"И сманил он с собой на прогулку..."

"...Краснощекую сдобную

Булку".

55 лет назад советские люди радовались прекращению систематического сманивания граждан ГДР из социализма:

«Постановление Совета Министров Германской Демократической Республики

Берлин, 13 августа. (ТАСС). Агентство АДН передало следующий текст постановления Совета Министров ГДР:

«На основании заявления стран – участников Варшавского договора и решения Народной палаты Совет Министров Германской Демократической Республики принял следующее постановление:

Интересы сохранения мира требуют положить конец проискам западногерманских реваншистов и милитаристов и посредством заключения германского мирного договора открыть путь к сохранению мира и возрождения Германии как миролюбивого, антиимпериалистического, нейтрального государства. Точка зрения боннского правительства, согласно которой вторая мировая война еще не закончена, равносильна требованию свободы для милитаристских провокаций и мероприятий гражданской войны. Эта империалистическая политика, проводимая под маской антикоммунизма, является продолжением агрессивных целей фашистского германского империализма времен третьего рейха. Из поражения гитлеровской Германии во второй мировой войне боннское правительство сделало вывод о том, что надо еще раз испробовать разбойничью политику германского монополистического капитала и его

гитлеровских генералов путем отказа от немецкой национальной государственной политики и превращения Западной Германии в государство – член НАТО, в государство – сателлит США.

Эта новая угроза немецкому народу и европейским народам со стороны германского милитаризма могла стать серьезной опасностью потому, что в Западногерманской Федеративной Республике и во фронтовом городе Западный Берлин постоянно нарушались принципиальные положения Постдамского соглашения об искоренении милитаризма и нацизма.

В Западной Германии усилилась реваншистская политика с возрастающими территориальными требованиями к Германской Демократической Республике и к соседним с Германией государствам, что тесно связано с ускоренным вооружением, а также атомным вооружением западногерманского бундесвера. Правительство Аденауэра систематически проводит по отношению к Германской Демократической Республике подготовку к гражданской войне. Граждане Германской Демократической Республики, посещающие Западную Германию, во все большей степени подвергаются террористическим преследованиям. Западногерманские и западноберлинские шпионские организации ведут систематическое сманивание граждан Германской Демократической Республики и организуют настоящую торговлю людьми.

Как следует из официальных правительственных документов и из принципиального заявления партийного руководства ХДС/ХСС, целью этой агрессивной политики и саботажа является включение всей Германии в западный военный блок НАТО и распространение милитаристского господства в Федеративной Республике Германии также  и на Германскую Демократическую Республику. Западногерманские милитаристы хотят с помощью всевозможных лживых маневров, как, например, «свободных выборов», сначала расширить свою военную базу до Одера, чтобы затем начать большую войну.

Западногерманские реваншисты и милитаристы злоупотребляют мирной политикой СССР и государств Варшавского договора по германскому вопросу, чтобы посредством разнузданной враждебной пропаганды, сманивания людей и диверсий нанести ущерб не только Германской Демократической Республике, но и другим государствам социалистического лагеря.

По всем этим причинам Совет Министров Германской Демократической Республики в соответствии с решением политического консультативного комитета государств-участников Варшавского договора с целью обеспечения мира в Европе, защиты Германской Демократической Республики и в интересах безопасности государств социалистического лагеря принял решение о проведении следующих мероприятий:

Для прекращения враждебной деятельности реваншистских и милитаристских сил Западной Германии и Западного Берлина вводится такой контроль на границах Германской Демократической Республики, включая границу с западными секторами Большого Берлина, который обычно имеет место на границах каждого суверенного государства. На западноберлинских границах надлежит обеспечить надежную охрану и эффективный контроль, чтобы закрыть путь для подрывной деятельности. Граждане Германской Демократической Республики могут

переходить эти границы только с особого разрешения. До тех пор, пока Западный Берлин не превращен в демилитаризованный, нейтральный вольный город, граждане столицы Германской Демократической Республики должны иметь для пересечения границы в Западный Берлин специальный пропуск. Мирные граждане Западного Берлина могут посещать столицу Германской Демократической Республики (демократический Берлин) по предъявлению западноберлинского удостоверения личности. Реваншистским политикам и агентам западногерманского милитаризма вступать на территорию столицы ГДР (демократический Берлин) не разрешается. Относительно посещения демократического Берлина гражданами Западногерманской Федеративной Республики сохраняют силу прежние постановления о контроле. Эти постановления не затрагивают въезд граждан других государств в столицу Германской Демократической Республики.

