"Рост у меня не больше валенка..."

"...Все глядят на меня

Вниз,
И органист я
Тоже маленький,
Но все-таки я
Органист".

60 лет назад в СССР заманчивые предложения делали партийные организации колхозов:

"Органист покидает костел

Викентий Антонович вежливо благодарит жену за утреннюю трапезу и, кряхтя, поднимается из-за стола.

— Не меня, а бога благодарить надо! — говорит ему жена наставительно и, взглянув на младшего сына Станислава, увлеченно обсасывающего косточку, тихо добавляет:

— Перекрестился бы хоть для примера, нехристь старый...

— Хватит с меня: шестьдесят лет крестился, а толку что? — нарочно громко возражает органист и направляется в свою каморку.

— Не богохульствуй! — бросает ему вслед жена, гневно сверкая глазами.— Еще раскаешься, да поздно будет. Бог все помнит, все!

— Неужели он такой злопамятный! — говорит Викентий Антонович.

Семиклассник Станислав прыскает со смеху и отворачивается к окну, чтобы скрыть от матери свое смеющееся лицо.

— Геть отсюда! — кричит она возмущенно и вытягивает сына по спине посудным полотенцем.

Станислав проворно выскакивает из кухни во двор, а Викентий Антонович скрывается за дверью своей каморки. Отсюда он слышит, как жена, стоя перед медным распятием, висящим в переднем углу кухни, молится и горячо просит:

— Иезус Кристус, прости им их прегрешения. Что стар, что мал — оба не ведают, что творят...

Через несколько минут истовый шепот за дверью умолкает, хлопает выходная дверь и в домике наступает тишина.

Старый органист садится за свой рабочий стол. Мысли о прошлом и настоящем одолевают его...

Родился он на небольшом хуторке в деревне Молонка, ныне Витебской области. Тогда эти земли входили в состав панской Польши. Семья Носко была большая — десять душ с родителями, а земли всего пять гектаров — жили беднее бедного.

Только несколько раз в году — на большие престольные праздники — навещала мальчика ненадолго радость. Накануне отец смазывал телегу, и всей семьей отправлялись в соседнее село, где был костел. Викентий мог часами стоять, как

зачарованный, слушая мощные, торжественные звуки органа. Небесная гармония Баха рождала в его душе непонятный трепет, заставляла то плакать от сладкой муки, то смеяться от восторга.

Когда Викентий вырос, его взяли в Войско Польское и направили в оркестр. Только после службы в армии юноша смог поступить в Седлецкое музыкальное училище. Но вот и окончено училище, а дальше что?

— Иди в костел органистом,— предложил местный ксендз Медушевский, — будешь моей правой рукой.

Другого выбора не было, и он согласился.

По установившейся традиции, после богослужения церковный староста обходил паству и собирал с верующих пожертвования. Как только деньги приносили в ризницу, "святой отец" Медушевский тотчас преспокойно клал их в свой бездонный карман. Иногда, правда, он выделял органисту ничтожную часть приношений, но чаще всего тот оставался без гроша.

Так проходил год за годом, Викентий терпеливо нес свой крест.

Еще задолго до Великой Отечественной войны сторонники Пилсудского всеми средствами внушали служителям католической церкви: бойтесь красных, подымайте верующих на борьбу с этими антихристами. Иначе они взорвут все храмы и перевешают всех попов, а их помощников посадят за решетку...

Но однажды сентябрьским утром к ним пришла Советская Армия, и все узнали, что свобода вероисповедания охраняется Конституцией Советского Союза. Викентий продолжал играть в костеле на органе, католический священник свободно отправлял богослужения. Видя бедность органиста, сельские власти наделили его землей, чтобы он мог сеять свой хлеб, сажать овощи и кормиться дарами земли.

К этому времени подросли дети Носко, старшего сына охотно приняли в школу. Викентий Антонович все чаще и чаще думал: почему же пилсудчики, эти праведные католики, говорили одно, а на деле оказывается совсем другое? Постепенно в душе назревал переворот. Война с фашистской Германией помогла ему прозреть окончательно.

Когда через село двинулись гитлеровские войска, Носко продолжал выполнять свои обязанности в костеле. Но это только для вида. На самом деле он через надежных лиц собирал сведения о численности, вооружении и дислокации немецких войск и сообщал все эти сведения белорусским партизанам.

С каждым днем его вера в "высшую справедливость" колебалась все больше. Однажды он узнал, что гитлеровцы убили бывшего председателя сельсовета —того самого, который наделил его землей. Убили не за какой-нибудь враждебный

акт, а просто так, на всякий случай.

—Как же так?—думал Носко. —Ведь библия учит, что нет власти не от бога. Почему же немцы, в большинстве люди верующие, так легко переступают его заповеди?

Наконец, Советская Армия прогнала фашистов, и народ вздохнул свободно.

Жизнь не стояла на месте. Все шестеро детей, спасибо Советской власти, не остались без образования. Не то, что братья и сестры Носко.

