"Виды севера — той стороны, где на тысячи ли ледяной покров…"

"… И за далью бескрайней беснуется снег,

За Великой Стеной и внутри страны
Расстилается в дымке земной простор
И в верховьях и в устье Большой Реки
Застывает вода, прекратив свой бег".

65 лет назад советские люди и сами чувствовали, как сильно повезло с руководством Китайской академии наук:

"В Комитете по Международным Сталинским премиям "За укрепление мира между народами"

Вручение Международной Сталинской премии президенту Китайской академии наук Го Мо-жо

9 апреля в Кремле, в Свердловском зале, состоялось вручение Международной Сталинской премии "За укрепление мира между народами" выдающемуся общественному деятелю Китая, неутомимому борцу за дело мира, президенту Китайской академии наук Го Мо-жо…

… Выступление Го Мо-жо

Господин председатель, дорогие друзья! Сегодня мне вручена Международная премия мира, учрежденная в связи с семидесятилетием Генералиссимуса Сталина, это величайшая честь не только для меня лично, но и для всего китайского народа. Эта высокая награда беспредельно вдохновляет не только меня, но и весь китайский народ.

Сталин – это солнце всего человечества. Трудящиеся всего мира сердечно желают ему многих лет жизни и здоровья.

Там, куда проникают лучи сталинского света, там тепло, там жизнь, там расцвет и мир.

Наш китайский народ, вдохновляемый Генералиссимусом Сталиным, под водительством товарища Мао Цзе-дуна завоевал независимость, свободу, демократию. Тем самым наш народ внес свой вклад в дело мира в Азии и во всем мире.

В дальнейшем мы должны еще лучше работать на благо экономического и культурного строительства нашей страны, развития международных экономических и культурных связей. Это требует от нас огромных усилий, но только это обеспечит мир.

Сегодня, когда американские интервенты ведут на территории Китая и Кореи бактериологическую войну, наш китайский народ должен повести еще более решительную борьбу, он должен, объединившись с миролюбивыми народами всего мира, пресечь эти чудовищные преступления и таким образом защитить мир, защитить человечество, защитить себя.

Стремясь выразить чувства, переживаемые мной в этот момент, я написал стихи "Слава и долг"; разрешите мне прочесть их:

Родного Сталина я вижу на ярком золоте медали.

Но драгоценную награду не только мне сегодня дали, -

Всему китайскому народу, борцам за мир многомильонным,

Всем нашим людям честь такая, Мао Цзе-дуном вдохновленным.

И в то же время долг особый на мне торжественно лежит.

Чтоб оценить его значенье, сказать мне слово надлежит.

Борцы за мир, простые люди меня сердечно поздравляли,

И юноши всего Китая в народных песнях прославляли.

Прислал письмо мне из Пхеньяна корейский мальчик Ким Ден Сон,

Он мой портрет в подарок просит, но одного желает он, -

Чтобы со сталинской медалью был Го Мо-жо изображен.

Он пишет: "Сталину спасибо и всем советским славным людям.

Китайских смелых добровольцев, кровь нам отдавшим, не забудем!

Любимый Сталин – символ мира. Союз Советский и Китай –

Два сильных брата, два народа, защита мира и отрада.

Когда борцом я стану взрослым, мне Сталин тоже даст награду".

Где Ким Ден Сон, корейский мальчик? Как трогательно мне он пишет!

Получит ли он мой подарок? Привет когда-нибудь услышит?

Не знаю. Может, он отравлен чумною отравой черных бомб,

Американским интервентом, летящим в небе голубом.

Его судьба грозит мильонам и наших собственных детей.

Но есть преграда для бактерий, но есть защита от смертей.

Да, мудрый Сталин – символ мира. Мир нужен людям на земле.

Но кучка алчных проходимцев готовит бойню в черной мгле,

Плетет коварно сеть блокады, и строит каверзы и козни,

И вмешиваясь в жизнь народов, способствует всеобщей розни.

Убийцы эти потеряли давно обличье человечье.

Им надо жечь, пытать, калечить, нужны им яды и увечья.