Относительно поездок граждан Западного Берлина по коммуникациям Германской Демократической Республики за границу продолжают действовать прежние постановления.

Это решение никак не изменяет прежние постановления о транзитном сообщении между Западным Берлином и Западной Германией через Германскую Демократическую Республику.

Министру внутренних дел, министру транспорта и обербургомистру Большого Берлина поручается издать необходимые постановления о проведении этого решения в жизнь.

Это постановление о мероприятиях по обеспечению мира, защите Германской Демократической Республики, в особенности ее столицы Берлина, и по обеспечению безопасности других социалистических государств останется в силе до заключения германского мирного договора.

Берлин, 12 августа 1961 года».

("Восточно-Сибирская правда", 1961, № 192 (15, август), с. 4).

"С тобой поклон моей стране прислали земляки…"

"… Ты говорил:

«Война – войне!»,

Сжимая кулаки.

Ты с земляками в ту весну

За мир голосовал,

Когда враги в твою страну

Нацелили металл.

Уехал ты, не сдав ещё

Экзамен курсовой,

Винтовку вскинув на плечо,

Ты встал с друзьями в строй.

Меня допытывает мать:

-  А что же нет вестей?

Склонясь над картою опять,

Я отвечаю ей,

Что недосуг тебе пока.

Добыв отчизне мир,

Ты к нам придёшь издалека,

Товарищ Ким Ман Ир".

65 лет назад советские люди лучше знали о подвигах отряда, наводившего ужас у священной горы Моранбон, чем о подвигах других отрядов, наводивших ужас в других местах:

Молодогвардейцы Пхеньяна

В. Корнилов

В Пхеньяне в дни непродолжительной оккупации города американскими империалистами действовало несколько подпольных молодёжных отрядов. Корейские патриоты, подобно советским молодогвардейцам. наносили захватчикам чувствительные удары, устраивали в тылу врага взрывы, диверсии, распространяли листовки и т. д. В западном районе Пхеньяна, у священной горы Моранбон, на оккупантов наводили страх и ужас молодые партизаны, возглавляемые бывшим военнослужащим Со Кван Бином. За рекой Тэдонган в восточном районе города, совершал дерзкие налёты молодогвардейский отряд преподавателя пятой гимназии Ким Кван Дюна.

Нельзя в короткой журнальной статье перечислить все подвиги, которые совершили юные патриоты Пхеньяна. Здесь пойдёт речь о боевых делах только одного отряда - Со Кван Бина, - состоявшего из пятнадцати человек. О действиях своих друзей рассказал на встрече с журналистами бывший связной этого отряда Пак Юн Гвон, ныне возглавляющий молодёжный добровольческий отряд восстановителей Пхеньяна.

Когда американцы ворвались в Пхеньян, Пак Юн Гвон находился в госпитале. Он принимал участие в уличных боях и был ранен в ногу. В госпитале американский офицер избил его до полусмерти и полуголого оттащил в коридор.

Придя в себя, Пак Юн Гвон незаметно выбрался из госпиталя и почти ползком добрался до деревушки Камхын, расположенной в трёх километрах от Пхеньяна. Здесь он встретил своих школьных друзей Ким Нен Дю и Ко Мюн Хына. В это время шли повальные аресты членов Трудовой партии и всех тех, кто честно работал на предприятиях и в учреждениях Корейской Народно-Демократической Республики. И вот три друга договорились о том, чтобы мешать интервентам расправляться с патриотами.

Американцы и лисынмановцы широко использовали для арестов и облав молодёжную фашистскую организацию «Техан ченендан». Трое друзей решили вступить в эту организацию, прикинувшись поборниками лисынмановского режима. После долгих церемоний и допросов их приняли в организацию. Как они и рассчитывали, им, наряду с другими, поручили участвовать в арестах членов народных комитетов, рабочих, служащих.

Трое товарищей приходили на квартиру, брали под стражу человека, уводили его за город. Там, где-нибудь в укромном месте, «полицейские» останавливались и... крепко жали арестованному руки. Снабдив его на дорогу узелком с пищей, они указывали, в каких местах стоят патрули и как обойти их.

Но вот в полиции начали сличать количество арестованных и фактическое их наличие в тюрьме. Разница оказалась большая. Власти забили тревогу. Немедленно был арестован председатель организации «Техан ченендан», началось тщательное расследование.