Старший сын Марьян, унаследовавший от отца любовь к музыке, окончил консерваторию и стал композитором. Эммануил учится в музыкальном училище, а меньшой, Станислав,—в седьмом классе. Дочери тоже нашли свое счастье в жизни. Тереза окончила институт иностранных языков, учительствует на Гомельщине. А Лёдя и Лилия получили среднее образование и обе работают.

Часто в последнее время задумывался Викентий Антонович: а смог бы он в условиях панской Польши дать всем шестерым детям образование? Выбились бы они в люди? И каждый раз отвечал себе: нет, не смог бы, нет, не выбились бы. У него недостало бы ни сил, ни средств.

Такого рода факты заставляли Носко задумываться над своей жизнью, анализировать виденное и пережитое. Получалась удивительная картина: он всю жизнь верил в бога, служил ему не за страх, а за совесть, но не бог помог выучить его детей, а государство и хорошие советские люди. Больше того: атеисты выступают защитниками мира, а в это время верующий католик Аденауэр, благословясь, подписывает договор с американцами (опять-таки верующими!) на оснащение западногерманской армии атомным оружием, готовя человечеству смерть и разрушения. Где же тут логика? Почему же всевышний не покарает этих преступников за их явное двуличие?!

Рассуждая таким образом, он стал более критично относиться к богу и его слугам на земле. Все крепче задумывался Носко над своей жизнью, все чаще спрашивал себя: "А что хорошего, полезного людям сделал я за свою долгую трудную жизнь? Плотник строит дома, землепашец выращивает хлеб, рабочий создает нужные машины, ученый прокладывает новые пути в науке —всех этих тружеников люди поминают добрым словом, а чем они помянут меня?".

Обидно и больно становилось от этих мыслей. Вокруг расцветала жизнь, а он стоит в стороне, как безучастный наблюдатель. Народ строит свое светлое будущее, а он продолжает сеять мрак и невежество. Советский летчик побывал в космосе, а ксендз проповедует, что твердь небесная не подвластна человеку...

После долгих горестных размышлений над своей жизнью и жизнью католического духовенства Носко решил: хватит! Больше он не может кривить душой. Он хочет, хотя бы на склоне лет, стать полезным человеком и чем-то загладить вред, который приносил народу в течение долгих лет.

Второе марта этого года был самый счастливый день в жизни Викентия Антоновича: в это утро он впервые переступил порог Волколатской средней школы. Теперь он учит детей пению и музыке, и радости его нет предела!

Викентий Антонович также охотно принял предложение партийной организации колхоза руководить художественной самодеятельностью в клубе.

...Викентий Антонович выходит на улицу. Его встречают яркое солнце, звонкая капель и птичий гомон.

Старый музыкант, щуря от обилия света свои выцветшие зеленоватые глаза, оглядывает площадь, раскинувшуюся перед его домиком. Вон, слева, стоит костел с высокими готическими полукруглыми окнами и крестом на островерхой двускатной крыше. За двадцать два года службы в этом костеле Викентий Антонович протоптал тропинку к паперти. Летом дорожка зарастет травой и одним свидетелем его пустой жизни будет меньше.

Теперь Викентий Носко протопчет другие тропинки: одну —в школу, что стоит вон там, напротив костела, а вторую вот сюда, недалеко —в клуб. Отныне его, Викентия Носко, музыка станет радовать сердца людей, а не зазывать их в церковь.

К. Ларин,

А. Мелешко.

Витебск —Москва".

("Известия", 1961, № 98 (24 апреля, московский вечерний выпуск), с. 6).

"Мы – туристы, следопыты, все пути для нас открыты..."

"...И вблизи и вдалеке.

Вот шумит тенистый ельник,
Вот звенит весёлый пчельник,
Вот блестит плотина на реке".

55 лет назад пограничные шлагбаумы СССР были закрыты для вояжеров с контейнерами антисоветской литературы:

"Крокодиловы слезы шпиона

Закон есть закон. Это выражение часто можно услышать на Британских островах, хотя и с разными интонациями — от пуританской до фарисейской. В этой связи и следует отметить, что с некоторых пор на страницах газет вновь замелькало имя Джералда Брука. Особенно усердствовали "Сан", "Дейли экспресс" и "Дейли мейл". Этим именем они воспользовались для инъекции читателям очередной порции антисоветской пропаганды.

Напомним, что английский подданный Джералд Брук — бывший преподаватель русского языка в Холборнском колледже отбывает наказание за тяжкие преступления, совершенные им против Советского Союза на территории нашей страны.

В июле прошлого года наша пресса подробно писала о деле Брука, поэтому здесь можно ограничиться лишь краткой справкой. Отправляясь в Москву во главе туристской группы, бакалавр Дж. Брук охотно согласился выполнить ряд заданий, полученных им от антисоветского эмигрантского отребья, приютившегося  в Лондоне под крылышком Интеллидженс сервис.

Вместе с женой Барбарой Джералд Брук бегал по Москве, опуская в почтовые ящики подметные письма с подстрекательским материалом, передал по указанному в Лондоне адресу антисоветские брошюры, инструкции по ведению подрывной работы, клише и портативную резиновую типографию для печатания листовок, позывные для связи с одной из западных радиостанций, кодовые таблицы и прочие шпионские принадлежности. Все это было тщательно замаскировано в массивном переплете альбома с видами Лондона.

