"Мчится поезд, вьёт дымок голубые кольца..."

"...Едут, едут на восток други-добровольцы! "

              

65 лет назад в СССР психологически правильно развенчивал композитор Кабалевский кулацкую сущность прапорщика Обаба:

"О новой опере "Никита Вершинин"

Заметки композитора

Большое счастье для советского композитора создать такую оперу, музыка которой несла бы в себе благородные чувства и идеи нашего времени. Каждый из нас мечтает о том, чтобы его опера была хорошо и сердечно встречена советскими слушателями, взволновала их. Это ли не радость для художника, не награда за его большой и напряженный труд! Предельно ясно и просто эту мысль выразил великий Чайковский. Он писал: "Я желал бы всеми силами души, чтобы музыка моя распространялась, чтобы увеличивалось число людей, любящих ее, находящих в ней утешение и подпору".

За последние годы в репертуаре наших театров появилось немало оперных произведений. Это — "Молодая гвардия» Ю. Мейтуса, "Богдан Хмельницкий" К. Данькевича, "Семья Тараса" Д. Кабалевского, "В бурю" Т. Хренникова, "Каменный Цветок" и "Заря" К. Молчанова, "Декабристы" Ю. Шапорина и другие. Но культурный рост советского народа столь велик, что ни количество, ни качество оперных произведений во многом не удовлетворяют нашего требовательного слушателя.

И композиторы, и либреттисты, и оперные театры, совершенно недостаточно заботящиеся о создании нового советского репертуара, в долгу перед народом. Это относится и к Большому театру СССР. После премьеры "Декабристов" Ю. Шапорина лишь через два с половиной года на его сцене появилась новая опера —"Никита Вершинин!" Д. Кабалевского.

Прошло несколько спектаклей этой оперы, артисты вокально и сценически овладели своими партиями, хор и оркестр нашли необходимые краски, раскрывающие замысел композитора. И хочется поговорить о новом оперном  произведении.

Д. Кабалевский является автором в свое время тепло встреченных опер "Кола Брюньон" ("Мастер из Кламси") и "Семья Тараса". Он активно работает во многих жанрах музыкального творчества —пишет вокальные и симфонические произведения, музыку к кинофильмам и т. д. Вся эта многосторонняя композиторская деятельность подготовила Д. Кабалевского к созданию оперы "Никита Вершинин". Либретто по мотивам повести и пьесы Вс. Иванова  "Бронепоезд 14-69" написал С. Ценин. Опера воскрешает в музыкальных образах эпопею гражданской войны, борьбы за утверждение советской власти.

Опера "Никита Вершинин" — важная веха в творчестве Д. Кабалевского.

Слушателя волнует музыка, полная драматического напряжения, эмоциональной силы. Хороши партизанские хоры, написанные в подлинно народном духе, широкие и распевные. Проникновенна песня "Ой, тайга", в которой композитор нашел сдержанные, лаконичные и в то же время интонационно интересные и выразительные характеристики сибирских партизан. Удачно введены в оперу и революционные песни "Трансвааль", "Варшавянка" и "Смело, товарищи, в ногу!", порой своеобразно окрашивающие звучание и хоров, и ведущих партий оперы.

Композитор дает убедительные музыкальные характеристики героев оперы, особенно Вершинина и китайца-партизана Син Би-у. С первого появления  Никиты Вершинина сначала в кругу его семьи, а затем среди партизан композитор показывает его волевым человеком, бесстрашным патриотом, олицетворяющим народную силу и мудрость. Музыкальные характеристики Вершинина — от песен до развитых арий —разработаны в русском национальном стиле, ясно очерчивают характер народного героя. Арии Никиты Вершинина напевны и вместе с тем полны драматической силы.

Артист А. Кривченя как бы создан для исполнения партии Вершинина. Его внешний облик, сценическая игра и превосходное пение воссоздают образ сибирского партизана незабываемых героических лет. Талантливо, подкупающе просто и жизненно проводит А. Кривченя свою партию. Чувствуется органическое слияние образа и творческой индивидуальности артиста.

Правдив Вершинин в исполнении А. Кривчени даже и в тех сценах, когда проявляются его сомнения и колебания. Их развеяла беседа с Пеклевановым, руководителем подпольной коммунистической организации. Но окончательно созревает решимость Никиты Вершинина в сцене, когда, вернувшись в родное село, он узнает о зверствах карателей. С большой силой звучит здесь в устах Вершинина фраза, которую он услышал от Пеклеванова: "...Война —она не милует, сторонкой не проходит. Ее не переждешь, в тайге не отсидишься".

Композитор многое нашел для музыкальной характеристики Пеклеванова. Но, рисуя его облик, Д. Кабалевский как бы боится придать ему больше внутреннего тепла, нежности и ласки (в дуэтах Пеклеванова с женой). И эта сдержанность порой становится нарочитой, переходит в скованность, обедняет образ, лишая его черт человечности. Это затруднило и задачу исполнителя. Хороший певец М. Киселев часто не может преодолеть некоторой музыкальной и, следовательно, сценической риторики в обрисовке Пеклеванова. Да и ситуации, в которые ставят Пеклеванова автор и режиссер, порою обеднены и трафаретны.

