"Каховка! Спутница далеких юных лет!.."

"...Со всей страной и я горжусь тобою—

Ты входишь в книгу славы и побед,

Написанную Сталина рукою!"

70 лет назад каждый советский человек ждал, что и ему выпадет какой-нибудь канал:

"Спасибо вождю

Решения нашего правительства о сооружении Куйбышевской и Сталинградской гидроэлектростанций, Главного Туркменского канала, Каховской электростанции, Южно-Украинского и Северо-Крымского каналов намечают план великих работ, поступь которых по плечу только нашей Родине, великой социалистической державе.

На просторах советской страны ширится великое преобразование, природы для блага и счастья людей. Даже давно знакомые названия населенных пунктов и рек звучат особенно торжественно, наполняются новым смыслом. Сталинский гений воодушевил советский народ на гигантское созидание, открыл новые дороги для счастья народа.

— Куйбышев!

— Сталинград!

— Кара-Кумы!

— Туркменский канал!

И неописуема радость людей, перед которыми раскрывается жизнь, привольная, как песня.

Даже тот, кто не бывал в пустынных местах Кара-Кумов, видит внутренним оком, как молодая трава укрепляет пески, как возникает первый дом на безлюдных просторах, как вытягивается вверх первое дерево пустыни и первая птица запевает песню в его молодой листве...

А потом электростанция у Каховки! Южно-Украинский канал, Северо-Крымский канал!

И вижу я, как стоят деды Запорожья на Мелитопольщине, у Сивашей, в солончаковой степи за Перекопом, в издревле нежилых далях, что когда-то неспроста назывались Мамаевыми лугами, и безмолвно глядят в раскаленное марево степи. Живительный бег воды уже чудится им, шелест молодых садов ловит их старый слух.

— Сталин воду ведет в наши степи! Чуете, как воно тут будет!

И земля, и сухие хлеба, и тощие сады как бы отвечают им:

— Чуем, батьки, чуем.

Сегодня мы уже не те, что были вчера. Еще нет канала, но мы его видим. От него исходим в своих расчетах жизни. И все тут, как на новоселье, когда человек вместо небольшой хаты получил огромную усадьбу и радость его сменяется тысячами волнений.

По старым запорожским курганам, по местам суворовских, кутузовских, фрунзенских боев пройдет путь воды, путь изобилия. Там, где когда-то проходили чумацкие обозы и звенела грустная медленная чумацкая песня, запоют, загудят машины — и все решительно изменится у нас в ближайшие годы. Люди плохо спят в эти ночи,— до зари разговоры, шопот, мечтания.

— Эх, кабы к нам канал завернули.

— Да завернут обязательно, что ты!

— Думаешь, завернут?

— А як же?

В школах, расположенных вблизи трассы будущего степного капала, учителя рассказывают о скорых изменениях в жизни, и слышится всюду от старых и малых, от всей советской семьи, от каждого живого советского сердца:

— Спасибо, Иосиф Виссарионович! Спасибо за вдохновенную жизнь, за размах мечтаний и планов, спасибо за счастье творческого созидания.

П. Павленко".

("Правда", 1950, № 267 (24 сентября), с. 2).

"Обозами тяжелого зерна проходит осень вновь по Украине..."

"...Каховке песня старая тесна,

Простор легенды перед нею ныне!"

70 лет назад в СССР стремительные волны хлопчатника уже как бы катились просторами степей:

"Величественные дни

Какою гордостью газетные листы

Сердца людей сегодня наполняют!

Какие лучезарные мосты

Легли вперед и счастьем нам сияют!

Звереют поджигатели войны,

Готовят миру горе, смерть и муки.

А мы спокойно трудимся, сильны,

Сплотив стальную волю, мысль и руки.

Там норовят микробами чумы

Пролиться над корейским тихим краем.

К военной славе Сталинграда мы

Труда и мира славу прибавляем.