Но мы во весь взываем голос,

Чтоб совесть смелая боролась

За жизнь детей, за человека,

За правду, за культуру века.

Мы говорим, что надо биться

С двуногой гадиной-убийцей,

С бациллой черной, с лютой гибелью.

В игрушке, в сласти, где бы ни было!

И вот, ответственности полон, великой чести удостоен,

Я на весь мир скажу открыто, скажу как гражданин и воин:

Решимость моего народа растет все тверже и все шире –

Не пожалеть любых усилий для укрепленья мира в мире.

На гений Сталина поможет

В борьбе за мир, за труд и право,

Народов дружба уничтожит

Любую черную отраву.

                                                    Перевод Павла Антокольского

Разрешите мне от себя лично и от имени китайского народа выразить глубокую благодарность.

Китайский народ воспринял учение марксизма-ленинизма. Его вдохновляет Генералиссимус Сталин, ему оказывает бескорыстную помощь советский народ. Мы освободились от оков прошлого. Мы глубоко уверены в том, что в этих условиях мы с честью выполним возложенную на нас миссию и будем идти от победы к победе.

Братская дружба семисот миллионов – источник непобедимой силы мира.

Мы всегда будем учиться у великого советского народа. Мы освоили революционный опыт и теперь мы должны освоить опыт государственного  строительства.

Мы должны поставить науку и искусство на службу народу, чтобы Китай как можно быстрее превратился в такой же оплот мира, каким является Советский Союз.

Сталинскую премию в сумме 100 тыс. рублей я передаю полностью Китайскому народному комитету защиты мира и борьбы с агрессией американского империализма. Я думаю, что лучшим применением этой премии будет использование ее на дело мира.

В заключение разрешите мне от чистого сердца пожелать вечного процветания братской дружбы между великими народами Китая и Советского Союза, пожелать дальнейшего укрепления лагеря мира и демократии, возглавляемого Советским Союзом.

Пожелаю долгих лет жизни и здоровья Генералиссимусу Сталину – величайшему борцу за мир во всем мире, звезде спасения всего человечества. (Аплодисменты).

(ТАСС)".

("Бурят-Монгольская правда", 1952, № 73 (11, апрель), с. 1).

"Милая моя, мы счастьем бредим большим, чем встречаем наяву..."

"... В наших душах 

Тысячи трагедий... 
И еще одну 
Переживу".

65 лет назад волнующие и талантливые книги воспитывали у советских людей чувство высокой большевистской бдительности:

"Произведения лауреата Сталинской премии

«Югославская трагедия»

Орест Мальцев «Югославская трагедия». Роман. Журнал «Знамя» №№ 10, 11 и 12 за 1951 г.

Удостоенный Сталинской премии второй степени роман советского писателя Ореста Мальцева «Югославская трагедия» посвящен теме разоблачения гнусной изменнической деятельности титовской фашистской банды, всецело находящейся на службе американо-английских поджигателей войны.

В известной резолюции «Югославская компартия во власти убийц и шпионов» Информационное бюро коммунистических и рабочих партий дало глубокий марксистский анализ внутреннего положения в Югославии. В резолюции указывалось, что в результате контрреволюционной политики клики Тито-Ранковича, узурпировавшей власть в партии и государстве, в Югославии утвердился антикоммунистический, полицейский государственный режим фашистского типа.

Еще задолго до прихода к власти, в годы борьбы югославского народа против гитлеровцев, клика Тито-Ранковича успела оптом запродать Югославию англо-американским торговцам смертью. Художественному воплощению этой истины и посвящен роман Ореста Мальцева.

Роман отображает югославские события периода 1941-1944 года. Они характерны прежде всего самоотверженной борьбой мужественных патриотов Югославии против гитлеровских оккупантов. Трудящиеся Югославии не могли мириться с порабощением своей родины, зверским режимом гитлеровского хозяйничания в стране, массами шли в партизанские отряды, брались за оружие. Первые партизанские выстрелы прозвучали в Сербии 7 июля, в Черногории – 13 июля, в Хорватии, Боснии и Герцоговине – 27 июля 1941 года, т. е. вскоре же после исторического выступления по радио товарища И. В. Сталина. Сталинская программа разгрома фашизма стала знаменем борьбы всех свободолюбивых народов, в том числе и югославского.

