"Вздумал Гитлер, пёс кровавый, сунуть нос в наш край родной..."

"…Вся Советская держава 

Поднялась стальной стеной!" 

75 лет назад на временно оккупированных советских территориях не угасала традиция всенародного празднования дня рождения руководства:  

"Ко дню рождения Фюрера

Портрет задумчивый, в простой, изящной раме,

К тебе несется мысль, с тобою все сердца!

Тебе клянемся мы, владеющий умами

Европы Новой, биться до конца!

Твой взор глядел вперед, в грядущее событий,

В глубины страшные и в тайну тайн проник,

Ты смысл познал, от многих мраком скрытый,

Ты славой подвига и подвигом велик!

Живи на радость нам! И пусть венок нетленный

Вьет слава для тебя, мыслитель и герой,

Всевышним на борьбу за мир благословенный,

Средь миллионов избранный судьбой.

Разуваева.

…

Фюреру

За двадцать с лишним лет я видел только горе;

Живя в стране своей, как волк, я ужас перенес.

О, сколько слез! Их не вместить в любое море,

И тысячи купались в них, и я в них рос.

И вот блеснуло солнце перламутром,

Развеяв мрак и ужасы невзгод.

И в это для меня счастливейшее утро

Взошло ты с запада, как символ всех свобод.

И только ты один раздвинул круг наш узкий,

Взрыхлил сердца людей, как пашню плуг,

И будешь вечно жить в сердцах ты русских,

Как вождь, освободитель, близкий друг.

С. Радин".

("Речь", Орел, 1943, № 45 (20, апрель), с. 3)

"А ветер стонет, свищет и гудит…"

"…Рвет вымпела, над башнями играя, 

И изваянье Ленина стоит, 
В седые степи руку простирая. 
И степь пылает на исходе дня, 
И тень руки ложится на равнины, 
И в честь вождя заводят песнь акыны, 
Над инструментом голову склоня". 

60 лет назад в советских совхозах для полной жизни нужна была культура:

"Состязание акынов

У казахов издавна пользуются популярностью айтысы – поэтические состязания акынов, своеобразные публичные поединки, турниры мысли, знаний, поэтического мастерства и таланта. Айтыс проводится перед народом, выступающим в роли слушателя и судьи. Акыны сочиняют песни экспромтом и сразу же их исполняют. Быстро, да еще в стихотворной форме, найти находчивый, задорный ответ, остроумные доводы, дать язвительный отпор противнику, озадачить его – это большое искусство, высоко ценимое казахским народом.

Есть в Казахстане два совхоза – Амангельдинский и Заречный. Стоят они на разных берегах реки Ишим. Только это их и разделяет. Роднит амангельдинцев и зареченцев гораздо большее – они дружат и соревнуются между собой, доблестно трудятся, любят песни, любят правдивое, острое слово своих совхозных акынов. Недавно, как сообщает "Казахстанская правда", состоялся айтыс амангельдинского и зареченского акынов. От Амангельдинского совхоза выступал Мадет Мухамедгалиев – рабочий, обучающийся сейчас на курсах трактористов. От Заречного совхоза пел пастух Тержан Тулегенов. Айтыс этот был не очень-то

Приятным для зареченцев, зато амангедьдинцы торжествовали – к ним перешло переходящее Красное знамя райкома партии.

Айтыс происходил на центральной усадьбе совхоза Амангельды. Мы воспроизводим запись айтыса в очень кратких выдержках по тексту "Казахстанской правды". Той бастар (вступление) произнес народный акын Северо-Казахстанской области Ахметжан Нуртазин.

...Ты пой, не жалея ни сил, ни слов,

О миллиарде целинных пудов,

Амангельдинский акын Мадет.

Ему в красноречье соперников нет.

Тержан из "Заречного" также силен,

Умом и талантом весьма наделен.

Акыны, таланты свои покажите,

О людях совхозов своих расскажите.

И рассказ – айтыс начался...

МАДЕТ:

Я славлю совхоз свой Амангельды,

Его богатство, его труды,

Его замечательный дружный народ,

Идущий в гору из года в год.

Видишь, Тержан, как богато живем?

Видишь, как дружно вперед мы идем...

Силосом ямы у нас полны.

Стада, и отары, и табуны

До самого мая у нас с кормами,

Попробуй, сосед, потягаться ты с нами.