С чувством любви к дружественному великому китайскому народу нарисован в опере образ китайца Син Бн-у. Это —удача композитора. Партия Син Бн-у решена в лирическом плане, и, думается мне, именно это еще больше оттеняет героизм китайского патриота. Партия Син Би-у в исполнении С. Лемешева удивительно привлекательна. Артист передает обаяние своего героя, пламенную веру его в победу народа. С. Лемешев нашел верные вокальные н сценические краски, он хорошо поет и играет. В плане трагического гротеска обрисован белогвардейский капитан Незеласов, матерый хищник, возомнивший себя "спасителем России". Композитор рисует психологический образ кровавого маниака. В арии Незеласова "До океана докатились" показана смятенность души, внутренняя пустота колчаковца, все еще мечтающего расправиться с народом.

Хорошо написан и отлично исполняется артистом Г. Нэлеппом романс "Догорают последние свечи", который поет капитан в вагоне бронепоезда, окруженного партизанами Вершинина.

Психологически правильно развенчивает композитор и кулацкую сущность прапорщика Обаба, партию которого исполняет артист А. Гелева.

Хочется поговорить также о некоторых других персонажах оперы. Дочь Вершинина, Катя, по началу довольно безликая, исполняет в третьей картине сильную арию — рассказ о зверствах интервентов, загубивших ее мать и братишку.

Эту партию тепло, с драматизмом проводит артистка И. Масленникова. Можно только пожалеть, что автор оперы отвел ей мало места в дальнейших сценах.

Несколько бегло и поверхностно охарактеризован матрос Знобов, являющийся, на наш взгляд, значительным персонажем оперы,— он осуществляет связь между партийным центром и партизанской армией Вершинина. Знобов любит Катю. Перед композитором открывались богатые возможности для глубокой музыкальной характеристики матроса, но они не использованы, и образ остался недописанным. Исполнение роли Знобова артистом А. Ильиным, быть может, из-за скудности отведенного ему музыкального материала тоже вряд ли может удовлетворить.

Бледным и невыразительным получился и образ жены Никиты Вершинина —Настасьи. Не повезло и жене Пеклеванова —Маше. Для них композитор не нашел верных и запоминающихся характеристик.

Естественно, что многие недочеты в обрисовке действующих лиц оперы зависят и от либретто. В общем литературная основа оперы написана С. Цениным хорошо, действие оперы в начале развивается динамично, увлекательно, но затем к концу оно спадает. Четвертое действие во многом получилось неубедительным и по либретто, и по музыке. В этом большой недостаток всего спектакля.

Слабо в постановочном отношении (режиссер Л. Баратов) сделан финал оперы. Он рыхл и растянут. Художник В. Рындин, нашедший нужные средства для первых картин оперы, здесь решает задачу неинтересно, обыденно. Иногда в спектакле чувствуется, что режиссер и художник путают реализм с бытовизмом, обыденностью и прозаичностью. Этим объясняется и ненужное, но  "взаправдашнее" оформление и загромождение сцены в доме у Пеклеванова, в партизанском штабе, в железнодорожных мастерских.

В лесных, партизанских эпизодах на сцене мало света, а в эпизоде с разоружением вражеского бронепоезда из-за темноты трудно понять происходящее. Лишь потом догадываешься, что Син Би-у загородил своим телом Вершинина и гибнет от пули Обаба. Вообще нужно ли было почти одинаково решать сцены смерти Снн Би-у и Пеклеванова?

Хочется сделать еще несколько замечаний о постановке спектакля. Ставя оперы советских композиторов, наши театры призваны работать над ними гораздо серьезней и взыскательней. И при постановке "Никиты Вершинина" следовало бы подумать о более интересном и выразительном режиссерском и декоративном решении, в частности о новом финале оперы.

Очень большую работу провел хормейстер М. Шорин, добившийся отличного хорового звучания. Дирижер А. Мелик-Пашаев с присущей ему страстностью и творческой смелостью раскрыл сложную партитуру новой оперы. Вообще артисты хора и оркестра проявили в этом спектакле большое мастерство.

В опере "Никита Вершинин" есть хорошие, увлекательные и жизненно правдивые страницы. Если коллектив театра, композитор и либреттист продолжат работу над спектаклем, исправят его недостатки, если они подумают над более убедительным музыкальным и драматургическим решением четвертого акта, то опера,  несомненно, займет прочное место в репертуаре.

Творческими усилиями советских писателей и композиторов в содружестве с нашими театрами, я уверен, будет создано немало замечательных новых произведений. Освоение лучших традиций мировой и в первую очередь русской

классики в сочетании с глубоким, вдумчивым изучением жизни поможет появлению все большего количества высокохудожественных оперных произведений. И думается мне, уже не за горами то время, когда Большой театр на двух своих сценах сможет ежегодно показывать не одну, а несколько новых советских опер.

Дмитрий Шостакович,

народный артист СССР".

("Известия", 1956, № 59 (9 марта), с. 3).

"Я прославлю те великие права, что в истории впервые появились..."