Джералд и его сообщница Барбара были схвачены что называется за руку в момент передачи содержимого привезенного с собой шпионского контейнера.

Кроме того, Брук самостоятельно пытался вести политическую разведку.

С этого и следует начать разговор о гуманизме, а отсутствии которого нас осмеливается упрекать английская пресса. Скажем прежде всего, что на Британских островах суд за подобные деяния выносит значительно более суровые приговоры — до 20 и 40 лет лишения свободы, не обращая внимания на то, мужчина это или женщина и вовсе не задумываясь о гуманности.

Преступление есть преступление. Как известно, Джералд Брук по обвинению в антисоветской подрывной деятельности был приговорен к пяти годам заключения — году тюрьмы и четырем годам пребывания в исправительно-трудовом лагере. Его жену и сообщницу Барбару Брук не привлекли к ответственности. Ей разрешили беспрепятственно покинуть пределы Советского Союза и, больше того, позволяют приезжать из Лондона на свидания с мужем. Последние такие свидания состоялись в феврале этого года.

Мне вспоминаются многочисленные телефонные звонки и письма в редакцию после вынесения приговора. И в каждом разговоре или письме высказывалось неудовлетворение мягкостью приговора. Люди спрашивали также, почему скамьи подсудимых избежала жена Брука — его прямая соучастница? Наши корреспонденты выясняли мотивы, которыми руководствовались судьи. Исходя из принципов социалистического гуманизма, уголовное законодательство советского общества не ставит перед собой цели мести и тем более причинение излишних страданий лицам, совершившим преступление.

Вынося приговор по делу Брука, они приняли во внимание молодость  подсудимого, влияние буржуазной пропаганды на формирование его мировоззрения, признание своей вины и глубины собственного падения. Что касается Барбары Брук, то суд счел возможным не привлекать ее к судебной ответственности, учитывая ее чистосердечное раскаяние. Вот почему, отвечая на звонки и письма, работники редакции старались убедить читателей в том, что вряд ли следует требовать пересмотра дела Брука, усиливать наказание, привлекать к ответственности его жену и т. д.

Кажется, мотивы для гуманизма исчерпаны: умел воровать, умей и ответ держать.

Однако недавно в "Дейли экспресс"на первой странице под аршинными заголовками было опубликовано пространное письмо самого Брука, адресованное им корреспонденту этой газеты в Москве Робину Стэффорду и снабженное комментариями.

Письмо было достаточно сентиментально и носило личный характер. "Бедный учитель" обращался к члену парламента миссис Маргарет Тетчер (консерватор от округа Финчли), за которую голосовал в свое время лейборист Джералд Брук, и к английской общественности с просьбой помочь ему и предлагал для этого какие-то варианты. И если автора грустного письма можно было бы как-то понять (вряд ли кто-нибудь из преступников, сидящих в тюрьме, страдает от избытка оптимизма!), то реакцию прессы понять было нельзя, до такой степени она оказалась нелогичной.

Прежде всего газеты начали кричать о пошатнувшемся здоровье Брука, о строгости тюремного режима, отсутствии "английской пищи". И, понятно, вновь последовали упреки в отсутствии гуманизма.

Мы навели справки и узнали следующее: состояние здоровья Брука вполне удовлетворительное, он имеет полную возможность пользоваться квалифицированной медицинской помощью. Ему беспрепятственно доставляются письма, английские газеты, в положенные сроки передаются продовольственные посылки. Разрешались Бруку и свидания с консулом британского посольства в Москве мисс Агнес Вуд.

А теперь обратимся к некоторым аспектам письма Брука. Прежде всего заметим, что если человек совершил преступление и отбывает наказание, то происходит это, как известно, в тюрьме, а не на курорте. Брук между тем жалуется на "чрезмерно строгую изоляцию, гораздо более строгую, чем у участников знаменитого железнодорожного ограбления в Англии", но тем не менее подчеркивает, что условия его пребывания в тюрьме ничем не отличаются от других заключенных, отбывающих наказание. Он даже деликатно "поправляет" Робина Стэффорда, что получает ежедневно 16 унций овощей (453 грамма), а вовсе не 0,016 унций (непонятная микроскопическая доза), о которой тем не менее не постеснялись сообщить английские газеты.

Заметим, нас вовсе не волнует то обстоятельство, что участникам "ограбления Века" созданы в Англии какие-то особые условия заключения. Какой ответ за преступление и как держать —определено законом каждой страны. Это ее внутреннее дело. Однако наиболее ретивые комментаторы английских газет попытались перевести депо Брука совершенно в иную плоскость, что не может не обратить на себя внимания и требует ответа. Они потребовали "затруднить" поездки туристов в Советский Союз, "пригрозить" отменой английской промышленной выставки в Москве, которая должна состояться летом, и вообще прекратить культурный обмен с Советским Союзом. Можно подумать, что развитие международных культурных связей выгодно только нам.

Наша страна широко раскрыла ворота туризма. Сделано это для того, чтобы наши гости могли увидеть сокровища зодчества, памятники древней и новой культуры многих народов Советского Союза, побывать в театрах, познакомиться с красотами природы, а главное —с жизнью нашего народа.