ТЕРЖАН:

...Пусть правдою песня рубит, как меч,

Ты знаешь, что факты – упрямая вещь...

Ты долго бахвалился, что есть силы,

Хвалился, что есть у вас сено и силос...

По настригу шерсти вы плана не дали.

Не значит ли это, что здесь вы отстали?..

А наш же настриг, я скажу тебе прямо,

По три килограмма четыреста граммов.

Ну, что же молчишь ты? Иди и запой.

Не то засмеется народ над тобой.

МАДЕТ:

Я вижу, язык ядовит твой, Тержан,

Да песня твоя – беспросветный туман.

Иди, полюбуйся – в любой нашей базе

Тепло и уютно, нет признаков грязи...

Мы были в овчарнике как-то у вас,

В нем темень такая, хоть выколи глаз.

И пол в нем срастается с потолком,

Поёшь ты, Тержан, об уюте каком?..

ТЕРЖАН:

Ты пренебрег кукурузой, Мадет,

Вот почему у вас силоса нет.

Откуда ему бы у вас появиться?

Ведь вы кукурузе не дали родиться...

Давно всем известно – весенний день

Кормит год, не жалует лень.

...Ты выглядишь что-то, как битый петух,

Очей твоих пламень бесследно потух.

...Для жизни полной нужна культура,

Но клубов на фермах у вас не найдешь,

Так где же проводит досуг молодежь?

МАДЕТ:

Пусть будут слова твоей песни и сладки,

Но ты забываешь свои недостатки.

Местных и даже центральных газет

Во многих домах и в помине нет.

Не будем людей мы вводить в заблужденье,

Мало у вас еще культучреждений,

Душа у вас о них не болит,

Невзрачны клубы ваши на вид.

Мадет и Тержан остро критиковали нерадивых и ленивых, похвалили "славных умом", "славных делом". Свой спор они закончили взаимными пожеланиями успехов в работе и призывом "опытом в нашем счастливом труде давайте делиться во всем и везде".

Акыны, прославившие себя в айтысах в далекие времена, вынуждены были славить ханов и баев, выступать представителями аулов и родов в их бесконечных распрях и спорах.

Новые времена – новые песни! Хорошо заключил айтыс Ахметжан Нуртазин:

Здесь в схватке айтыса акыны сражались...

Их песнь лилася струею упругой.

В ней люди совхозов узнали друг друга...

Из этой критической, дружеской схватки

Каждый свои уяснил недостатки.

И к их устраненью наметил пути,

Чтоб к новым победам совместно идти... "

"Литературная газета", 1958, № 47 (19, апрель), с. 3).

"В Горках знал его любой…"

"…Старики на сходку звали, 

Дети - попросту, гурьбой, 
Чуть завидят, обступали". 

60 лет назад советская детвора, к счастью для неё, уже много куда не поспела и не попала:  

"Юрий Яковлев

Ленин обнял тебя

…Снегом земля аккуратно застелена.

Хлопья седые летят.

Трое ребят на коленях у Ленина,

Трое счастливцев сидят.

Жаркое пламя в печи просыпается,

Чурки с мороза трещат.

Ленин глядит на огонь, улыбается,

Обнял троих, как внучат.

Друг мой, сегодня, порою весеннюю,

Что ты задумчивым стал?

В гости с ребятами этими к Ленину

Ты не поспел, не попал.

В дом не вбежал по ступенькам завьюженным

И не прижался к плечу.

Самое важное, самое нужное

Ты не сказал Ильичу.

Веет весной, и река скоро вскроется,

Где-то в пути журавли.

Помни, что обнял Ильич с этой троицей

Всех ребятишек Земли.

Тех, кто над Волгою пишет старательно,

Учит урок над Курой…

Обнял Ильич и тебя обязательно

Вместе со всей детворой".

("Мурзилка", 1958, № 4 (апрель), с. 3).

"Тут опять всеобщее изумленье…

"…И похвала, и одобренье, 

И, как зверек, кусает зависть 
Тех, кто недавно улыбались 
Иль равнодушными казались". 

60 лет назад и кое-где за рубежом советские фильмы, несмотря на редкую газетную клевету, изобиловали правдивыми диалогами и были очень близки к реальной жизни:

"Сорок первый" в Израиле

Огромная толпа заполнила проезд напротив кинотеатра Тамар, расположенного в центре Тель-Авива. Еще совсем рано – только десять часов утра, но пробраться к кассе за билетом уже невозможно.