"...Глянь: на западе клубами тучи сбились,-

над людьми там кривды мертвой голова,

а у нас – вся жизнь нова,

родились герои, и певцы явились!"

75 лет назад советские люди провожали депутата на недельную сессию Верховного Совета, словно кормильца на империалистическую войну:

"Наказ депутату

Отправив в поле последнюю подводу с удобрением, звено собралось в доме Чупыры Мокрыны Демьяновны. Мокрына Демьяновна уезжает в Москву на сессию Верховного Совета СССР. Подруги, взволнованные большим доверием, оказанным народом их звеньевой, стали еще требовательнее к себе. Уже в который раз они проверяют, сколько вывезли на свой участок удобрений. Подсчитали: хватит с избытком! А посевной инвентарь? Он у всех на виду — подготовлен, в исправности...

Мокрына Демьяновна весь день провела в звене, подобрала на время от’езда заместителя. Марфа Павловна Шевчук записывает ее поручения, составляет план.

Но недолго совещались подруги наедине. Сегодня в дом Чупыры с вечера собираются родные, соседи, сельские активисты. Они провожают своего депутата, напутствуют его добрым словом. Первым говорит отец — Демьян Родионович:

— За звено будь спокойна, всей артелью поможем. А наказ мой тебе, Мокрына:

решай дела умело, по-государственному. Держись интересов народа... Подумайте, сельчане, дети и внуки мои, дочь демидовского батрака Демьяна стала депутатом, едет в столицу!

— А еще поклонись нашему Сталину, передай ему от всего народа сердечное спасибо.

Собравшиеся слушали простые слова 75-летнего Родионыча, и в памяти каждого воскресало их довоенное богатое и привольное село со школой-десятилеткой, клубом, электростанцией, большим животноводческим городком. Потом колхозная Домидовка стала "границей" между "великой" Германией и румынским воеводством. Село по безымянной речушке разделили колючей проволокой, "пограничными" столбами. Появились две комендатуры, гестапо, виселицы, немецкие помещики и румынские бояре.

Учитель Коваль просит Демьяновну рассказать сессии о большом народном под’еме, который вызнала речь товарища Сталина. Так, колхозники и  интеллигенция села своими силами восстановили школу, электростанцию, пополняют колхозные фермы, осваивают довоенные посевные площади.

Колхозный кузнец Романюк так выразил свои мысли: —На выборах мы все с радостью голосовали за своих кандидатов. Теперь с вас и спрос, наши депутаты,—ведите нас скорей к довоенной жизни!

Из соседнего района к своему депутату М. Д. Чупыре приехал врач Ковалевская.

Она передает наказы женщин — скорее восстанавливать школы, больницы, ясли, родильные дома.

Долго шла задушевная беседа на квартире депутата. Потом Мокрына Демьяновна разбирала почту, перечитывала письма.

На следующий день состоялся пробный выезд в поле Демидовского колхоза имени Орджоникидзе. Колхозники по-хозяйски, придирчиво и пытливо проверяли семена, инвентарь, тягло. Мокрына Чупыра попросила проверить сначала ее звено, а затем она проверяла соседние звенья, бригады. Нашлось много недоделок. Кузнецы, плотники, все звеньевые и бригадиры дали слово своему депутату, что ко дню открытия сессии Верховного Совета СССР они полностью подготовятся к севу.

Вечером М. Д. Чупыру, провожали к поезду. Прошла она с подругами по селу, посмотрела на электрические огни в хатах, на новый животноводческий городок, повстречалась с подводами, возвратившимися из лесу, —живет, быстро возрождается, спешит к былой славе ее родная Демидовна!

В своем селе, а потом в пути Демьяновна слышала много разговоров о 500 центнерах свеклы с гектара, о довоенных табунах скота, школах, клубах, своих лесопилках и черепичных заводах, о стекле и белилах... Этот восстановительный под’ем, строительный азарт депутат Верховного Совета СССР М. Д. Чупыра видела на всем пути —и в Браилове, и в Липовцах, и в Жмеринке. С мыслью об этом, с думами народа о процветании родины едет депутат на сессию!

М. Якуненко,

соб. корр. "Известий".

Село Демидовка Жмеринского района Винницкой области".

("Известия", 1946, № 58 (8 марта), с. 2).

"Для нас открыты солнечные дали..."

"...Горят огни победы над страной.

На радость нам живет товарищ Сталин,
Наш мудрый вождь, учитель дорогой".

70 лет назад череда неприглядных картин и образов проходила перед советским  поэтом Сурковым, когда тот посещал страны капитализма:

"Слово поэта

Советский читатель хорошо знает поэта Суркова. Его стихи и песни, написанные в годы Великой Отечественной войны,— сильные, мужественные, исполненные непреклонной полей в победе,—отвечают мыслям и чувствам нашего народа, боровшегося тогда против немецко-фашистских захватчиков. "Смелого пуля боится, смелого штык не берет",— эти крылатые слова поэта хорошо выразили несгибаемый дух советского солдата, который шел на смертный бой против фашизма и вышел из него победителем.