Однако многие иностранные разведки пользуются поездками некоторых туристов для осуществления грязных целей.

Припомним лишь несколько таких фактов. Осень 1961 года. На границе задержаны голландские туристы Эверт Рейдон и Лоу де Яхер. По заданию американской разведки они фотографировали секретные объекты и вели  подробный шпионский дневник.

Незадолго до этого под Киевом разоблачена еще одна чета туристов-шпионов из ФРГ— бывший эсэсовец Адольф Вернер н его жена Хермина.

Вскоре после этого перед советским судом предстали два студента Гейдельбергского университета Петер Зоннтаг и Вальтер Науманн — завербованные американской разведкой студенты из ФРГ, занимавшиеся шпионажем.

Нет необходимости продолжать этот перечень. Шпионское снаряжение, отобранное только у перечисленных преступников, могло бы заполнить целый криминалистический музей.

Нам, как и каждой стране, не нужны гости, которые везут с собой чемоданы с двойным дном и контейнеры с антисоветской литературой. Для подобных вояжеров наши пограничные шлагбаумы закрыты. В этом не раз убеждались сотрудники разных разведок. Напрасно поджидали они своих агентов, засланных к нам по такому легальному каналу. О похождениях и провалах своих подопечных они узнавали из советских газет, где печатались отчеты с судебных заседаний. Однако и это ничему их не научило. Как и прежде, плетут разведки свою паутину, заманивая в нее неустойчивых, легкомысленных и развращенных людей. Им обещают журавлей в небе, а на деле это оборачивается тюрьмой.

За примерами далеко ходить не надо. В марте этого года в Минске был разоблачен и осужден советским судом агент западногерманской разведки Антон Петровски ("Пальмер").

Поэтому хочется дать совет тем, кто намерен "затруднить" поездки к нам туристов или издает специальные инструкции для отправляющихся в социалистические страны, как это сделал недавно госдепартамент США: обратитесь к своим разведкам с требованием не пользоваться туризмом как агентурным каналом. И вопрос будет снят с повестки дня.

К сведению наиболее энергичных сторонников раздувания холодной войны и перенесения ее даже в область туризма следует сказать, что ни один из многих тысяч туристов не был привлечен в Советском Союзе к судебной ответственности, не будучи изобличенным в заведомо преступной деятельности против нашей страны.

Подведем итог сказанному. Нужно уважать, а не попирать законы каждой страны. Наше общество вырабатывает законы и для того, чтобы обеспечить безопасность нашего государства, спокойный труд своих граждан. Поэтому, господа, если говорить о гуманизме в конкретном деле Брука, то рядом следует поставить слова "подрывная деятельность и закон". Слова "закон есть закон" нужно всегда произносить серьезно —без ханжества и лицемерия.

В. Багрин".

 ("Известия", 1966, № 97 (23 апреля, московский вечерний выпуск), с. 5).

"Растет народов дружная семья, свободная навеки от оков..."

"...И твердо знает Латвия моя,

Что в бурю есть над нею отчий кров".

55 лет назад в СССР редкий университетский деятель не поддержал бы кандидатуру товарища Пельше:
"Решение рижан

В актовом зале Латвийского государственного университета собрались профессора, преподаватели и студенты, чтобы назвать своего кандидата в верховный орган власти страны.

Выступает секретарь партийного комитета университета Ян Страутманис. Он предлагает выдвинуть кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР члена Политбюро ЦК КПСС, председателя Комитета партийного контроля при ЦК КПСС А. Я. Пельше.

— Все мы,— говорит тов. Страутманис,— знаем товарища Пельше как старейшего руководителя партийной организации республики, прошедшего в рядах Коммунистической партии полувековой путь. Он участвовал в боях за свержение царизма, боролся за становление Советской власти в незабываемом 1917 году.

Кандидатуру тов. Пельше поддержали заведующий кафедрой государства и права доцент Отто Гринберг, доцент кафедры истории партии Яков Либет, научная сотрудница Эрика Стумбина, студентка юридического факультета Эдите Лиелмане.

Собрание единодушно приняло решение: выдвинуть члена Политбюро ЦК КПСС, председателя Комитета партийного контроля при ЦК КПСС Арвида Яновича Пельше кандидатом в депутаты Совета Национальностей по Кировскому избирательному округу города Риги.

Собрание по выдвижению кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР состоялось также на швейной фирме "Латвия". Рабочие, инженеры и служащие этого предприятия единодушно назвали своими кандидатами в депутаты Совета Национальностей по Московскому избирательному округу Риги Председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина и работницу М. К. Целминь.

Рига. (По телефону от соб. корр.)".

("Известия", 1966, № 97 (23 апреля, московский вечерний выпуск), с. 2).

"Вы на вечере видали — ходит парень молодой..."

"...Как Наташа или Галя
Перманентом завитой".