На гигантской афише изображены юноша и девушка, стоящие на берегу моря. Подпись гласит: "Впервые за много лет – советский фильм "Сорок первый".

В самом деле, после фильма-балета "Ромео и Джульетта" на экранах Израиля не демонстрировалось ни одного произведения советской кинематографии, и премьера нового фильма, показанного недавно в Тель-Авиве и Хайфе, стала крупным событием культурной жизни.

Несмотря на нелепую клевету газеты "Ламерхав", пытавшейся приуменьшить достоинства и значение фильма, газеты самых различных политических направлений встретили картину единодушным одобрением.

В статье под заголовком "Долг и любовь" газета "Давар" писала: "Сорок первый" – фильм искренний, интересный, изобилующий правдивыми и яркими диалогами, очень близкий к реальной жизни… С совершеннейшей убедительностью показан антагонизм между двумя мирами, антагонизм непримиримый, несмотря на то, что любовь перебрасывает между ними мост… Это отличный фильм".

Сравнивая "Сорок первый" с некоторыми американскими фильмами "о любви", недавно демонстрировавшимися в Израиле, рецензент одного из журналов пишет: "Как радостно увидеть в этом фильме девушку, которая любит, а не дает себя соблазнить эротоману с тарзаньими повадками; как радостно видеть мужчину, который полюбил эту девушку не только потому, что она красива, но и за ее высокие моральные достоинства".

"Сорок первый" вызвал в Израиле огромный интерес к советской кинематографии; широкая публика горячо желает увидеть новые советские фильмы.

М. Х.

Тель-Авив".

("Литературная газета", 1958, № 46 (17, апрель), с. 4).

"Над морем, над степями ветровыми…"

"…Над ледниковой горной крутизной

Звучит, товарищ Сталин, Ваше имя

В просторах необъятности земной".

65 лет назад гостеприимно открывали свои двери советским детям домики-музеи в местах, где жил, работал и томился лучший друг:

"По Сталинским местам

Вся жизнь Иосифа Виссарионовича Сталина — великого вождя, любимого отца и лучшего друга трудящихся всего мира — навсегда останется в памяти народов. 
Места, где жил товарищ Сталин, каждая вещь, которая хоть однажды служила ему при жизни, — драгоценная память о великом человеке.

В Гори, где родился, рос и учился Иосиф Виссарионович, советский народ бережно сохранил домик Сталина и превратил его в музей.

Есть такие домики-музеи и во многих других городах — всюду, где жил и работал товарищ Сталин, где он томился в тюрьмах и ссылках, где вёл народ в бой против врагов революции.

Со всех концов мира приезжают сюда молодые и старые люди, чтобы побольше узнать о любимом вожде, чтобы своими глазами увидеть, как жил и трудился товарищ Сталин, чтобы поучиться у него скромности и стойкости, преданности  великому делу коммунизма и ненависти к врагам революции.

Есть такой музей в северном городке Сольвычегодске, где товарищ Сталин дважды отбывал царскую ссылку.

В Сольвычегодск приезжали ребята-пионеры, воспитанники детских домов города Архангельска. Они осмотрели музей, зажгли «костёр дружбы» на сталинской полянке, а потом всё, что видели, всё, что слышали, всё, о чём передумали, записали в своих дневниках.

Тут мы помещаем отрывки из их записей.

На берегах Вычегды

Наш маленький пароходик подошёл к Сольвычегодску. Мы все собрались на левом борту, да так, что пароход наклонился: уж очень нам хотелось поскорее увидеть домик, в котором жил товарищ Сталин. Но с парохода мы так и не увидели его. Городок утопает в зелени, и домов почти не видно за деревьями.

Наутро проснулись пораньше, сделали зарядку и побежали к давно проснувшейся речке. Умылись, позавтракали и пошли в музей — домик, где товарищ Сталин четыре месяца жил в ссылке.

На стенах музея развешано много фотографий, документов и картин. На одной изображён товарищ Сталин. Он идёт вместе с другими заключёнными, а кругом, с винтовками на плечах, солдаты-конвоиры. Видно, что путь не лёгкий и ветер дует навстречу, но товарищ Сталин шагает, гордо подняв голову.