В новой книге стихов Алексея Суркова — "Миру—мир!" (А. Сурков. Миру — мир! Стихи 1946—1949 гг. Изд. "Правда", 1950 г.) широко, поэтично звучит песня борьбы за мир во всем мире. Новые стихи органически связаны с творчеством поэта в героические годы Великой Отечественной воины. Во многих стихах этой книги вспоминаются подвиги советского воина, благородного защитника и освободителя народов. Простые люди всего мира увидели в солдате армии-освободительницы советского человека, несущего свет свободы, правды, справедливости. Одно из лучших стихотворений посвящено Зое Космодемьянской — первой дочери советского народа, павшей на поле брани с фашистскими ордами.

 Белый иней стынет на омете,

Вьюга все дороги замела,

Девушка стоит на эшафоте,

Как огонь бессмертия, светла.

 .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .

Сквозь людские горести и беды,

Что на сердце тяжестью легли

Золотое зарево победы

Девушка увидела вдали.

Героический образ Зои, так выразительно и вдохновенно нарисованный поэтом,  как бы символизирует те огромные жертвы, которые принес советский народ во имя торжества правого дела.

Эта мысль выделена в новых стихах А. Суркова особенно рельефно. Советские 

люди, отдавшие жизнь стольких своих лучших сынов и дочерей ради победы над фашизмом, особенно остро ощущают, как дорог им мир по всем мире. Потому-то так гневен их голос против поджигателей новой войны, против дельцов Уолл-стрита и Сити, всех тех, кто вынашивает дьявольские планы новых военных авантюр.

 Бряцая оружием, сея страхи,

Грозя растоптать и сжечь,

Они под шумок сдирают рубахи

У ближних с костлявых плеч.

...Приятно щекочет их обонянье

Кровавый запах войны…

Но на крушенье их планы заранее

Историей обречены.

 Череда неприглядных картин и образов проходит перед советским поэтом, когда он посещает страны капитализма. Вот маленькая Дания с тихими улочками своих старых городов, казалось бы, живущая еще в эпоху сказочника Андерсена. Но нет, и здесь появился американский солдат, "полупьяный нахал", жующий резинку и сорящий апельсинными корками. Он дан поэтом только мельком, мимоходом, но его мерзкий облик обрисован выразительно и ярко. Вот гнусный тип западноевропейского космополита, с его продажным "блудословьем",—облик человека, распродающего свою родину дельцам из-за океана. Вот тегеранский базар, на котором поэт видит пробковые шлемы англичан и слышит тяжелый стук их солдатских башмаков. Вот отражение крейсеров колонизаторов в водах Шат эль-Араба. Гневно, с большой силой сарказма разоблачает советский поэт происки поджигателей воины.

Зато какой сердечностью полны строки его других стихов, в которых он говорит о советских людях, стоящих па страже своего мирного созидания, с каким подлинным поэтическим волнением он воспевает щедрую советскую землю, расцветающую благодаря неутомимому труду ее сынов и дочерей.

 Я полсвета обошел с боями,

Я по праву выстрадал, любя,

Плодородьем полную с краями

С жаворонками и соловьями,

Майскую весеннюю тебя.

 Советский Союз —это весна человечества. Так и названо – "Весна человечества"—одно из стихотворений новой книги А. Суркова. Поэт показывает в нем, как солдаты нового, свободного Китая, как партизаны Вьетнама, как трудовые люди Праги, Варшавы, Софии, Бухареста, Будапешта, Тираны вместо с советскими людьми творят эту новую Весну человечества. "Мы—армия мира. Нас—множество в мире, испытанных боем, стальных, непреклонных",— восклицает поэт. Его стихи полны душевным ощущением несокрушимости социальной правды, перед которой бессильны империалисты и их наймиты.

Большой силой, подлинным вдохновением проникнуты стихи, посвященные Ленину и Сталину. Образы великих вождей народа проходят через многие стихи книги. А. Сурков прекрасно передал в поэтической форме идею единства дела Ленина и Сталина, нераздельность их подвига. Поэт обращается к великому Сталину, ставшему для всех трудовых людей мира их светочем, их надеждой и опорой.

 Настанет, в песнях солнечных воспетый,

Обетованный, долгожданный час.

Когда, исполнив Ленина заветы,

В мир коммунизма Вы введете нас.

Союз сердец объединит народы.

Дороги горя порастут быльем.

Свои незабываемые годы

Мы Сталинской эпохою зовем.

 Поэтическое восприятие коммунизма, как времени, когда не будет ни раздоров, ни войн между народами земного шара, придает всей книге стихов солнечный, оптимистический характер. Стихи поэта отличает несокрушимая вера в то, что силы мира гораздо сильней сил войны, что свободолюбивые народы не дадут, не позволят поджигателям войны ввергнуть человечество в новую бойню. Это придает книге действенный, целеустремленный характер.

Ясные, простые, лишенные словесных побрякушек и украшательства, новые стихи А. Суркова свидетельствуют о росте его мастерства как художника слова. Слова отобраны скупо, но они весомы, ибо за ними стоят верные мысли и большие, глубокие чувства.

