси" моряка проснулись в тесной камере предварительного заключения полицейского участка в Лас-Пальмасе.
Даже мгновения не понадобилось Александру Хоперия, чтобы полностью восстановить в памяти всю тягостную картину того, что произошло за минувшие вечер и ночь. Особенно ясно представил он тот момент. когда, обшарив все свои карманы, убедился, что для оплаты счета, предъявленного барменом, ему и его дружку Павлику не хватает семидесяти песет.
Неужели с этого все и началось? А если не с этого, то с чего же?
Может, с того, что они с Павликом оторвались от всей группы и стали обходить бар за баром, пока не попали в этот чертов кабачок, к этому проклятому бармену? А может, все началось еще с позавчерашнего дня, когда он, нарушив элементарные правила распорядка на судне, самовольно сошел на берег? Ведь берег-то был чужой! И он не только побывал в самовольной отлучке на чужом берегу, но и обошел столько баров, что, вернувшись на судно, не был даже в состоянии отстоять свою вахту в машинном отделении!..
Или, наконец, все началось, может, с того, что он продал в какой-то лавчонке свой фотоаппарат за тысячу песет, опять-таки вопреки правилам и обычаям советских моряков?
Так из-за чего же, в конце концов, все произошло?
Этот вопрос всю ночь задавали себе отставшие от экипажа моторист Хоперия и матрос Чигоев. Но вот наступило утро, а ответа на него они так и не нашли. А может, если сказать по совести, не захотели найти, не захотели прямо признаться, что сами они во всем кругом виноваты?
Утром их вызвали из камеры и привели на допрос.
Допрашивали советских моряков двое: один— в полицейской форме с пистолетом в кобуре на боку, другой — в штатском. Через несколько минут в кабинет вошли еще двое в штатском и поздоровались с моряками по-русски. Потом представились: "Мы — переводчики".
Переводчики здесь же объяснили. что один из них сбежал в Испанию с румынского судна, а другой — с болгарского. И сразу же, хотя об этом их никто не спрашивал, заявили:
— Устроились здесь хорошо. Работой и жизнью довольны.
И Хоперия и Чигоев сразу же подумали: вот так хорошо! Изменили своей родине и теперь живут тем, что пытаются склонить к измене любого, кто оступится на чужом берегу!
Тот полицейский, что был в форме, встал и что-то громко и резко сказал. Румын перевел:
— Вы нарушили испанский закон! И будете оба отвечать по закону.
Моряки ответили:
— Мы хотим видеть своих! Устройте нам свидание с советскими людьми.
— Теперь уже поздно. Ночью, когда вы спали, в участок приходил ваш капитан со своим помощником, а теперь они далеко.
Оба моряка вздохнули облегченно. Они так и думали, надеялись, знали твердо, что их будут искать, сделают все, чтобы помочь им попавшим в беду. И если сразу не получилось, все равно без помощи их не оставят. Улетел капитан. Улетела вся команда, но в Лас-Пальмасе стоит у причала немало советских траулеров. Да и в Мадриде находится советское торговое представительство. Значит, есть кому за них заступиться. А от них сейчас требуется одно— держаться твердо, добиваться свидания со своими. Свои не дадут им пропасть! Не дадут!!!
После небольшого перерыва допрос продолжался. Но уже в другом кабинете. И с другим переводчиком. Это был испанец, довольно хорошо говоривший по-русски. Но и он, как и те перебежчики, свое знакомство начал с того же:
— Не бойтесь! Вам будет хорошо в Испании. Главное— вести себя правильно, тогда вам дадут все!
Пока что им дали по большой анкете на русском языке с многочисленными вопросами и сказали:
— Отвечайте на все вопросы! Пропускать запрещается!
Странная была эта анкета.
Странная и весьма настырная. Уж слишком многое, судя по вопросам анкеты, хотелось знать этим ретивым полицейским. После обычных вопросов об имени, отчестве, фамилии, дате рождения требовалось сообщить о родителях, братьях, сестрах, жене, детях, размере получаемой ими зарплаты или пенсии, о всех местах, где работал, о том, сколько там числилось рабочих и служащих, каков размер их зарплаты, какую продукцию предприятие выпускает. А дальше шла серия вопросов о прохождении военной службы. Спрашивалось о названии части, о фамилиях командиров, даже о том, чем вооружена часть...