Троим товарищам пришлось скрыться, чтобы спастись от неизбежной смерти. Скрывались они в той же маленькой деревушке Камхын. Здесь находился их старый знакомый, член Трудовой партии Со Кван Бин, оставленный в тылу врага для подпольной работы. Вчетвером они и составили ядро отряда молодогвардейцев в западном районе Пхеньяна. На первом же заседании руководителем отряда был избран Со Кван Бин, утвердили текст клятвы и присвоили отряду название «Молодая гвардия».

Со Кван Бин учил молодёжь подбирать нужных людей. Каждому было поручено связаться с молодыми патриотами, которым Можно доверить почётное звание молодогвардейца.

Уже спустя три дня в отряде было двенадцать человек. Каждый вступавший в члены «Молодой гвардии» приносил клятву перед своими товарищами. «Я добровольно вступаю в ряды патриотического отряда «Молодая гвардия», - гласили слова клятвы. - Я вступаю в этот отряд, отлично сознавая свой долг и свою ответственность перед народом. Я клянусь быть честным, выполнять любое задание отряда, а в тяжёлую минуту умереть, но не выдать своих товарищей. Настало время решительной борьбы за счастье своего народа, и стоять в стороне от этой борьбы - позор. Если же я нарушу священные слова этой клятвы, пусть я буду жестоко наказан руками тех, кому я клянусь сегодня в верности».

Необходимо было раздобыть оружие, в первую очередь гранаты. Это боевое задание было возложено на Пак Юн Гвона. В разведку послали десятилетнего мальчика, брата молодогвардейца Ко Мюн Хына. По утрам малыш, взвалив на плечи небольшую вязанку дров, уходил в город. Американцы, замерзавшие в Пхеньяне, охотно «покупали» у детей дрова за конфетку. Поэтому мальчика свободно всюду пускали, брали у него дрова и велели приносить ещё. Так в течение недели паренёк бродил по всем военным объектам, пока не обнаружил небольшой склад с гранатами.

Ночью пять молодогвардейцев отправились за добычей. Они незаметно проскользнули мимо мертвецки пьяных часовых, вытащили два ящика с гранатами и скрылись. Такую операцию они проделали несколько раз.

Раздобыв оружие, молодогвардейцы стали действовать смелее. На дорогах, ведущих к Пхеньяну, то и дело загорались автомашины, всё чаще и чаще находили убитых американских офицеров, летели под откос повреждённые вагоны с вооружением.

Но ходить по городу, не имея определённых занятий, было опасно. Надо было легализоваться - устроиться в лисынмановских учреждениях. Поступив на работу, молодые партизаны больше видели, больше знали. Они раздобыли ротатор и начали регулярно выпускать листовки с призывом бороться против интервентов. Каждое утро на стенах домов, на заборах, на телеграфных столбах появлялись боевые прокламации.

Все молодогвардейцы читали замечательную книгу А. Фадеева «Молодая гвардия», переведённую на корейский язык, и многие подвиги краснодонцев они решили повторить в Пхеньяне.

Однажды утром прохожие увидели на улице Керим необычайное зрелище: над куполом высокого здания полиции развевалось знамя Корейской Народно-Демократической Республики. Это сделали смельчаки из отряда Со Кван Бина.

Отступая в спешке из Пхеньяна, американские разбойники не успели взорвать огромный склад артиллерийских снарядов у горы Комбу, на окраине Пхеньяна. На следующий же день прилетели американские бомбардировщики и стали сбрасывать бомбы на артиллерийский склад. Американские лётчики, вероятно, очень были удивлены тем, что снаряды не взрывались. А дело объяснялось просто: молодогвардейцы Со Кван Бина уже успели перетащить снаряды в безопасное место.

По примеру краснодонцев пхеньянские молодогвардейцы устраивали побеги заключённых. Шестнадцатилетний юноша Кон Ден Дю, поступив в качестве рабочего в лагерь для военнопленных, с помощью старика Ким Хва Ена 22 ноября 1950 года вывел из лагеря 30 человек и спрятал их в водоливной трубе. Затем было устроено ещё несколько групповых побегов. Таким образом Кон Ден Дю и Ким Хва Ен спасли от смерти 150 корейских патриотов. В конце концов охрана лагеря обнаружила «утечку» заключённых, но было уже поздно: к Пхеньяну подходила Народная армия...»

("Смена", 1951, № 15 (август), с. 17).

"Будем кружить, петь и дружить…"

"… Я совсем танцевать разучился
И прошу вас меня извинить".