Правда, некоторые стихи грешат излишней декларативностью, недостаточностью изобразительных средств. Но этот упрек относится лишь к немногим стихам сборника. Большинство новых стихотворений отмечено художественной зрелостью.

Одна из наиболее благородных традиций классической русской литературы — ее обличительный пафос, направленный против несправедливых, грабительских войн. Достаточно вспомнить такие произведения, как "Анчар" Пушкина, как стихотворение Лермонтова "Я к вам пишу...", как "Внимая ужасам войны Некрасова, как "Война и мир" и "К ответу" Маяковского, как разящие своим гневом выступления М. Горького против фашистов — поджигателей войны.

Книга стихов А. Суркова "Миру – мир!" находится в русле этих славных традиций. Конечно, нельзя полностью сближать идейно-политическое содержание стихов поэта-большевика, каким является А. Сурков, с поэзией русских классиков XIX века. Иная историческая эпоха, иные политические убеждения! Но их роднит благородная любовь к простому человеку, ненависть к тем, кто затевает бессмысленные, кровопролитные войны.

Сборник А. Суркова "Миру — мир!" — значительное явление в современной поэзии. Он служит великому делу борьбы за мир.

 Ан. Тарасенков".

 ("Правда", 1951, № 66 (7 марта), с. 3).

"Славься, наш киргизский край, вперёд шествуй и цвети..."

"...Знамя Ленина вздымай

К коммунизму на пути!"

70 лет назад уже начинало бросаться в глаза, что счастливая жизнь колхозников бывает в каких-то исключительно далеких областях СССР:

"Спектакли киргизских театров

Фрунзе, 6 марта. (По телеф. от соб. корр.). Театральный сезон этого года в Киргизии богат новыми постановками, которые очень тепло приняты зрителями.

Киргизский театр оперы и балета недавно поставил оперу "На берегах Иссык-Куля", написанную композиторами Власовым, Малдыбаевым и Фере по либретто Баялинова и Винникова. В музыке оперы ярко отображена счастливая жизнь колхозников далекой Иссык-Кульской области.

Молодой киргизский композитор Мукаш Абдраев написал оперу "В труде" по либретто Байтемирова. Абдылас Малдыбаев закончил оперу "Токтогул", рассказывающую о жизни и революционной деятельности великого киргизского акына и композитора Токтогула Сатылганова.

Русский драматический театр имени Крупской поставил пьесы "Семья", "Прага остается моей", "Волки и овцы", "Певец народа" (Токтогул)".

("Известия", 1951, № 54 (7 марта), с. 1).

"Как один, за Родину мы встали..."

"... Нас поднял вождя народный зов.

В грозной битве всюду с нами Сталин,
В каждой роте он среди бойцов".

70 лет назад важный сдвиг произошёл в развитии  советского оперного искусства:

"Театр

"Семья Тараса"

На сцене Ленинградского театра оперы и балета имени С. М. Кирова поставлена новая опера "Семья Тараса". Спектакль горячо принят зрителями, увидевшими на сцене правдивое изображение советских людей, борющихся за свободу и независимость социалистической Родины.

Композитор Д. Кабалевский и автор либретто оперы С. Ценин на основе известной повести Б. Горбатова "Непокоренные" создали патриотическое произведение, впечатляющее талантливостью, волнующее драматизмом героических событий.

Семья старого мастера Тараса Яценко показана в ожесточенной борьбе против фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны. Сам Тарас, его старший сын Степан, руководящий подпольной борьбой против фашистов в захваченном ими районе, младший сын Тараса — боец Советской Армии, дочь Настя единодушно поднялись против врага. Священное чувство советского патриотизма объединяет эту семью со всем народом.

Встают на борьбу старые рабочие. Не дрогнув перед угрозой расстрела, они отказываются ремонтировать вражеские танки. Столкновение старых мастеров с фашистами — одна из вершин драматического развития оперы.

Под наведенными автоматами выходят старые рабочие, чтобы гордо встретить смерть. Непреклонная решимость "старой гвардии" убедительно передана суровой звучностью хора, напоминающего революционные песни большевистского подполья.

Сильное впечатление оставляет заключительная часть сцены, когда рабочие, поддерживая Тараса, раненного фашистским офицером, надвигаются на растерявшегося врага под героические звуки "Интернационала". Успеху этой картины способствует декорация художника С. Вирсаладзе, превосходно передающая трагический и величественный облик разрушенного завода.

В центре всего действия оперы поставлен партийный руководитель —Степан.

Он направляет людей на боевые посты, укрепляет в народе веру в победу. "Не сегодня—завтра и у нас загремят раскаты боя, в них мы услышим могучий голос великого Сталина!" —говорит Степан. Композитор в замечательной арии с хором показал единение Степана с народом и раскрыл индивидуальные черты героя.

Одна из музыкальных тем, связанных с образом Степана, проходит в увертюре оперы, получая там широкое значение как героическая тема, характеризующая непреклонную волю к победе. В финале оперы мы видим Степана, поднимающего народ на вооруженное восстание против захватчиков.

В образе Степана есть схематические черты, но они не способны обеднить этот образ, убеждающий своей жизненной правдивостью.