На карту Украины киньте взгляд,

На земли от Каховки и до Крыма:

Здесь завтра воды бурно зашумят,—

Уж проступили — ясно, четко, зримо.

Пустыня, прочь! Исчезни, суховей!

Встают леса, веселым гулом полны,

И катятся просторами степей

Хлопчатника стремительные волны.

Вы памятны, Каховка и Сиваш,

Бойцам, что наше счастье добывали,—

Здесь завтра сад зазеленеет наш

И радостно заголубеют дали.

Поля, что прежде орошал наш пот,

Мы оросим живительной водою,

И Сталинской эпохой золотою

Дни эти всякий в мире назовет.

Максим Рыльский.

С украинского перевел Борис Турганов".

("Известия", 1950, № 227 (23 сентября), с. 2).

"Ваши глаза - как бирюза, зубы - как жемчуга нить..."

"...Только сперва

Эти слова
Я не хотел говорить".

30 лет назад в СССР были еще шероховатости в координации работы тружеников государственного таможенного контроля и товарищей из "Интуриста":

"Контрабанда — "Интуристом"

Пограничники контрольно-пропускного пункта Алма-Атинского аэропорта пресекли попытку незаконного ввоза товаров на сумму свыше 140 тысяч рублей.

В тот день у сотрудницы "Интуриста" Загиры Джалаировой был выходной. Однако за сорок минут до прибытия рейса Су-820 из Урумчи (КНР) она появилась в здании международного аэропорта и, добившись получения спецпропуска, беспрепятственно прошла к приземлившемуся самолету. Обратно возвратилась с последней группой пассажиров с грузом в руках — небольшой серой сумкой и красочной коробкой. Наряд пограничников вместе с инспектором таможни, осмотрев подсобное помещение, обнаружили то, что Джалаирова пыталась пронести, минуя досмотр: в коробке видеомагнитофон "Фунай", в сумке — расфасованный в мешочки и пакеты знаменитый китайский жемчуг общим весом около четырех килограммов.

В. Малютин".

("Известия", 1990, № 265 (21  сентября, московский вечерний выпуск), с. 5).

"У президента Трумэна в шкафу..."

"...Хранится рядом с бывшим Миколайчиком

И с королем отставленным Михайчиком

Танцующий болванчик Цзян Тин-фу".

70 лет назад многие советские кинозрители плакали на том эпизоде китайского фильма "Искры", где рабочий Чжоу с волнением пишет заявление о приеме в коммунистическую партию:

"Кино

Строители нового Китая

С вниманием и горячей симпатией советские люди следят за успехами демократического Китая, восстанавливающего на новых основах народное хозяйство страны, осуществляющего исторические реформы во всех областях экономики и культуры. Одни из эпизодов становления новой жизни воспроизводит китайский художественный фильм "Искры", вышедший на экраны нашей страны.

"Искры", новый китайский художественный фильм. Сценарий Чэнь Бо-эр, режиссер Сюй Кэ, композиторы Хэ Ши-дэ, Су Минь, оператор Фу Хун. Производство Дунбейской киностудии, 1949 год.

Фильм снимался Дунбейской киностудией. Ее работа уже знакома советским зрителям, тепло встретившим талантливый реалистический фильм "Дочери Китая". Новый фильм — правдивая повесть о китайском рабочем классе, залечивающем раны, нанесенные промышленности губительным владычеством империалистов и войной. Через события, развертывающиеся в одном из городов, авторы фильма показывают высокий патриотический под’ем рабочих, сплотившихся вокруг коммунистической партии Китая, поставившей историческую задачу подвести прочный экономический фундамент под национальную независимость страны. Фильм показывает, как раскрепощенный труд, вызвав к жизни могучие родники народной энергии и инициативы, помогает успешно осуществлять эту великую задачу.