65 лет назад некоторые советские театральные коллективы с прибором клали на волнующие идеи пьес Н. Погодина:

«Неудачная постановка

Иркутский зритель познакомился еще с одной работой Черемховского драматургического театра – спектаклем «Миссурийский вальс». Пьеса лауреата Сталинской премии Н. Погодина «Миссурийский вальс» поднимает большую злободневную тему борьбы трудящихся США за подлинную демократию, за мир.

Однако, волнующие идеи пьесы не нашли в спектакле Черемховского театра достаточно яркого выражения. Творческий коллектив участников спектакля, руководимый режиссером М. В. Ильнаровым, не нашел свежих изобразительных средств для обрисовки таких важных образов, как прогрессивный деятель Керри Фостер (артист А. И. Бгашев), профсоюзный вожак рабочих Робин (артист Н. А. Зыков), чикагский бандит Горгорто (артист А. Н. Кутенин), настоятельница женского монастыря Барбака (артистка Е. В. Ильчевская) и ряд других. Сравнительно более убедительны образы продажного буржуазного журналиста Ники Кларк (артист В. И. Попов), лидера демократической партии, босса Томаса Браусса (Б. И. Градов), Джони Джениари (А. М. Сахаров).

Спектакль «Миссурийский вальс» свидетельствует о неиспользованных возможностях творческого коллектива театра, о нетребовательном отношении режиссера и актеров к работе над образами в данном спектакле».

("Восточно-Сибирская правда", 1951, № 188 (11, август), с. 4).

"Вас охраняла длань Господня…"

"…И сердце матери. Вчера - 
Малютки-мальчики, сегодня - 
Офицера".

70 лет назад в СССР борьба с офицерским инфантилизмом целиком и полностью ложилась на плечи Союзпечати:

«Когда получу выписанную литературу?

Я демобилизованный офицер. Еще будучи в части выписал журналы «Октябрь», «Пионер», «Дружные ребята», «Мурзилка» и газету «Пионерская правда» сроком на один год.

После демобилизации долго пришлось хлопотать о переадресовке, но в феврале все формальности были соблюдены и мне сказали:

- Теперь будете получать.

Однако, проходит март, апрель, наступает конец мая, а литературы все нет. В конце мая я написал подробное заявление в городское отделение Союзпечати и пошел лично, чтобы скорее разобраться. Заявление приняла заведующая городским отделом Союзпечати. Тут же стала проверять по карточкам. Все оказалось правильным. Подписка, адрес и фамилия. Пообещала немедленно выяснить причину и снова подтвердила, что теперь все получите. Но вот уже август, а я получил один двойной номер «Мурзилки» и больше ничего.

Неужели у нас нет управ на бездушных черствых людей. Ведь если бы я заплатил деньги за селедку и мне ее не дали, считалось бы, что тут преступление. А вот когда выписываешь книгу и ее не доставляют, то это не заслуживает внимания и виновники не привлекаются к ответственности.

А. Баженов».

("Восточно-Сибирская правда", 1946, № 158 (10, август), с. 3).

"Рвет на клочья встречный ветер паровозный сизый дым..."

"... Над полями тает вечер...
Хорошо быть молодым!"

65 лет назад в лагере социализма разжаловать ещё нельзя было только инженера железнодорожного транспорта:

«Процесс группы английских шпионов в Румынии

Бухарест, 9 августа. (ТАСС). Сегодня в военном трибунале в Бухаресте начался процесс по делу группы шпионов, работавших на английскую разведку.

На скамье подсудимых: бывший генерал-майор Михаил Романеску, бывший акционер ряда торговых обществ Георге Полизу-Микшунешть, бывший полковник Михаил Бошоанка, бывший фабрикант, инженер железнодорожного транспорта Матак Раду, бывший председатель Бухарестского апелляционного суда Александру Личиу, подполковник запаса Антон Думитреску и бывшие помещики Ион Василеску-Валжан и Титус Онишор.

На утреннем заседании суда было оглашено обвинительное заключение, в котором, в частности, говорится:

Следствием установлено, что обвиняемые, пытаясь с помощью американо-английских империалистов насильственным путем свергнуть народно-демократическую власть в Румынии, стали служить английской разведке, которой они представляли сведения военного, экономического и политического характера через английских дипломатов, аккредитованных в Бухаресте.

После соглашения обвинительного заключения суд приступил к допросу обвиняемых».

("Советский Сахалин", 1951, № 189 (12, август), с. 4).