Встреча Степана с отцом помогает старому Тарасу вступить на путь активной борьбы с фашистами, дает ему внутренние силы осудить младшего сына Андрея, временно поддавшегося чувству страха и безысходности. Монолог Тараса ("Ты, Андрей, в смертный час муки убоялся...") убедительно показывает, что классические ариозные формы по-новому расцветают в советской опере. По художественным достоинствам эта суровая и вместе с тем страстно-взволнованная ария относится к лучшим местам оперы.

Роль Тараса в опере хорошо исполняют И. Яшугин и Л. Ярошенко.

С большой теплотой в опере показана советская молодежь —Настя, ее друг Павка, их школьные товарищи. Трогает своей кристальной чистотой объяснение Насти и Павки —их первое признание в любви. После этого лирического эпизода особенно сильное впечатление оставляет сцена героической гибели Насти, бросающей гестаповцам гордые и гневные слова: "Не вы, а мы здесь хозяева! Хозяева на нашей земле!.. Завтра мы вас будем судить! Смерти нет! Есть капут для трусов и бессмертие для героев!".

Для исполнения роли Насти театр привлек студенток Ленинградской консерватории Б. Коляду и А. Тарасову. Обе исполнительницы вполне справились со своей задачей, создав образ, полный трогательной поэзии и героической силы.

Молодость и непосредственность Павки с подкупающей искренностью передает артист В. Ивановский.

Песню комсомольцев-школьников "У старой у околицы родимого села" уже повсюду напевает наша молодежь. По музыкальному строю эта песня близка к нашим народным массовый песням. В то же время в ней есть черты, которые роднят ее с русским классическим романсом.

Опера Д. Кабалевского вообще сильна своими связями с массовой песней, с высокоразвитыми формами русской классической музыки. Показывая действия и переживания народной массы и героев оперы, композитор создал хоровые сцены, ансамбли и арии, выдержанные в духе классических оперных форм, но овеянные дыханием современности. Незаурядное симфоническое мастерство композитора сказалось и в превосходном оркестровом письме, и в органичности развития оперной формы.

Постановка "Семьи Тараса" позволяет говорить о важном сдвиге в развитии  советского оперного искусства.

Это не значит, разумеется, что в опере нет недостатков. В частности, финал ее драматургически слабее предыдущих актов.

Высокой оценки заслуживает музыкальная сторона спектакля, осуществленная под руководством Б. Хайкина. Успеху оперы способствует и творческий энтузиазм всего исполнительского коллектива. Кроме уже названных артистов, следует отметить С. Преображенскую и О. Мшанскую (Евфросинья —жена Тараса), И. Алексеева и Н. Шашкова (Степан), О. Кашеварову и А. Тихонову (Антонина —жена Андрея), Я. Мищенко (Назар), В. Луканина (лесник), А. Атлантова (немецкий полковник).

Постановку "Семьи Тараса" (режиссер И. Шлепянов) следует отнести к удачам театра имени С. М. Кирова.

В прошедшем 1950 году, кроме "Семьи Тараса", в различных театрах страны были поставлены такие новые оперы советских композиторов, как "От всего сердца" Жуковского, "Богатая невеста" Трошина— Энке, "Иван Болотников" Степанова, "Богдан Хмельницкий" Данькевича, "Каменный цветок" Молчанова. Правильная оценка этих спектаклей, устранение имеющихся в них недостатков и поощрение достижений помогут закрепить успехи советского оперного творчества на пути социалистического реализма.

Проф. И. Рыжкин".

("Известия", 1951, № 52 (4 марта), с. 3).

"Друг на друга пусть и не походим мы..."

"...Но все пойдём на подвиг любой,

Мы счастье любимой Родины
Связали с собственной судьбой".

50 лет назад в СССР от штурма рубежей новой пятилетки были временно освобождены только защитники Родины:

"Слово защитников Родины

Газеты с текстом проекта Директив XXIV съезда КПСС сейчас в центре внимания воинов подразделения старшего лейтенанта В. Котовича. В солдатским клубе особое оживление у карты Родины. Как будто сама огромная, могучая страна встает перед солдатскими глазами. Наш народ уже начал штурм рубежей новой пятилетки. Но солдат — есть солдат. Защита мира, охрана мирного труда советских людей — вот его главная задача.

С полным напряжением сил подразделение борется за выполнение социалистических обязательств в честь XXIV съезда КПСС. Задача — подтвердить звание отличного подразделении, которое было присвоено ему в канун 100-летия со дня рождения В. И. Ленина. Сержант Н. Студеникин весной этого года должен уволиться в запас Гражданская профессия его — энергетик.

— Есть где размахнуться, поработать с полной отдачей.— говорит сержант.— Я уеду на стройку, но на свое место здесь, в армии, готовлю замену из молодого пополнения.

Рядовой К. Анохин, развивая мысль товарища, заявил:

— Наше оружие — техника, и мы должны ее как следует изучить, чтобы достойно заменить увольняющихся в запас воинов.

Капитан А. Шибанов".

("Правда", 1971, № 63 (4 марта), с. 3).

"У саратовской гармошки разливные голоса..."