Труд свободный, труд для своей родины окрыляет людей. Он дает им силы преодолеть и трудности, вызванные отсталостью экономики, и происки классового врага. Столкнулись два мира: люди нового Китая, люди трудового подвига, и остатки сломанного народом преступного чанкайшистского режима. Реакционеры пользуются малейшим ослаблением бдительности, чтобы помешать движению народа вперед, к заветной цели. В фильме выведены ушедший в подполье офицер гоминдановских войск и его подручный — уголовный проходимец. А за их спиной зритель видит тех, кого эти предатели и диверсанты почтительно называют "хозяевами": дельцов Уолл-стрита, оплачивающих долларами поджоги, провокацию — любое преступление против демократического Китая.

Сюжет фильма жизненно правдив. Гоминдановцы за время своего хозяйничанья разорили город, отступая, они разрушили электростанцию. Нет тока. Остановились фабрики и заводы. Город погрузился во мрак. Жизнь вернулась вместе с приходом частей Народной армии. Люди, томившиеся без работы, возвращаются к труду. Нужно  восстановить электростанцию, чтобы вернуть в строй предприятия, которым предстоит выполнять заказы для фронта, для победы. Эта благородная задача воодушевляет коллектив электростанции. Рабочий Чжоу Мин-ин становится во главе бригады электриков и подымает знамя соревнования. Он — подлинный новатор производства. Его пример увлекает всем Когда руководители станции теряются перед неразрешимой, казалось бы, проблемой, бригадир Чжоу находит смелый и правильный выход. Мы видим, как изменяется отношение людей к труду, как в этом процессе вырастает человек.

Событиям на электростанции сопутствуют большие перемены в жизни города. Семьи рабочих из жалких лачуг переезжают в благоустроенные квартиры, принадлежавшие в прошлом японским чиновникам. Станция пущена, и ожили фабрики, заводы, зажегся свет в школах, клубах. Страна по заслугам награждает Чжоу Мин-ина орденом Героя труда. Он знает, кому китайский народ обязан благодарностью за новую жизнь. С волнением Чжоу пишет заявление о приеме в коммунистическую партию.

Но плоды самоотверженной работы коллектива поставлены под удар. Диверсия империалистических наймитов выводит станцию из строя. Приходится все начинать сызнова. И снова побеждают решимость коллектива, настойчивость Чжоу, к которому теперь примыкают и специалисты — техник Чжао и мастер Фан, не захотевшие оставаться в стороне от большого общего дела, понявшие, что место честного специалиста — в рядах народа.

Фильм "Искры" является великолепной иллюстрацией тех изменений, которые происходят сейчас в рабочем классе и среди технической интеллигенции Китайской республики. Показывая, что раздавленная, но недобитая реакция еще может ужалить, он призывает к бдительности.

Есть в фильме и свои слабости. В частности, уровень актерского исполнения порой не отвечает замыслу режиссера; не всегда исполнители используют богатейшие возможности, открываемые перед актером сценарием фильма.

Реализм, народность, высокая идейность, отличающие фильм "Дочери Китая", с успехом демонстрировавшийся на советском экране, и новый фильм "Искры" подтверждают, что искусство китайского кино находится на верном пути к достижению высокой цели — быть достойным своего великого народа.

К. Тараданкин".

("Известия", 1950, № 224 (20 сентября), с. 3).

"Но враг готовит нам опять огни и войны..."

"...И тучи тяжело нависли над землей.

Советская страна пусть трудится спокойно,
А нам, товарищ, рано на покой".

              

30 лет назад советские чекисты были глубоко уверены в том, что они всегда будут вместе с народом, опираясь на его активную поддержку:

"В Комитете государственной безопасности СССР

В ночь с 16 на 17 сентября в Тбилиси после несанкционированного митинга возбужденная толпа совершила нападение на здание Комитета госбезопасности Грузии.

Около 100 человек ворвались в здание и металлическими прутьями, обрезками труб, ломами разбили окна, мебель, телефонные аппараты. Часть нападавших проникла в помещение следственного отдела и похитила ряд документов, видеоаппаратуру, личные вещи сотрудников.