"Вся страна встает на подвиг жизни…"

"… Светлый подвиг мира и труда.

На великих стройках коммунизма

Мы возводим счастье навсегда".

65 лет назад в СССР стояли на ушах почтовые работники:

«Александр Яшин

Во имя счастья на земле

Приветствия со всей Отчизны

И спешной почтой и простой

Идут на стройку коммунизма –

На Сталинградский гидрострой.

Нам пишут дети и солдаты,

Колхозники и горняки,

Из Белоруссии девчата,

Из Ленинграда моряки.

Горды доверием народа,

Его поддержкою сильны,

Мы перекроем в Волге воду,

Усилим мощь родной страны.

Такую станцию построим,

Чтоб светом степи залила,

Чтоб слава города-героя

Еще незыблемей была.

Чтоб беспрепятственно отныне

И на песках хлеба росли,

Чтоб суховеями пустыни

Грозить нам больше не могли!

Мы люди сталинского века,

Для нас начертан путь в Кремле

Во имя счастья человека,

Во имя мира на земле.

И все друзья на нас, как прежде,

Как в дни боёв за Сталинград,

С великой верой и надеждой,

И с благодарностью глядят.

Необоримы силы жизни.

Идём по ленинским стопам.

За нашей стройкой коммунизма

Следит товарищ Сталин сам».

("Смена", 1951, № 15 (август), с. 1).

"Где-то поезд катится точками огня…"

"...Где-то под рябинушкой парни ждут меня".

55 лет назад в СССР после митинга на одном из сибирских оборонных заводов крепких пиздюлей получил от своих товарищей сборщик Пожидаев: 

«Мир, а не война

Советские люди единодушно поддерживают политику Советского правительства

Обуздать поджигателей войны

В тот час, когда в Москве по радио и телевидению выступал товарищ Н. С. Хрущев, в Сибири было уже далеко за полночь. Но, несмотря на позднее время, на оборонном заводе, где куется оружие для защиты нашей Родины, у репродукторов собрались сотни рабочих, техников, инженеров, служащих. Стараясь не проронить ни одного слова, слушали советские люди речь главы Советского правительства.

Как только было закончено выступление, начался митинг.

На трибуне – слесарь П. И. Бебенов.

- Мы прослушали, - говорит он, - речь Первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР товарища Н. С. Хрущева. Мы горячо одобряем справедливую политику нашего родного правительства и будем поддерживать ее всеми силами.

Выступает сборщик М. Т. Пожидаев.

- Американские империалисты бряцают оружием, увеличивают военные бюджеты. Мы не можем проходить мимо этого. Чтобы повысить  обороноспособность нашей страны, я предлагаю увеличить рабочий день на нашем предприятии до 8 часов, чтобы производить больше продукции, необходимой для отпора врагу, если он попытается на нас напасть.

На митинге выступили также рабочий В. М. Толстиков, начальник цеха Р. А. Мышкин, первый секретарь Новосибирского обкома КПСС Ф. С. Горячев и другие.

Единодушно принимается резолюция, в которой говорится:

Коллектив рабочих, инженерно-технических работников и служащих завода, собравшись на митинг, постановил:

1. Единодушно поддержать внешнюю политику КПСС и Советского государства, еще раз выраженную в нотах правительствам США, Англии, Франции по берлинскому вопросу;

2. Учитывая необходимость укрепления обороноспособности нашей Родины, быстрейшего оснащения Советской Армии новейшей техникой, коллектив завода просит Совет Министров СССР и ЦК КПСС разрешить

перейти работать на восьмичасовой рабочий день с целью увеличения выпуска оборонной продукции.

Новосибирская область, оборонный завод, 7 августа. (ТАСС)».
("Восточно-Сибирская правда", 1961, № 187 (9, август), с. 2).

"Отличная новость шагает по свету, гремит рупорами на всех языках…"

"… Хвала космонавту! Вчера лишь газету

С партийной Программой  держал он в руках;

Читал он и чувствовал жизни движенье

В той мудрой Программе, а нынче он сам –

Ее небывалых побед выраженье, -

В надежной ракете взлетел к небесам.

Воспитанный Партией, славной страною,

Во имя грядущего Герман Титов

Свой подвиг свершил и прошел над Землею

Почетной дорогою звездных цветов!"