На другой картине — полянка на берегу реки Вычегды. Костёр, высокие сосны. Товарищ Сталин что-то говорит...  А кругом у костра сидят и стоят ссыльные революционеры — слушают товарища Сталина. Это маёвка, которую проводил товарищ Сталин в 1909 году.

Ещё картина. На ней нарисовано, как товарищ Сталин идёт один по низкому берегу Вычегды. За ним река, а там, за рекой, город. Это побег товарища Сталина. Как ни стерегли его царские слуги, а он ушёл от них в Баку, куда звала его революционная работа.

Товарищ Сталин был всегда отважным, смелым, всегда готовым на подвиг борцом за коммунизм.

В музее нам показали книгу записей. Мы почитали записи, и оказалось, что в этих дорогих советским людям местах побывали пионеры Воркуты, Ярославля, Горького, Москвы и многих других городов Советского Союза.

Римма Редькина,

4-я школа,

г. Архангельск.

Здесь жил великий Сталин

Сегодня мы были в Сталинском музее. Он помещается в двух домиках. Домики стоят через дорогу и со всех сторон окружены высокими стройными липами и лиственницами.

Домик побольше — коричневый, с мезонином. Тут товарищ Сталин жил в 1909  году, и отсюда он бежал. А в маленьком он прожил около года — с октября 1910 года до 6 июля 1911 года.

В комнате, где жил товарищ Сталин, всё сохранилось, как было при нём: бревенчатые тёмные стены, белёный потолок. Против печки узкая деревянная кровать, деревянный диван с высокой спинкой и перед ним стол, покрытый ветхой клеёнкой. Несколько стульев. В простенках между окнами кадушки с комнатными растениями. 
На столе стоит керосиновая лампа. Я смотрела на неё, и мне всё представлялось, как зимней ночью, под новый 1911 год, при свете этой лампы Иосиф Виссарионович писал письмо в ЦК  партии.

"Мне остаётся 6 месяцев, — написал он тогда. — По окончании срока я весь к услугам. Если нужда в работниках в самом деле острая, то я могу сняться немедленно…"

В сенях висят большие часы вроде ходиков. Тут же простой умывальник. Мы смотрели на эти вещи, и мне всё казалось — вот заскрипит половица и товарищ Сталин выйдет взглянуть на часы. 

Потом мы вышли во двор. Я присела на завалинку и подумала, что, наверное, и товарищ Сталин сидел тут по вечерам.   Потом мы пошли смотреть колодец, из которого товарищ Сталин брал воду. Мы достали воды из колодца, и все пили эту воду.

В этот вечер я никак не могла заснуть —всё думала о том, какой замечательный, какой простой и какой великий человек наш любимый вождь товарищ Сталин.

Валя Быкова,

детский дом № 2,

г. Архангельск

"Костер дружбы"

Сегодня у нас был необыкновенный костёр. На широкой полянке, окружённой высокими северными соснами, густым ельником и кустами вереска, словно маки в зелёном саду, расцвели красные галстуки пионеров.

С каким огромным волнением шли мы сюда, чтобы зажечь "костёр дружбы"! Ведь подумать только: вот на этом самом месте, на этой полянке, не раз бывал товарищ Сталин. Он проводил здесь тайные собрания, и эти самые сосны слышали его слова...

Зазвенели горны. Запылал костёр.   Взвилось к небу яркое пламя. А мы стояли и слушали рассказ о том, как рос и учился товарищ Сталин, как он начал борьбу с царизмом, как подружился с Лениным, и о том, как царские жандармы сослали его сюда, в Сольвычегодск.

Давно закатилось солнце, на небе зажглись яркие светлячки звёзд, красные огоньки бакенов расцветили потемневшую Вычегду...  А мы всё подбрасывали в костёр вересковую хвою. Огонь бушевал и трещал, освещая сталинскую полянку.

Я поглядела на речку и вспомнила слова из северного сказа:

Ой ты, речка Вычегда...

Ты водой поила света

Сталина,

Ты несла его на струях

своих...

Этот сказ о том, как товарищ Сталин бежал из ссылки, мы услышали здесь, в Сольвычегодске. А потом ходили на берег, на то самое место, от которого товарищ Сталин ночью оттолкнул лодку и поплыл на ту сторону.

Костёр тем временем догорал.   Наконец он погас, и тёмной ночью, под звуки барабанов и горнов, мы двинулись домой.