Небольшая группа работников комитета, находившаяся в здании, оружие против погромщиков не применяла исключительно из гуманных соображений.

Нападавшие выдвинули требование о самороспуске Комитета госбезопасности Грузии, а также об освобождении одного задержанного по подозрению в убийстве заместителя начальника Адигенского РОВД. В противном случае они угрожали новыми бесчинствами, включая физическую расправу над сотрудниками. Спустя некоторое время погромщики покинули здание. Напряженная обстановка вокруг Комитета госбезопасности Грузии сохраняется.

Коллегия КГБ СССР выражает глубокое возмущение актом вандализма в отношении КГБ Грузии и считает необходимым заявить следующее.

Нападение на здание КГБ Грузии — это экстремистское проявление оголтелой кампании против органов государственной безопасности. Цель ее — сократить, расчленить и даже ликвидировать КГБ — объективно смыкается с пропагандой, инспирируемой некоторыми западными спецслужбами, и усиленно навязывается общественному мнению теми силами, которым Комитет госбезопасности, видимо, мешает осуществлять противоправную деятельность. Не случайно и то, что нападки на КГБ усилились после того, как он вступил в борьбу с организованной преступностью и добился в этом деле первых ощутимых результатов.

Кампания против органов государственной безопасности выливается в моральное давление на сотрудников, угрозы физической расправы над ними, случаи блокирования зданий территориальных органов, как это происходит в Прибалтике, западных областях Украины и некоторых других районах.

Комитет государственной безопасности не ставит себя вне критики, считая, что в демократическом обществе она способствует совершенствованию работы государственных структур. Однако когда под прикрытием демократизации и гласности предпринимаются попытки, а теперь уже и действия, направленные

на дискредитацию КГБ СССР, то тем самым наносится ущерб системе безопасности страны в целом.

Вопреки благодушию и умиротворению, характерным для некоторой части общественности, следует сказать, что объективная реальность свидетельствует об активизации разведывательной работы иностранных спецслужб против нашей страны. По мере того как Советский Союз расширяет свои связи с миром, разведки ищут новые каналы доступа к нашим политическим и экономическим секретам. В стране продолжает расти организованная преступность. Совершаются тяжкие преступления в экономической сфере. И сам собой напрашивается вывод: те, кто в таких условиях совершает нападки на КГБ, не служат делу стабилизации обстановки в стране.

Для раздувания кампании против органов госбезопасности используется произвольный перенос ответственности за нарушение законности НКВД— МГБ в 30-е, 40-е и начале 50-х годов на сегодняшний КГБ. С трагическим прошлым в деятельности органов госбезопасности покончено навсегда. Возврата к нему быть не может. Одна из гарантий тому — жизни более двадцати тысяч чекистов, павших в годы сталинских репрессий.

Далеко не все знают, что чекисты, располагая реальной, без прикрас, информацией о положении дел в стране, раньше многих других поняли необходимость решительных перемен в нашем обществе. Поэтому они всем сердцем восприняли идеи перестройки, демократизации и гласности. Для нас перестройка — это повышение эффективности работы по всем направлениям, и прежде всего в разведке, контрразведке, охране границы, борьбе с организованной преступностью, контрабандой, наркобизнесом и терроризмом.

Это надежная защита советского конституционного строя, защита прав и свобод советского гражданина. Это укрепление законодательной основы деятельности всех подразделений комитета. Правовому обществу нужен гласный закон об органах КГБ. И мы выступаем за его скорейшее принятие.

Сегодня сотрудники органов госбезопасности видят свой долг в том, чтобы содействовать перестройке, активно противостоять негативным проявлениям, ставящим под угрозу основы существования Советского многонационального государства.

Советские чекисты глубоко уверены в том, что в решении этих сложных задач они всегда будут вместе с народом, опираясь на его активную поддержку, без которой успешная деятельность Комитета госбезопасности невозможна".