Естественно, что советские моряки, ответив на первые вопросы анкеты, отказались отвечать на другие. Это вызвало гнев полицейских:
— Вы должны отвечать на все вопросы! Иначе вас накажут! Советских людей вам тогда совсем не увидеть!
Вечером объявили:
— Завтра утром вас отправят в Мадрид.
Прощай, Лас-Пальмас! Всем бы славный порт, если бы не здешняя полиция. И… если бы не здешние бары, рестораны, кабачки, если бы ходить по улицам и набережным Лас-Пальмаса, не нарушая обычаев советских моряков. Если бы...
Но разве есть сейчас смысл думать о том, что был о бы, если бы не было того, что было. Да, они провинились, но сейчас им надо бороться за право вернуться на Родину, за право вернуться в семью советских моряков. Тогда они искупят свою вину. А пока что...
А пока их доставили в Мадрид, ввели в кабинет с табличкой "Группа 4-а". Здесь находилось пять полицейских. Шестой представился как переводчик:
— Можете называть меня Франциско.
Франциско так Франциско. Вопрос один:
— Когда мы сможем встретиться с нашими?
Н о сразу было видно, что Франциско — не случайный человек в испанской полиции, не просто переводчик. Переводчик — его вторая профессия. А первая, главная— провокатор. Это стало ясно с его первых же слов:
— Вашей судьбой никто не интересуется. О вас никто не спрашивает. Вас никто не ищет. И вы сделаете правильно, если останетесь в Испании навсегда!
Но неужели так наивны полицейские, надеющиеся, что советский моряк не знает азбучной истины: Советское государство никогда не бросит попавшего в беду на чужом берегу своего сына на произвол судьбы!
Впрочем, в чем ином, но в наивности полицейских не обвинишь. Наоборот! Угрозами и обещаниями, запугиванием и уговорами они пытаются, пока есть время, склонить попавших в беду моряков к измене Родине.
Не добившись ничего с ходу, они изменили тактику. Рассадили моряков по разным камерам полицейского участка и стали обрабатывать поодиночке.
Александру Хоперия дали чистый лист бумаги. Сказали:
— Напиши, что просишь предоставить испанское гражданство. И что никакого принуждения по отношению к тебе при этом не оказывалось.
Добавили:
— Если не обратишься к испанским властям с такой просьбой — встречи с советскими представителями не дадим.
То же самое и в той же ультимативной форме сказали Павлу Чигоеву.
Между тем в прогрессивной испанской прессе появились материалы, в которых содержались требования освободить незаконно задержанных полицией советских моряков.
Но Хоперия и Чигоев ничего об этом не знали. Они думали об одном — как добиться свидания со своими. И еще одна, все та же неотвязная мысль — простит ли их Родина за тот ущерб, который они нанесли ей своим недостойным для советского моряка поведением в другой стране?
И снова со всей определенностью предстала перед ними истинная причина этого происшествия. обернувшаяся для них столь трагически.
Правды ради следует сказать, что Хоперия и прежде грешил. Да и он ли один? Были и другие ловкачи на траулере, не брезговавшие спекульнуть, перепродать, нарушить таким образом советский закон, совершить то, что карается Уголовным кодексом Грузинской ССР.
А теперь людям, проявившим неуважение к дисциплине, к законам и порядкам, установленным на советском судне (а ведь родное судно — часть родной земли, часть того огромного, что гордо зовется — Родина), было во сто крат труднее бороться за свою судьбу, за право вернуться на Родину.
Впрочем, следует отметить, что в Мадриде моряки оказались не в обычном полицейском участке, а в так называемой субхефактуре — специальном полицейском учреждении по делам иностранцев. И работающие здесь сотрудники секретной полиции были куда опытнее и коварнее, чем их коллеги в провинциальном Лас-Пальмасе.