И понеслась над соснами песня: "Вперёд, заре   навстречу…"

Мы и в самом деле шли заре навстречу. Северная летняя ночь коротка, и алая каёмка уже не вечерней, а утренней зари чётко обозначилась на восточном краю неба.

Сима Кулакова,

детский дом № 1,

г. Архангельск."

("Мурзилка", 1953, № 4 (апрель), с. 12-14).

"В синее небо ширя глаза…"

"…Как восклицаешь: — Будет гроза! 

На проходимца вскинувши бровь — 
Как восклицаешь: — Будет любовь!" 

65 лет назад советские следственные органы не давали спуску расхитителям какао:

"Письма в редакцию

А как быть с ротозеями?

Шестнадцатого марта 1950 года председатель Холмского рыбкоопа Ушаков принял на должность экспедитора некоего Прокопова. За период с марта по июль 1950 года Прокопов не отчитался за полученные им товары на 19836 рублей. Однако Ушакову эта сумма показалась столь незначительной, что 10 июля он поручил экспедитору получить из Невельской базы рыболовпотребсоюза партию какао на 103040 рублей. Прокопов сдал на склад какао всего на 7728 руб. Остальное же количество продукции было сбыто на сторону, а деньги присвоены.

После этой операции Прокопов еще полгода работал под крылышком своих благодетелей, и только тогда они спросили его: где же остальное какао?

На этот вопрос экспедитор ответить не мог, так как "запамятовал", когда и кому сбыл какао. "С горя" он запил, за что и был уволен из рыбкоопа 19 февраля 1951 года.

Следственные органы нашли причастных к этому делу. Это – заведующий складом Попов, заведующие магазинами Мукашев, Мареева, Васенев и завторгом Виленко, за расхищение какао осужденные судом. Получили по заслугам и бывшие руководители рыбкоопа Ушаков и Шалайкин за попустительство расхитителям социалистической собственности.

Казалось бы, что справедливость восторжествовала, но где же основной виновник хищения какао? Где же Прокопов, скрывшийся от следственных органов!

А Прокопов преспокойно проживал в соседнем, Чеховском районе и продолжал творить грязные дела: жил без документов, менял десятки раз место работы.

Но вот в декабре 1951 года Прокопов, работая на рыбзаводе "Пионерский" ловцом, решил попытать счастья в Красногорском район, где он явился к начальнику ОРСа леспромхоза т. Карпус и попросил принять на работу.

Человек, проявивший большое пристрастие к торговле, с первого раза пленил начальника ОРСа. По его указанию жулик получил со склада ОРСа 720 бутылок спирта и 10 бараньих туш. На радостях Прокопов изрядно выпил за свои успехи в торговле и за здоровье простака Карпус. Очнувшись на следующий день, он захватил с собой вырученные 1190 рублей и благополучно отбыл в Чеховский район.

В июне 1952 года Прокопова откопал директор Чеховского торга Рудометов, привез в свою резиденцию и приказал инспектору т. Николаевой немедленно оформить экспедитором. На замечание Николаевой о том, что у Прокопова нет документов, Рудометов гаркнул: "Не возражать! Быть Прокопову экспедитором и точка".

Имея "богатый опыт" по расхищению социалистического добра, Прокопов развернул свою деятельность в пос. Кострома, где простаки из торговой сети другой системы предложили ему работать по совместительству и у них.

Широкие масштабы торговли вполне устраивали проходимца. Он возил муку по поручению двух руководителей и в конечном счете присвоил себе 16600 рублей, после чего исчез в неизвестном направлении.

Органы милиции ищут Прокопова, а в это время начальник ОРСа Холмского леспромхоза т. Комаровский жмет его руку, поздравляет с назначением на должность заведующего магазином. Получив по воле Комаровского свободу действий, Прокопов за 20 дней растратил 12000 рублей, бросил магазин и не появился к Комаровскому даже попрощаться, хотя ему премного обязан за услугу.

Вынырнул Прокопов в поселке "Пионеры", Чеховского района, в поисках новых ротозеев, но в конце концов 17 февраля 1953 года был арестован.

В скором времени Прокопов предстанет перед советским судом. Жулик и проходимец получит по заслугам. Но как быть с ротозеями, способствовавшими жулику Прокопову залезать в государственный карман? Нам кажется, что и они должны понести ответственность.