55 лет назад настоящую, неподдельную советскую Наташу можно было легко распознать по её рассказам зарубежным гастролерам об Октябрьской революции:

"Их нравы

Как подменили "Натали"

Париж, 22 апреля. (По телеф. от соб. корр.). Тиражом в десятки тысяч экземпляров разошлась по Франции грампластинка песни Жильбера Беко "Натали". Лирическая и нежная, она рассказывала о знакомстве автора с московским гидом Наташей, которая показала ему свой город и своих друзей. Беко с неизменным успехом выступал с этой песней в Париже, привез ее на гастроли в Москву и Ленинград. Французское телевидение сняло короткий фильм о встрече певца с московской Наташей, и под аккомпанемент песни миллионы телезрителей следили за их прогулкой по Красной площади, по московским улицам, по университету.

Словом, "Натали" Жильбера Беко завоевала широкую популярность, и не удивительно, что ею заинтересовались иностранные фирмы грампластинок. Недавно Беко был приглашен для записи этой песни в Западный Берлин.

Руководители фирмы предложили ему спеть ее на немецком языке и тут же представили свой текст. Не зная немецкого, певец тщательно выучил текст и напел его. Пластинка сразу же была издана большим тиражом.

Каково же было удивление Беко, когда он начал получать возмущенные письма от слушателей. Они негодовали справедливо: с какой стати певец подменил свою Натали? В немецком варианте речь шла уже не о московском гиде Натали, а о некой девице, встреченной на улице, которая горела одним только желанием: немедленно покинуть Москву и сбежать в "свободный мир". Выяснилось также, что "исправленная" Натали с превеликой радостью бросилась на шею первому попавшемуся иностранцу "с Запада", она не рассказывала ему об Октябрьской

революции и Пушкине, а шептала слова, "идущие от сердца".

Так популярная песня под руками западноберлинских фальсификаторов превратилась в музыкальный вариант унылой антисоветчины, давно набившей оскомину всем здравомыслящим людям.

Певец дал слово больше не петь ни одной песни на немецком языке без "обратного" перевода слов. Газета "Монд" напечатала это обещание в назидание, очевидно, другим французским исполнителям, имеющим дела с западногерманскими фирмами. Кто поручится теперь, что боннские "режиссеры" не превратят знаменитую "Песню французских партизан" в гимн эсэсовским карателям?

Л. Володин".

("Известия", 1966, № 96 (22 апреля, московский вечерний выпуск), с. 4).

"Пусть о скалы море грохочет, путь дорога нелегка..."

"Сквозь туманы милые очи

Светят мне издалека".

70 лет назад в СССР помощники командиров разъясняли матросам всё, что нужно для подвига, простыми, задушевными словами:

"Кино

Воспитание мужества

"В мирные дни". Цветной художественный фильм. Сценарий—И. Прута, постановка —В. Брауна, режиссер —Е . Брюнчугин, оператор —Д. Демуцкий, композитор — Ю . Мейтус. Производство Киевской киностудии.

Вышедший на экраны страны цветной художественный фильм "В мирные дни" рассказывает о мужестве советских моряков, стоящих на страже мирного созидательного труда советских людей.

Героем этого фильма является дружный коллектив подводной лодки, занятый учебой и совершенствованием своего военного мастерства.

Чтобы с честью выполнить свою миссию защитника мира, защитника рубежей своей Родины, каждый член экипажа должен обладать высокими моральными и волевыми качествами, которые прививаются молодым морякам воспитанием их в духе славных боевых традиции нашего флота, в духе советского патриотизма.

Молодому матросу Панычуку кажется, что в мирные дни нет условий для совершения подвига. Свою преданность Родине он хочет доказать героическим поступком, он мечтает о нем, но не отдает себе отчета, какими качествами должен обладать советский человек для того, чтобы совершить подвиг. Простыми, задушевными словами помощник командира корабля разъясняет матросу, что для подвига необходим трезвый и умный расчет.

Актер С. Гурзо, исполняющий роль Панычука, художественно - убедительными средствами создает образ молодого моряка, раскрывает процесс его внутреннего роста. Панычук вскоре на собственном опыте убеждается, что и в мирных днях есть место подвигу, но что для подвига недостаточно одной личной храбрости, а нужны высокое военное мастерство, большая внутренняя собранность, железная дисциплина.

Высокие качества советского моряка, воспитанные в нем коллективом, особенно ярко проявляются в момент опасности, когда от человека требуется напряжение всех его духовных и физических сил. Такой момент наступил в жизни экипажа подводной лодки, когда корабли вышли на боевое учение. Безукоризненно работают механизмы подводной лодки, ее экипаж точно поражает "врага", и лодка ложится на обратный курс.

Но вот в зеленоватой глубине проносится длинное тело чужой подводной лодки. Она вышла в море под советским флагом с задачей разведать подступы к нашим берегам, выяснить силу и состав советской эскадры. Это задание командир подводной лодки —нацистский преступник, награжденный Гитлером "рыцарским крестом",— получает от матерого дипломата-разведчика одного из иностранных государств.

Острыми сатирическими средствами обрисован экипаж вражеской подводной лодки, состоящий из профессиональных пиратов и убийц. Авторам фильма удалось воспроизвести типичный факт использования нацистских преступников в качестве орудия для осуществления агрессивных планов поджигателей новой мировой войны. Для фашистского капитана "война продолжается". "Это наш новый бизнес",—цинично говорит он своему помощнику.