("Известия", 1990, № 264 (20  сентября, московский вечерний выпуск), с. 6).

"Опять звучит приказ тревоги без отбоя..."

"...И жены, как всегда, с привычной верой ждут.

Товарищ дорогой, не зря же нас с тобою
По-старому чекистами зовут".

30 лет назад зарубежные делегации повадились в УКГБ по Ленинградской области, обжирая попутно жителей колыбели трех революций:

"Письма о политике

Судьба деликатесов

Людям уже надоело говорить о привилегиях: казалось, все разговоры на эту тему уходят в песок, а суть не меняется. Но на этот раз демократы из Ленсовета показали силу своего характера, проведя расследование о распределении деликатесов, поступающих в Ленинград.

Оказалось, что особые "гурманы" обитают в Смольном, Ленгорисполкоме, Леноблисполкоме и КГБ. Например, работники Смольного только сосисок получают почти по тонне на рабочий день — на год 204 тонны. Ежегодно 300 кг икры лососевой и 550 кг икры осетровой поступало в столовую Смольного.

Продовольственная комиссия Ленсовета обнародовала свое "открытие" в газете "Вечерний Ленинград". Владельцы "особых" столовых попытались списать деликатесы на зарубежные делегации. Но даже если бы иностранные гости приезжали в Смольный, исполкомы и КГБ очень проголодавшимися, то все равно  им было бы не по силам съесть за  1990 год более 156 тысяч банок консервов и около 150 тонн всяческих копченостей.

Продовольственная комиссия Ленсовета приняла решение фонды четырех столовых перепрофилировать. История поучительна тем, что если до конца разбираться в этой проблеме, то можно, оказывается, и разобраться. А то, к сожалению, затормозилась деятельность Комиссии по  привилегиям Верховного Совета СССР. Ведь есть основания думать, что проблема распределения деликатесов не исчерпывается Ленинградом.

Н. Дьяченко.

Ленинград".

("Известия", 1990, № 262 (18  сентября, московский вечерний выпуск), с. 3).

"Пусть уверенно трудятся честные люди..."

"...Пусть ничем не нарушатся детские сны.
Голос правды слышнее, чем голос орудий,
Лагерь мира сильнее, чем лагерь войны".

70 лет назад заокеанские противники готовы были распять на куклуксклановском кресте ударника борьбы с космополитизмом советского поэта Васильева:  

"Мир победит

За океаном нам грозят,

готовят против нас поход.

Им хочется, чтоб мы назад

по жизни шли, а не вперед.

Они готовы нас распять

на куклуксклановском кресте...

Им, одичавшим, не понять,

что Русь — не та и мы — не те!

За эти тридцать с лишним лет

мы так воспрянули душой,

прошли таким путем побед,

такой прекрасный и большой

познали мир открытый мы,—

что не потерпим тьмы!

Народ-творец, народ-герой

правдивой Родины моей

за прочный мир стоит горой

все непреклонней и грозней.

Мы заявляем палачам:

прочь от Кореи руки! Прочь!

Дорогу солнечным лучам!

Да будет день! Да сгинет ночь!

...За океаном нам грозят,

готовят бомбы всех систем,

готовят пушки и солдат,

позабывая между тем,

что силы мира велики

и черной своре вопреки

народы не хотят войны.

Они тверды,

они сильны

Не нужен нам пожар войны! —

народ советский говорит.

На всех путях моей страны

весна строительства шумит.

От берегов Москвы-реке

до голубых амурских вод

не умолкают молотки,

хор неусыпных пил поет.

Далеко слышен гул людской,

мотора говор, гром бадьи

над Волгой-матушкой-рекой

и над волной Аму-Дарьи.

Со всех концов родной земли

к причалам знаменитых рек

суда груженые пошли,

грузовики стремят свой бег.