55 лет назад в СССР паузы между сообщениями ТАСС заполняла музыка:

«Самый лучший

Не спалось. Тамара встала в шесть утра, надела спортивные брюки, кожанку мужа и вскоре вместе с подругами уже бродила в лесной чаще. Очень хотелось отыскать хотя бы один белый гриб, но тут нужен особый прицел. «Вот Герман, - думала она, - настоящий грибник, он обязательно нашел бы».

Попадались все больше сыроежки. Ведро быстро наполнялось. Обычно собираешь грибы и так увлекаешься этим, что все забываешь.

Но в это воскресное утро все было как-то иначе.

В памяти всплывало то одно, то другое. Как они вместе с Германом собирали здесь же грибы, как они встретились впервые, вспоминалась импровизированная свадьба в кругу друзей-летчиков. А после свадьбы Алтай: Герман привез ее к своим родителям.

Однажды он ушел с отцом Степаном Павловичем на необычную охоту – бороться с хомяками. Решили отогнать их подольше от деревни дымом. Подожгли степную траву. И вдруг Степан Павлович забыл об «охоте» и начал быстро набрасывать на холсте картину: костер, лепешки, которые жарились на нем, стелющийся по земле дым…

Герман, не отрываясь, следил за отцом. Он всегда восхищался неожиданными приливами творческой энергии Степана Павловича. Картина получалась интересная, необычная. Но вдруг отец отложил походный мольберт и подбежал к костру. Увы, было поздно: лепешки превратились в черные угольки, мирно тлели старые фуфайки, те самые, в которых они когда-то бродили по лесам, катались на лыжах, помогали колхозникам в ночном.

…Вспомнились Сочи. Они были там недавно. Герман впервые видел Черное море. «Очень здорово! – говорил он. – А Сибирь лучше. Ни на какие края не променяю Сибирь!»

Подруги, родные сначала часто спрашивали ее: «Ну как семейная жизнь? Ты счастлива, Тамарочка?» Ответ всегда был один:

- Он у меня самый лучший!

Долгими зимними вечерами Герман и Тамара сидели за столом. Ей не удалось окончить среднюю школу. И вот месяц за месяцем Герман вместе с ней повторял математику, физику, литературу за девятый и десятый классы.

Раньше она не понимала Маяковского. И тогда Герман для нее одной читал отрывки из поэмы «Ленин», «Стихи о советском паспорте». Читал раз, другой, третий…

Герман любил петь, умел быстро переключиться с серьезного на шутку, пересыпал свою речь поговорками, пословицами. В концертах художественной самодеятельности он и декламировал, и был конферансье, и участвовал в музыкально-литературных монтажах. Зал хохотал, когда Герман читал басни Крылова, Михалкова.

С ним никогда не было скучно. На речке начнет делать акробатические прыжки и свое любимое упражнение – бесконечные стойки на руках. Он прекрасный спортсмен. Гоночных велосипедов купил сразу два: себе и Тамаре. Еще в юношеские годы отец подарил ему велосипед. Было это так: Герман учился играть на пианино, но без особой охоты. Степан Павлович подметил это.

- Толку мало, если не хочешь,- сказал он сыну. – Попробую купить тебе велосипед, но с условием: не просто катайся – технику осваивай. Сначала велосипед, а потом и другие машины полюбишь.

С тех пор Герман увлекся техникой. Всегда сам ремонтировал велосипед, радиоприемник, любил слесарничать.

Тамара уже не ищет грибы, просто медленно идет по лесу. Предчувствие чего-то значительного с каждой минутой все больше охватывает ее.

Вернулась домой. Слушала по радио «Пионерскую зорьку», концерт русской музыки.

И вдруг зазвучали знакомые позывные Страны Советов. Вихрем вырвалось сообщение:

- Летчик-космонавт Герман Степанович Титов пилотирует спутник Земли – космический корабль «Восток-2».

Тамару бросились поздравлять, обнимать, целовать. Пришла Валя Гагарина с дочками.

Тамара, конечно, волновалась. Но это было ни с чем не схожее волнение. Никому из присутствовавших даже не приходило в голову успокаивать ее. Ведь это было волнение гордое, радостное: самый близкий тебе человек сейчас очень далеко от Земли, и в то же время он стал близок всем людям планеты. Стал им знаком, дорог, нужен.

- Каков он? Расскажите о муже, - прошу я Тамару еще, еще и еще.

Она достает из белой маленькой сумки, которую Герман подарил ей перед отъездом, его фотографию. На снимке Герман заразительно смеется.