На пути следования советских кораблей появляются черные шары мин. На одной из них подрывается наша подводная лодка. В пробоину хлынула вода. Воля командира, стойкость и мужество советских моряков, их прекрасные боевые качества, "чувство локтя" связывают весь экипаж в единый организм, проникнутый непоколебимой уверенностью в своей победе.

В эти минуты ярко раскрываются личные свойства командира подводной лодки Афанасьева, каждого члена экипажа и боевой дух коллектива в целом.

В трактовке образа командира актеру Н. Тимофееву удалось органически сочетать молодость Афанасьева с большой его зрелостью как советского офицера, воспитателя и руководителя экипажа.

На поиски советской подводной лодки направлены многочисленные спасательные средства —самолеты, тральщики, водолазы. Моряки, находящиеся в поврежденной подводной лодке, не видят самоотверженного труда своих товарищей, но они уверены, что их спасением заняты все боевые друзья.

Мужество и стойкость советских моряков одерживают вторую победу —экипаж собственными силами исправил повреждение, и подводная лодка медленно всплывает на поверхность. Жадно глотают моряки свежий морской воздух: на их усталых лицах —гордость и торжество. Экипажи кораблей, пришедших на помощь, приветствуют героических подводников.

Большинство ролей в фильме исполняют молодые актеры —выпускники Института кинематографии: Гурзо, Мгеладзе, Тихонов, Авдюшко, и каждому из них удалось создать живые, запоминающиеся образы советских людей.

Большим мастерством отличается операторская работа в фильме. Превосходны морские пейзажи: то тревожные, то лирические, спокойные; они хорошо передают волнующую атмосферу фильма. На высоком художественном и техническом уровне проведены также многочисленные подводные съемки.

Фильм имеет и ряд недостатков, большая часть которых относится к драматургии. Автор сценария И. Прут недостаточно раскрывает характер некоторых действующих лиц. В особенности это относится к женским ролям.

Опытному режиссеру В. Брауну хорошо удались морские сцены. Здесь ярко проявилось его мастерство. Но сцены на берегу получились слабее.

Недостаточно выразительна музыка, написанная для фильма композитором Ю. Мейтусом.

Но и при этих недостатках фильм "В мирные дни" является интересным, реалистическим произведением, рассказывающим о высоких боевых качествах наших моряков, о могуществе и силе нашего флота.

М. Марков,

Л. Рудин".

("Известия", 1951, № 93 (21 апреля), с. 3).

"Здесь у нас умеют угостить на славу..."

"...Брагою домашней, светлой да хмельной.
Приезжайте в Киев, в милую Полтаву,
В солнечный Чернигов, в Ужгород родной".

55 лет назад возвращение на родину утратившего иллюзии Казимира-Степана Ивановича Джугало вызвало панику у руководителей западногерманской разведки:

"Утраченные иллюзии

Украинское националистическое охвостье на службе иностранных разведок

Общество культурных связей с украинцами за рубежом устроило в Киеве пресс-конференцию для советских и иностранных корреспондентов газет, информационных агентств, радио и телевидения. В ней принял участие Джугало Казимир — Степан Иванович. Во время Великой Отечественной войны Джугало служил в созданной гитлеровцами из украинских националистов дивизии СС "Галичина". В составе этой недобитой дивизии он бежал на Запад. Там примкнул к организации украинских националистов (ОУН), главари которой — Бандера, Ленкавский и другие, располагая опытом антинародной шпионско-террористической деятельности, нашли себе новых хозяев, в первую очередь американских. Сейчас Джугало вернулся на родину.

— В течение длительного времени,— сообщил на пресс-конференции председатель правления Общества культурных связей с украинцами за рубежом писатель Юрий Смолич,— Джугало работал в "проводе" "заграничных частей ОУН", центр которых находится в Мюнхене, и входил в состав специального засекреченного отдела, известного под названием "К-3" (так называемая референтура связи с краем), который занимается выполнением заданий западногерманской разведки по вербовке, подготовке и заброске агентов на территорию Советской Украины. Именно поэтому возвращение Джугало на родину вызвало панику у руководителей западногерманской разведки. Они дали указание своим слугам из ОУН опубликовать в газетке "Шлях перемоги" статью, в которой поспешили заверить общественность, что, дескать, Джугало состоял в организации на технической работе и поэтому, мол, все, что он будет говорить, вымысел.

Западногерманская разведка "Бундеснахрихтендинст» (БНД) и разведки других империалистических государств широко используют любую возможность для проведения активной идеологической диверсии. Особую активность в этом  отношении проявляют Соединенные Штаты. Именно поэтому на территории США нашли убежище многие главари украинских националистов, на совести которых тяжелые преступления, совершенные против украинского народа в годы Отечественной войны. Потеряв хозяина в лице гитлеровцев, они перешли на службу к другим империалистическим разведкам и теперь исправно торгуют человеческими душами, продавая членов своих организаций разведкам для использования в шпионской работе против нашей страны.

Это подтвердил и выступивший на пресс-конференции с заявлением С. И. Джугало. Он родился в 1908 году в городе Сокале на Львовщине. До войны был учителем. Двадцать три года назад, оставив жену и троих детей, бежал на Запад.