М. Ящук,

следователь прокуратуры г. Холмска".

 ("Советский Сахалин", 1953, № 89 (15, апрель), с. 3).

"Он вытер слезу и сжал автомат, по спине его пробежал мороз..."

"…Безрукую куклу корейский солдат

К себе в батальон принес".

65 лет назад в СССР к самым неприятным последствиям могла привести потеря контрольного образца:

 "Бракоделы и их помощники

Письмо в редакцию

На ст. Китой для магазина "Детский мир" поступила партия кукол. Обрадовались работники магазина: наконец-то мы снабдим наших юных покупателей желанной игрушкой.

Вскрыв ящики, работники магазина стали рассматривать кукол, и радостное настроение сменилось разочарованием. Послышались возгласы:

- Да это не куклы, а настоящие уроды.

- И в самом деле уроды: одна нога толще, другая - тоньше.

- А вот у этой голова больше туловища!

- А расцветка: волосы черные, брови рыжие, глаза голубые, ноздри красные, ресниц совсем нет.

Тщательно осмотрев каждую куклу, работники магазина забраковали всю поступившую партию – 645 штук. Заведующая магазином тов. Юсупова повезла брак поставщику – Иркутской базе управления местными торгами.

- Ведь видели же, что покупали, - ответил директор базы управления местными торгами тов. Новицкий, выслушав претензии Юсуповой. – Теперь поздно. Сам старший товаровед вашего торга смотрел этих кукол и сделал на них заказ. Вот его заявка.

Долго продолжался разговор Новицкого и Юсуповой. Тем временем грузчики разгрузили ящики с куклами во дворе базы. Но заведующий складом тов. Герасимов, чувствуя поддержку со стороны директора базы, отказался принять товар и не выдал даже сохранной расписки.

Не выполнил тов. Новицкий и распоряжения начальника управления местными торгами тов. Филатова, приказавшего принять кукол обратно.

На базе управления местными торгами экспертом бюро товарных экспертиз облторготдела тов. Помочевым забраковано 2270 таких кукол, на сумму, превышающую 70 тысяч рублей. С его заключением согласилась и подписала акт экспертизы начальник отдела технического контроля Иркутской артели "Культпромкомбинат" тов. Мусенко. Но ведь тов. Мусенко, как начальник отдела технического контроля, не только могла, но и должна была забраковать продукцию с подобными дефектами еще в процессе ее производства. Почему же она этого не сделала?

Видимо, потому, что находятся еще такие оптовые покупатели, которые не предъявляют должных требований к качеству товара. Они по существу и являются помощниками бракоделов. На таких помощников бракоделов и надеялась тов. Мусенко. Они, де, протолкнут в розничную торговую сеть товары низкого качества.

К таким помощникам бракоделов относятся работники базы управления местными торгами во главе с директором тов. Новицким и магазинов №№ 1, 11, 13 "Иргорпромторга", торгующие такими же куклами.

Образец головки куклы, представленный артелью "Культпромкомбинет" в художественно-техническую комиссию при облоно, был утвержден еще в 1951 году. Но единственный экземпляр контрольного образца потерялся. Работники артели тоже "утеряли" утвержденный комиссией образец. Это дало им возможность бесконтрольно выпускать продукцию, не соответствующую образцу.

Не только кукол-уродов выпускает эта артель, она изготовляет, например, лошадок с собачьими мордами…

Л. Матвеев,

студент Иркутского техникума совторговли".

("Восточно-Сибирская правда", 1953, № 90 (14, апрель), с. 3).

"У шипящей этой буквы щи и борщ кипят в котлах..."

"…Сколько свеклы, сколько брюквы 

И капусты на столах!"

70 лет назад в СССР чудеса находчивости проявляли работники общественного питания:

"В столовой нет порядка

В столовой № 1 ОРС’а мелькомбината (заведующий тов. Федотов) очень грязно, на столах нет солонок. По требованию посетителей соль подается в каких-то жестяных баночках. Вместо стаканов используются банки из-под консервов. В столовой имеется гардероб, но нет гардеробщицы. Посетители обедают в верхней одежде. Слишком однообразно меню – не более 2-х первых блюд, столько же вторых, а на третье – чай. Причем первые и вторые блюда в основном – капуста.

А. Чебаков".

("Бурят-монгольская правда", 1948, № 74 (13, апрель), с. 3).