- Да вы его, вероятно, видели в фильме «Первый рейс к звездам», только не знали, что это мой Герман. Помните, на экране из сурдобарокамеры появляется человек с бородкой? Это и был он – космонавт-два. Я и сама первый раз видела его тогда с бородкой.

Но я-то чаще вспоминаю его другим – совсем юным, в лейтенантских погонах. Двадцать два года ему было. Меня поразила его удивительная серьезность. Фантастически требователен был Герман к себе и другим. Бывало, все идет у него гладко, нормально, а он недоволен. Анализирует, отыскивает какие-то недочеты, промахи.

Паузы между сообщениями ТАСС заполняет музыка.

- Наверное, он там слышит эти передачи, как и Гагарин, - замечает Тамара. – Жаль, не знают на студии, что любимые композиторы Германа – Глинка и Чайковский.

Осматриваю библиотеку Титовых. Вперемежку стоят классики и современные писатели. Оказывается, у Германа вошло в привычку читать попеременно то старых писателей, то современных.

- Лучше все познавать в сравнении, - любит говорить Герман Степанович.

Потом все услышали, что в корабле космонавт сделал физзарядку.

- Неужели свои любимые стойки на руках? – улыбается жена.

А когда сообщили, что Герман уже пообедал, то Тамара, как любая жена, тихонько промолвила:

- Эх, грибков бы ему сейчас отведать моих…

Она склонилась над ученической тетрадкой и записывает маршрут полета. Каштановый непокорный локон мешает ей, падает на лоб, она отбрасывает его и погружается целиком в передачу, не замечая никого вокруг.

Голос диктора радует всех: космонавт чувствует себя отлично. Но жена не скрывает своего беспокойства:

- Как ему там, наверное, трудно. Успокоюсь окончательно, когда объявят о приземлении. Как это будет чудесно, когда он вернется! Ему говорили после полета Юрия Гагарина: берегите силы, на вашу долю выпадет еще более сложное путешествие. А он был в восторге от рейса своего друга и повторял: «Всем нам хватит космоса. Пусть потягаются с нами американцы».

… На следующее утро Тамара проснулась еще раньше, чем накануне. Ждала приземления удивительно спокойно.

- Он глубоко верил в успех, - говорит она. – И я глубоко верю.

И вот долгожданная посадка совершена. Тамара, словно маленькая девочка, чуть не прыгает от радости, а потом выходит из дому и идет к лесу. Мы прощаемся, желаем Тамаре и Герману побыстрее встретиться, желаем большого счастья – счастья, достойного их.

В. Петрусенко».

("Огонек", 1961, № 34 (20, август), с. 12).

"Их били и сшибали, словно кегли…"

"… и этого немногие избегли". 

60 лет назад советские люди с удивлением узнали, что польские товарищи как-то умудрились не уморить за отведенное им на это время товарища Гомулку:

«Сообщение Центрального Комитета Польской Объединенной рабочей партии

Варшава, 5 августа. (ТАСС). Польское агентство печати передало следующее сообщение Центрального Комитета Польской Объединенной рабочей партии.

VII Пленум ПОРП постановил отменить решение III пленума ЦК ПОРП от ноября 1949 года в части, касающейся необоснованных и несправедливых обвинений в терпимом отношении к враждебной агентуре, предъявленных товарищам Владиславу Гомулке, Мариану Спыхальскому и Зенону Клишко.

После VII Пленума представители Политбюро ПОРП имели беседу с товарищем Владиславом Гомулкой, в которой, в частности, были затронуты основные проблемы VII пленума ЦК ПОРП.

Заслушав отчет о ходе этой беседы, Политбюро решило восстановить товарища Владислава Гомулку в правах члена партии».

("Советский Сахалин", 1956, № 186 (7, август), с. 4).

"Не роман, не повесть и не драму…"

"… в полдень солнца,

в вечер ли дождя,

ты читаешь партии Программу,

взгляда от строки не отводя".

55 лет назад строительство коммунизма в СССР получило четкий график:

«Все во имя человека!

Опубликован документ величайшего исторического значения – проект третьей Программы Коммунистической партии Советского Союза. Этот документ с нетерпением ожидали миллионы коммунистов всех стран мира, десятки миллионов советских людей, все прогрессивное человечество.

Великая партия Ленина –единственная партия, которая всегда твердо знала свою цель, шла к ней по компасу марксистско-ленинской науки и, преодолевая все трудности и преграды, все козни, происки и сопротивление врагов, приходила к поставленной цели…

Коммунизм – наше скорое будущее

Василий Николаевич Кулаев, дежурный по Белорусскому вокзалу.