— За эти годы,— заявил Джугало,— мне многое пришлось пережить. Я многое видел и многому научился. Находясь в эмиграции, а точнее говоря, в изгнании, я был членом организации украинских националистов. Одновременно с этим я длительное время выполнял функции личного охранника руководителя ОУН Ленкавского, работал бухгалтером в проводе организации, находящемся в Мюнхене. Постоянное общение с проводниками (руководителями) организации,

работа в референтуре "К-3" дали мне возможность хорошо разобраться в том, что происходит в руководящей верхушке ОУН, осмыслить, понять и ответить самому себе на вопрос: кому служит кучка людей, называющих себя "политическими борцами", распинающихся в любви к Украине и украинскому народу. С полной ответственностью и знанием вопросов я могу заявить, что руководители ОУН в своих темных деяниях озабочены лишь тем, чтобы на деньги, собираемые с одурманенных ими же украинских эмигрантов, строить свое личное благополучие.

Джугало назвал ряд агентов БНД из числа украинских националистов, которые были подготовлены в Италии, Австрии и непосредственно в ФРГ, а затем засланы на территорию Советского Союза.

— Вся работа по подготовке и заброске агентуры проходила на средства, выделенные западногерманской разведкой, — рассказал Джугало. — Анализируя свою работу в референтуре связи с краем, я пришел к выводу, что она ничего общего не имеет с теми лозунгами, которые пропагандируют руководители ОУН, направлена целиком против украинского народа и служит интересам  иностранных государств. В самой организации украинских националистов царят произвол и террор. Вот почему я решил окончательно порвать с ОУН и вернуться на родину. Мне остается только сожалеть, что этот шаг я сделал так поздно, потратив впустую больше двадцати лет своей жизни. И что бы ни ждало меня здесь, я не жалею о принятом решении. Лучше отвечать перед советским судом,

чем пользоваться пресловутой "свободой" западного мира.

Заявление Джугало еще раз показало омерзительное лицо украинского  националистического охвостья, находящегося на службе империалистических разведок.

А. Козлов,

соб. корр. "Известий".

Киев, 20 апреля. (По телеф.)".

("Известия", 1966, № 94 (20 апреля, московский вечерний выпуск), с. 6).

"Идут ленинградцы, поют ленинградцы..."

"...Прислушались к песне века,

И город бесстрашный,
И Ленин на башне
Гранитного броневика".

35 лет назад пытался научить США дальновидности и нравственности народный артист СССР Кирилл Лавров:

"Оправдать такое нельзя

Кирилл Лавров,

народный артист СССР

Нападения Соединенных Штатов на Ливию — это действия, идущие вразрез с такими понятиями, как государственная мудрость, ответственность, дальновидность. Это отрицание всего, что накоплено в мире, чему училось человечество на протяжении своей истории, заплатив очень дорогую цену за эту науку: в отношениях между государствами, вообще в отношениях между людьми нельзя действовать по праву сильного.

Нельзя руководствоваться первобытным инстинктом: ты мне не нравишься, получай за это! Нельзя ставить в зависимость от сиюминутных эмоций и соображений престижности человеческую жизнь. Свойство цивилизованных наций, без которого просто не ужиться людям на Земле, — умение побеждать в себе такие сиюминутные вспышки.

США, кичащиеся своей цивилизованностью, провозглашающие себя чуть ли не чемпионами цивилизованности, не хотят признавать общепринятых, общечеловеческих правил, норм морали. Своей акцией против Ливии они еще

раз поставили себя вне цивилизованного мира, начав войну без объявления войны, совершив разбойничье нападение из-за угла, под покровом темноты, продиктованное желанием безнаказанно ударить более слабого. Это безнравственно. Это гангстеризм. Оправдать такое нельзя ничем".

("Известия", 1986, № 109 (19 апреля, московский вечерний выпуск), с. 5).

"Куба — сахара половодье..."

"...Куба — солнца щедрый прибой...

Куба, слышишь меня?— сегодня

Каждое честное сердце с тобой!"

60 лет назад в СССР сообщение о вооруженной агрессии против свободной Кубы быстро облетело поселок совхоза "Дальний":

"Наши сердца с вами

Целиноград, 18 апреля. (По телефону). Сообщение о вооруженной агрессии против свободной Кубы быстро облетело поселок совхоза "Дальний". С  возмущением и негодованием встретили целинники эту весть. Директор совхоза Герой Социалистического Труда Д. И. Нечитайло сказал:

— Происки авантюристов, рискнувших на агрессию, вызывают справедливый гнев у всех честных людей. Пусть знают кубинцы, что наши сердца всегда с ними.

Пусть не забывает охвостье Батисты и его вдохновители, затевающие игру с огнем, что миллионы людей готовы протянуть руку помощи тем, кто борется против насилия и рабства.

— Вооруженное вторжение на Кубу окончательно срывает маску с американских империалистов,— говорит бригадир комсомольско - молодежной тракторной бригады совхоза "Бузулукский" Ф. А. Иванов,— Всему миру ясно, что в этом деле не обошлось без их активной помощи".