"...Полюбила я парнишку

За весёлые глаза".

50 лет назад в СССР дорвалась до Центрального телевидения саратовская общественность еврейской национальности:

"Ответ сионистам

В Саратове состоялась транслировавшаяся по местному телевидению пресс-конференция представителей городской общественности, участники которой выразили решительный протест против антисоветской кампании международных сионистских кругов и организованного ими шабаша в Брюсселе. На пресс-конференции выступили рабочие, инженеры, ученые, ветераны войны, деятели культуры — советские люди еврейской национальности.

— Ни для кого не секрет,— заявил заведующий кафедрой Саратовского юридического института, доктор наук Б. Виленский,— что действия сионистов преследуют цель отвлечь внимание мировой общественности от тех злодеяний, которые чинит американская военщина на земле Индокитая, а израильские захватчики — на оккупированных арабских территориях.

— Нам, рабочим, хорошо понятно, что сионистское сборище в Брюсселе имеет ярко выраженный антисоветский характер,— сказал шлифовальщик станкостроительного завода М. Эпштейн.— Наш рабочий ответ сионистам прост: мы и впредь будем крепить самоотверженным трудом мощь нашей Советской Родины.

Ветеран Великой Отечественной войны, бывший рабочий-слесарь, прошедший путь от рядового до полковника Советской Армии Ш. Шварцман подчеркнул, что сценарий сионистского сборища в Брюсселе явно изготовлен ЦРУ. От себя и от членов своей семьи протестую и требую от сионистских заправил оставить нас, советских евреев, в покое, заявил он. О нашем благополучии заботилась и позаботится в дальнейшем наша родная Советская власть.

С решительным осуждением происков сионистов выступили также Р. Люблих, в прошлом участница подпольного коммунистического движения в Палестине; лауреат Государственной премии 1970 года инженер-конструктор Б. Лернер; саратовский поэт И. Тобольский, доцент медицинского института Л. Гофман.

2 марта эта интересная и назидательная пресс-конференция была передана по Центральному телевидению.

В. Петров".

("Известия", 1971, № 53 (3 марта, московский вечерний выпуск), с. 2).

"Земля моя, страна моя родная, заводов бесконечных череда..."

"...Над ними песню славы подымает
Наш современник, человек труда".

70 лет назад в советской литературе героем самой большой душевной чистоты обычно был парторг:

"Критика и библиография

Эпопея труда и мужества

Уральская трилогия Анны Караваевой, включающая романы "Огни", "Разбег" и "Родной дом"*), заслуженно пользуется большой популярностью у читателей. Охватывая годы Великой Отечественной войны, трилогия повествует о жизни и быте военного тыла, о мужестве и трудовом героизме советских людей. На истории борьбы коллектива Лесогорского танкового завода за бесперебойное  снабжение Советской Армии боевым оружием писательница показала великую силу советского патриотизма, непоколебимую уверенность советских люден в полной победе нашего правого дела над черными силами фашизма.

Уже первый роман трилогии— "Огни" привлек к себо внимание широких масс читателей своим боевым патриотическим содержанием. У Анны Караваевой сохранилось письмо, полученное ею в 1944 году из Действующей армии. Автор письма рассказывал писательнице о том значении, какое имел для фронтовиков ее роман: "В землянке, при коптилке, в небольшой перерыв, вместо отдыха читали мы "Огни"... Ваш роман прочло все наше подразделение, начинали читать — шли и наступление, а в первый же момент отдыха спешили дочитать его. Наши бронебойщики, подбив танки, заявляли вместо доклада: есть лом для Лесогорского завода!...". В этом же письме фронтовик-корреспондент говорил: "Вы словом, а мы оружием бьем нашего общего врага".

Рисуя трудовые дни Лесогорского завода, героический труд рабочих во имя победы над врагом, Анна Караваева уже во втором романе "Разбег" наметила ту тему, которая стала основной для книги "Родной дом",— тему созидания и творческого труда во имя мира. Так хорошо прозвучавшая еще в "Огнях" мысль: "Человеку положено строить, делать вещи для жизни",— теперь была выражена в широкой картине торжества труда и созидания над силами, варварского разрушения. Изображенное Караваевой в последней книге трилогии восстановление разрушенного фашистами города Кленовска и возрождение иссеченного вражескими снарядами Кленовского дола приобретает в этом отношении глубоко символическое значение.

В трилогии действует большая группа героев — стахановцев, хозяйственных  руководителей, инженеров, постоянных жителей Лесогорска и эвакуированных в тыл "кленовцев". Запоминаются парторг Пластунов, сталевар Нечипорук, директор завода Пермяков, инженер Сбоев, конструктор Костромин, Соня Челищева, Игорь Чувилев, бывший командир партизанского отряда, председатель горисполкома Соколов.

В характерах своих героев Анна Караваева показывает любовь к социалистической Родине, трудолюбие, дружбу, товарищество, гуманность, честность — те высокие качества, которые присущи советскому человеку.