Мы, железнодорожники, привыкли очень бережно обращаться со временем. Ведь самое важное у нас – график, а график – это точнейшее время.

И я скажу так: с опубликованием проекта Программы КПСС строительство коммунизма в нашей стране получает четкий график.

Партия твердо заявляет, что уже к 1980 году в Советском Союзе «будет в основном построено коммунистическое общество».

("Огонек", 1961, № 32 (6, август), с. 1-4).

"Советской страны и Китая народы великих стремлений полны…"

"… Винтовка и книга, работа и отдых

Люду простому даны".

60 лет назад в СССР только совсем убогий не радовался за китайских товарищей, которым не угрожал больше диверсант Лю Ли:  

«Смертный приговор чанкайшистскому диверсанту

Пекин, 3 августа. (ТАСС). Как сообщает из Кантона корреспондент агентства Синьхуа, на днях городской суд вынес смертный приговор чанкайшистскому диверсанту Лю Ли, засланному из Гонконга. Лю Ли подорвал железнодорожное полотно близ станции Шумчунь во время первомайского праздника этого года. Затем он бежал в Гонконг, откуда вскоре вернулся с новым диверсионным заданием, но был задержан органами государственной безопасности. Приговор приведен в исполнение».

("Советский Сахалин", 1956, № 185 (5, август), с. 4).

"Сверкай на солнце и лети, лети, дорога, вдаль…"

"… Сегодня в мире все пути ведут на фестиваль!" 

65 лет назад советские люди с облегчением узнали, что не совсем уж даром жрёт в Берлине хлеб братская госбезопасность:

«Ликвидация шпионско-диверсионной организации в Германской Демократической Республике

Берлин, 2 августа. (ТАСС). По сообщению ведомства информации, в течение прошлой недели органами министерства государственной безопасности Германской Демократической Республики была разоблачена и ликвидирована шпионско-диверсионная организация, именовавшаяся «Свободный парламент». В состав этой шпионско-диверсионной организации, созданной по заданию американцев, входили фашистские и деклассированные элементы.

Штаб организации находился в американском секторе Берлина на Вильденовштрассе, № 40. Перед организацией, финансировавшейся и руководимой американцами и западногерманскими промышленниками, была поставлена задача – препятствовать проведению III Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Берлине, создать террористические банды на территории Германской Демократической Республики, собирать шпионские сведения и т.д.

Все члены этой шпионско-террористической организации арестованы и предстанут вскоре перед судом Германской Демократической Республики».
("Советский Сахалин", 1951, № 183 (5, август), с. 4).

"Дорогами густо оплетены просторы страны, что лежат, широки…"

"… Ездят и ездят по дорогам страны, 
Как солдаты, зеленые грузовики". 

60 лет назад в СССР на складах Павлодара не продохнуть было от детской и летней обуви:

« Урожай выращен богатый

Убрать его во-время, без потерь

На просторах Сибири и Казахстана во всю ширь развернулась уборка великолепного урожая. Корреспондент «Огонька» беседовал по телефону с некоторыми партийными работниками Казахстана и Сибири, директорами совхозов и МТС. Вот что они рассказали читателям журнала…

… Оказывается, можно!

Во время поездки по степям Казахстана Никита Сергеевич Хрущев побывал в совхозе «Хмельницкий» (Павлодарская область). На землях совхоза зрел богатый урожай, радующий сердце. Хорошее впечатление произвела и усадьба совхоза, обсаженная молодыми кленами и ясенями.

Никиту Сергеевича окружили матери-работницы, бывшие ленинградки.  Они пожаловались на то, что нет хороших яслей, а в магазине нет детской обуви, приданого для новорожденных, даже игрушек.

В дружеской беседе рабочие говорили о том, что редко в совхоз приезжают руководящие работники района, области, республики. Высказывалось неудовлетворение состоянием культурного обслуживания работников совхозов.

Товарищ Хрущев попросил министра совхозов СССР Ивана Александровича Бенедиктова остаться в совхозе и обстоятельно разобраться в бытовых делах.

Министр остался.

- И вот теперь, - сообщает директор совхоза Павел Евстратович Москаленко, - в совхозный магазин привезли из Павлодара полный грузовой автомобиль детской обуви и летней – для взрослых.

Оказывается,  этими товарами были забиты склады Павлодара…»

("Огонек", 1956, № 32 (5, август), с. 6-7).