Сверхсрочных грузов тыщи тонн

на стройплощадки поднялись —

машины,

                   камень,

                                  тес,

                                         бетон

на полный ход включились в жизнь.

Здесь скоро сбыться чудесам,

греметь потоку мощных сил.

Так уготовил Сталин сам.

Так весь народ решил.

На месте выжженных пустынь

и неприкаянных ветров

прольют вокруг прохлады синь

шатры бушующих садов.

Нальется колос золотой,

набухнет соком спелый плод,

и очарованный левкой

в соседстве с розой расцветет.

Косою машет янки-смерть,

войной стращает Уолл-стрит.

Но мир не даст войне греметь!

Мир победит.

Сергей Васильев".

("Известия", 1950, № 222 (17 сентября), с. 3).

"Там, где степи лежали сожженные..."

"...Открывает он путь кораблям.

И плывут они, щедро груженные

И к холодным, и к теплым морям".

70 лет назад до сверкающих городов в Кара-Кумских степях оставалось уже всего ничего:

"П. Нурбердыев.

Воплощение мечты

Ты песней и сказкой в народных устах

Жила, вековечная наша мечта.

Настала пора: в Кара-Кумских степях

Живыми цветами теперь расцветай!

Шумит всенародный ликующий той:

Вновь жизнью наполнится древний Узбой!

Настала пора: в Кара-Кумских степях

Подымется хлопок волной золотой.

По слову вождя в предначертанный срок

В пески устремится кипучий поток.

Настала пора: в Кара-Кумских степях

Зарей небывалой алеет восток!

Песчаные бури уснут навсегда,

На тучные пастбища выйдут стада.

Сады зацветут в Кара-Кумских степях,

И встанут сверкающие города.

Народ мой! Кто в мире сравнится с тобой?!

Тебе только подвиг под силу такой.

В историю новым, счастливым путем

Ведет тебя Сталин могучей рукой.

("Правда", 1950, № 260 (17 сентября), с. 2).

Перевел с туркменского Г. Веселков".

"Чабан балкарских предгорий, рыбак, уходящий в море..."

"...Пилот, пробивающий облака,

Токарь, равняющий ход станка,

Люди, познавшие радость в труде,

Песню поют о мудром вожде".

70 лет назад излишне придирались порой к переводам на языки народов СССР разные умники:

"Из последней почты

"Санька разбежался в разные стороны"

Кабардинское государственное издательство выпустило в переводе на кабардинский язык повесть лауреата Сталинской премии А. Мусатова "Стожары". Перевел ее Н. Иванов. В издательстве остались довольны работой переводчика.

Однако читатели не разделяют мнения издательства. Перевод сделан безграмотно и неряшливо. Вот несколько образчиков.

В русском тексте говорится: "Санька....разбежавшись, перемахнул через... промоину". Но вот как выглядит тот же текст в переводе:

"Санька разбежался в разные стороны".

Фраза "весенняя страда спала" после перевода приняла фантастический смысл:

"Весенняя страда проспала".

Название одной из глав повести — "От ворот поворот"—превратилось в бессмысленную фразу: "Рядом с воротами проход".

Слова "Она была лакомка, Маша..." переведены так:

"Она, Маша, была сладкая".

Слова в "пылу сражений" превращены "в пыли сражений", "чулан" после перевода стал "большим котлом" и т. д.

Грубейших искажений,  нелепостей, отсебятины в книге очень много.

Газета "Кабардинская правда" в связи с этим спрашивает: почему в Кабардинском государственном издательстве перевод книг поручается "людям, не знающим хорошо ни русского, ни кабардинского языка"? Газета указывает, что факт выпуска книги Л. Мусатова "Стожары" с грубейшими искажениями при переводе не единичен. Однако, как пишет газета, ни Кабардинское государственное издательство, ни Союз писателей Кабарды не обращают внимания на эти нетерпимые факты".

("Правда", 1950, № 258 (15 сентября), с. 3).