Больш ие надежды возлагали они на проживающих в Мадриде эмигрантов. Переводчик Франциско свел Александра Хоперия с эмигрантом по имени Владимир Павлович, пообещав, что тот поможет быстрее найти советских представителей.
С этой просьбой обратился Хоперия сразу же к Владимиру Павловичу.
Но тот ответил более чем откровенно:
— Чего не знаю, того не знаю. И знать не хочу. Я с вашими советскими ничего общего не имею.
Для чего же тогда Франциско познакомил его с Владимиром Павловичем?
Долго над этим вопросом Александру Хоперия размышлять не пришлось. Полную ясность внес сам Владимир Павлович:
— Почему вы оба не хотите остаться здесь? Не вздумайте возвращаться назад в Россию! Там вас ждет тюрьма и ссылка. А здесь вы сможете прилично, очень прилично устроиться. Если хотите, я смогу организовать для вас встречу с работниками американского посольства. Они-то вам предоставят все, что вы хотите.
Так вот оно что! Вот в какую дудку играет Владимир Павлович! В ту же, что и Франциско из субхефактуры! Все они из одной лавочки!
Как ни странно, но разговор, носивший, если можно так выразиться, приватный, частный характер, продолжался на другой день в субхефактуре, словно кто-то из полицейских подслушивал, а может, наоборот, подсказывал им этот разговор.
Как только моряки вновь заявили, что они хотят встретиться с советскими представителями, им повторили почти дословно все, что накануне говорили Франциско и Владимир Павлович.
— У вас нет никакого выбора. Вы должны остаться в Испании. Постараться найти общий язык с людьми из американского посольства. Вернетесь домой — там вас и и ваших родных отправят в тюрьму, сошлют в Сибирь. А останетесь здесь — будете жить припеваючи.
Все та же надоевшая шарманка: запугивание и угрозы вперемежку с посулами и обещаниями.
Следующий день начался с того же, чем закончился предыдущий. Уже поздно, почти в полночь, Франциско снова вернулся к этому разговору.
— Ну как, не передумали? Еще раз советую не делать глупостей!
А под конец не совсем логично добавил:
— Неумные вы люди!
— Мог бы и посильнее сказать,— отреагировал Хоперия про себя на прощальную реплику Франциско.— Дураки мы с тобой, Павел! Столько глупостей наделали!
Что верно, то верно! Немало глупостей совершили моряки на чужом берегу. Но, к счастью, ни моторист Александр Хоперия, ни матрос Павел Чигоев не сделали главной ошибки, еще точнее — главной подлости. От Родины они не отказались. Родине они не изменили.
И это отлично поняли испанские полицейские в Лас-Пальмасе и в Мадриде. Отлично поняли и не могли с этим не считаться.
По категорическому требованию советских представителей испанские власти были вынуждены освободить Хоперия и Чигоева из полиции. Провокация, затеянная во имя грязных целей, позорно провалилась.
Моряки вернулись домой.
Но потребовалось немало времени, труда и усилий многих людей для того, чтобы окончательно развеялся туман, в котором оказались на чужом берегу два моряка с траулера "Тбилиси", чтобы окончательно обнажилась вся суть посулов и обещаний, угроз и запугиваний, всей той обработки, которой они подвергались.
И надо думать, что из этой неприглядной истории вместе с Хоперия и Чигоевым соответствующий вывод сделают и другие любители легкой наживы. Пусть никто из них — будь то моряк, командированный, турист, — по собственной неосторожности, по глупости, по расхлябанности и недисциплинированности не попадет в столь сложную и трагическую ситуацию, в какую попали Хоперия и Чигоев.
В данном случае все, в конечном счете, обошлось благополучно. Хоперия и Чигоев снова в трудовом строю. Но надо помнить, что, к сожалению, иногда бывает очень трудно вовремя протянуть руку помощи тем, кто попал на чужом берегу в густой туман лжи и провокаций.
С. Свердлин.
(Корреспондент ГрузИНФОРМа)".
("Заря Востока", 1976, № 140 (16 июня, с. 4).