("Известия", 1961, № 93 (18 апреля, московский вечерний выпуск), с. 2).

"Вспомним игры школьные, отметки в дневнике..."

"...Площадки волейбольные

И лодку на реке".

60 лет назад в СССР сары-ассийские воспитатели недосточно  глубоко задумывались над словами Н. С. Хрущева:

"Письма с комментариями

Так не полагается

Дорогая редакция!

В школе № 1, где учатся наши дети, производственное обучение поняли так: раз живем на селе, значит, школьники должны собирать хлопок. Эта "помощь" затянулась: дети не учились всю вторую четверть. Какие же после этого будут у  них знания? Теперь программу начат сокращать и уплотнять, ученики не в силах освоить материал, а учителя — дать им его в полном объеме. И так не первый раз.

А между прочим, колхозам такая длительная помощь школьников и не требуется.  И без ребят можно справиться с планом хлопкозаготовок. Нужно только чтобы районные власти организовали выход в поле всех трудоспособных колхозников, лучше использовали хлопкоуборочные машины.

Пришлите, пожалуйста, вашего корреспондента. Пусть он сам убедится в этом.

Анкудинов, Асадулин, Желудков, Колесов, рабочие Сары-Ассийской РТС Сурхан-Дарьинской области.

                                                   *

И вот я подхожу к школьной калитке. Сторож собирается повесить на нее замок, но я прошу подождать — всего три часа дня!

Он пропускает меня, но не понимает намека. Уроки кончились, все разошлись. В школах с односменными занятиями после уроков наступает веселое время кружковых занятий, спортивных тренировок, художественной самодеятельности. А здесь вешают на дверь замок.

Нахожу директора школы Д. Ибрагимова. Он удивляется:

— Разве вы не знаете, что учащиеся должны участвовать в общественно полезном труде? Есть такое специальное указание.

— Закрыть школу на два месяца?

— Нет, вопрос, конечно, стоял иначе, но так уж получилось.

— Какая же у школьников норма?

— Сколько соберут. Примерно выходит половина взрослой.

— А сколько ребят участвовало в уборке урожая?

— Сто пятьдесят—двести.

— Значит, они заменили не более ста сборщиков. Неужели в районе так не хватает рабочих рук?

— Что вы! Столько здоровяков слоняется по базару, отсиживается в чайханах!— в один голос говорят директор, завуч и преподаватель физики.

Богата Сары-Ассия, плодородны ее земли, многолюдны села. В минувшем году больше стало на полях хлопкоуборочных кораблей. Но многие из них простояли без дела. А на базаре да в чайханах отлынивали от труда нечестные люди.

Сюда бы и обратиться секретарю райкома М. Умарову, сюда бы прийти хоть разок председателю райисполкома X. Болтаеву. Вот где "недостающая сила". Но они решили, что гораздо легче приказать директору послать ребят на поле, чем добиваться того, чтобы все колхозники вышли на поле, чтобы полностью использовалась техника. А когда хлопок был убран и руководителей района попросили помочь отстающим соседям, они снарядили в Термезский район

все тех же старшеклассников.

Сегодня они оправдываются —мы боролись за план заготовок хлопка. Но разве так борются?

Десятиклассники отстали по истории на целую четверть, по физике — на 29 часов, не имели ни зимних, ни весенних каникул. Создается впечатление, что и они, и их учителя махнули на ученье рукой. А иначе почему же такое затишье —в три часа дня на двери школы вешают замок.

На селе подростки обязательно помогают родителям в полевых работах. Любовь к сельскохозяйственному труду, полезные навыки призвана давать своим воспитанникам и школа. На это и нацелена программа производственного обучения. Несколько недель в году отводится практике по различным темам. Например, осенью девятиклассники должны собирать хлопок (тема: " Отработка качества сбора"), десятиклассники —водить уборочные машины (тема: "Механизированный сбор"). Ранней весной ученикам надо заниматься подготовкой семян к посеву и севом, младшим—на пришкольном участке, старшим —на полях родного колхоза. Так полагается! Но в этом районе не утруждают себя никакой системой трудового воспитания.

В своей речи на совещании передовиков сельского хозяйства районов Северного Кавказа Н. С. Хрущев много внимания уделил работе ученических бригад Ставропольского края. "Вы, конечно, понимаете, что мы говорим об этих прекрасных делах школьников Ставропольского края не потому, что нас интересует продукция, которую они выращивают, —сказал Никита Сергеевич.—Нет, самое главное, самое важное заключается в том, что в ученических бригадах школьникам прививается уважение к сельскохозяйственному производству, любовь к труду".

Надо бы задуматься сары-ассийским воспитателям над этими словами. Но они считают, что уже добились успешного соединения обучения с общественно полезным трудом. А на деле используют школьников как подсобную рабочую силу, извращают принципы советской школы.

Резко? Иначе я не мог комментировать письмо, продиктованное болью родительского сердца.

Г. Меликянц,

соб. корр. "Известий".

Сары-Ассийский район Сурхан-Дарьинской области".

("Известия", 1961, № 92 (17 апреля, московский вечерний выпуск), с. 4).