Раскрывая духовный мир своих героев — советских людей, Анна Караваева правдиво рисует то, как утверждаются новые морально-этические принципы в сложной и непримиримой борьбе с пережитками прошлого. Так развертывается в трилогии борьба против недисциплинированности и разболтанности сталевара Алексахи Маковкина, эгоистического индивидуализма Николы Бочкова, так развивается тема преодоления чувства самоуспокоенности в характере Пермякова, тема разоблачения бездушного техницизма инженера Тербенева.

На примере труда и жизни положительных героев А. Караваева убедительно показала, что любовь к своему социалистическому Отечеству всегда связана у советских людей с беззаветным трудом на благо Родины, что индивидуальные качества каждого советского человека наиболее полно и ярко раскрываются лишь в коллективе, в общем труде и борьбе.

Типична в этом отношении судьба Сони Челищевой. Коллектив электросварщиц, сплоченный Соней, помог найти свою дорогу в жизни и Юлиньке, и Ольге Шаниной, помог преодолеть душевные невзгоды и многим другим. Соня Челищева, сама повзрослевшая и возмужавшая в работе с людьми, во многом помогала воспитанию мужества и воли у других.

Особо стоит подчеркнуть удачу автора в создании образа парторга ЦК ВКП(б) Пластунова, человека большой душевной чистоты, беззаветно преданного Родине.

Умно и с тактом показывает Караваева парторга как наставника и руководителя, воспитывающего в людях подлинно коммунистическое сознание.

В "Родном доме" есть сцена беседы Сони Челищевой с молодежью о коммунистическом воспитании, "о высокой и прекрасной цели, для которой мы все работаем". Соня сказала своим собеседникам: жизнь "прекрасна еще тем, что советский человек стремится к тому, чтобы всюду на земле был мир и чтобы мы построили коммунизм... И коммунизм гораздо ближе к нам, чем кажется".

Живые черты коммунизма уже видны в жизни и труде советских людей. Об этом и говорят романы Караваевой, и в этом, наряду с отображением великих побед нашего народа в Отечественной войне, их достоинство.

Хочется отметить еще одну черту трилогии— ее широкий диапазон. В число героев "Родного дома" закономерно введен автором чех Ян Невидла. На истории Яна Невидлы Анна Караваева показывает великую силу примера советского народа для строительства новой жизни в странах народной демократии.

Волнующе звучат строки письма Яна Невидлы. Он говорит в нем о своей любви к Советскому Союзу и ненависти к поджигателям войны.

"Как и все честные люди, я разъярен против врагов мира! Я жил с вами, русские братья, я понял, как силен и горд человек, любящий свою родину, как могуча страна, которую ведет великий Сталин, которой руководит партия коммунистов и управляет сам трудовой народ... Для нас, простых людей, Россия Ленина и Сталина —великий пример патриотизма, единства и коммунистического братства. Советский Союз, как свет зари, освещает путь всех честных борцов за мир, свободу и демократию!".

Трилогия не свободна от недостатков. Некоторые эпизоды "Родного дома" являются повторением эпизодов предыдущих книг; несколько схожи, а следовательно повторяются в какой-то мере образы Назарьева и Пермякова, Челищева и Тербенева. Остались до конца нс раскрытыми, не дорисованными образы юного севастопольца и художника. Требует доработки и стиль романов—порою он засорен непродуманными сравнениями, неточными эпитетами, явно противоречащими реалистическому содержанию. В целом же трилогия Анны Караваевой —бесспорно большое явление в нашей литературе.

Вас. Куриленков.

*) Анна Караваева. "Огни". Роман. 1943 г. "Разбег". Роман. 1948 г. "Родной дом". Роман. 1950 г."

("Известия", 1951, № 51 (3 марта), с. 3).

"И мы не можем думать по-иному..."

"...Великого Отечества сыны:

Все наши думы к Сталину родному,

К родной Москве сейчас устремлены".

70 лет назад советские люди выражали благодарность партии и правительству за заботу о себе в простых задушевных словах:

"Народная любовь

Вильнюс, 1. (Корр. "Правды"). Радостная весть о новом снижении розничных цен на продовольственные и промышленные товары быстро облетела города и села Литвы.

На собрании рабочих, работниц, инженеров и техников вильнюсской швейной фабрики "Лелия" выступила работница тов. Н. Леус.

— Американские агрессоры, — сказала она,— высасывают последние, соки из своего народа и из народов маршаллизированных стран на производство пушек, танков и бомб. Наше правительство последовательно, твердо стоит за мир во всем мире и за предотвращение новой войны. Каждый честный человек на земле знает, что нет у нашего правительства иной заботы, кроме заботы о народе, о счастье трудящихся. Вспомните, что два года назад на месте, где мы проводим с вами собрание, был пустырь. Теперь здесь раскинулись прекрасные цехи швейной фабрики. С каждым годом мы даем все больше одежды гражданам нашей Родины. Только в этом году наш производственный план вырастает почти на 30 процентов. На решение партии и правительства мы ответим коллективной стахановской работой и досрочно выполним свой производственный план.

Одна за другой выступают работницы. В простых задушевных словах, идущих от всего сердца, они выражают глубокую благодарность партии, Советскому правительству за заботу о советских гражданах".

("Правда", 1951, № 61 (2 марта), с. 1).