Успехи героической Советской Армии вызвали новый подъем национально-освободительного движения в Югославии. К началу 1944 года в рядах югославских борцов насчитывалось без малого триста тысяч бойцов и командиров.

Все честные югославы, ставшие с оружием в руках под знамена борьбы с захватчиками, хорошо понимали, что только могучий Советский Союз в силах уничтожить гитлеровские орды и избавить человечество от угрозы фашистского ига, что освободительное движение в Югославии стало возможным благодаря СССР, отвлекшему на себя большинство немецких дивизий. Потому так глубоки симпатии югославских трудящихся к своим советским братьям, к Советской Армии, и потому так велика их благодарность товарищу Сталину, под гениальным руководством которого советские войска громили гитлеровцев. С именем Иосифа Виссарионовича Сталина югославы связывают все свои думы и чаяния, твердую веру в наступление светлого дня победы.

Для отображения этих лучших чувств югославского народа писатель нашел верные, выразительные краски. Запоминается сцена праздненства в партизанском отряде. Гусляра просят спеть о том, кого всех больше любят югославы.

«Гусляр задумался, потом улыбнулся чему-то своему. Лицо его посветлело, он гордо вскинул голову – и полилась дрожащая, чистая и торжественно-мерная мелодия. Струна пела, как человеческий голос. Слышались призывы, и мольба, и радость.

    Ой, Сталине, ты народни воджа,

    Без тебе се живети не може...

В голосе старика было много душевного волнения, а в словах – много ясной и глубокой любви к Сталину и веры в победу его справедливого

дела. Командиры и политработники ловили каждое слово, каждый звук струны, забыли про еду, перестали дымить сигаретами и чубуками.

Когда старик кончил петь, раздались громкие крики – «За много година Сталину!», «Нека живела Црвена армия!» - и такие дружные аплодисменты, что с дубовых веток, украшавших стены, посыпались листья».

Югославские партизаны от души, искренне радуются каждому новому успеху Советской Армии на фронте борьбы с фашистскими поработителями. Пламя этой борьбы все ярче разгорается и в горах Югославии. Что ни день, все новые фашистские поезда с боеприпасами и другими военными грузами летят под откос, все новые сотни солдат и офицеров не досчитываются фашисты.

Однако, несмотря на самоотверженность и героизм, партизаны не смогли в полную силу развернуть свои действия. Фашистским извергам помогало гнусное предательство клики Тито, которая, выполняя директивы своих империалистических хозяев, сделала все, чтобы ослабить, подорвать изнутри освободительное движение югославских патриотов.

Рисуя в романе зловещие фигуры белградских наймитов империализма, писатель вскрывает их давние преступные связи с врагами рабочего движения и иностранными разведками. Вот что из себя представляет, например, обер-бандит Тито. Сын хорватского кулака. Унтер-офицер австрийской армии. Участвовал в первой мировой войне, но, заботясь о спасении собственной шкуры, позорно дезертировал и оказался в русском плену. Находясь в России, близко сошелся с троцкистами. Тито предал батальон добровольцев, отправившихся в Испанию. Что еще можно сказать о Тито? Демагог, позер, любитель роскоши и кутежей.

Столь же реалистичен и портрет титовского соратника по грязным делам – Милована Джиласа. Сын жандармского офицера, он еще на студенческой скамье сумел войти в «доверие» югославской полиции. Американские хозяева прочили его на пост югославского Геббельса.

А вот физиономия Александра Ранковича. С 1935 года теснейшим образом связан с полицией. Носил различные шпионские клички. В числе других агентов и провокаторов помог в свое время диктатору Югославии Живковичу убить около ста партийных руководителей во главе с секретарем ЦК Джуро Джаковичем.

Удивительно схожи и биографии остальных титовских главарей: Эдуарда Карделя, Моши Пьяде. Все они верой и правдой служили немецкому гестапо, а позже запродали себя американо-английским последователям Гитлера.

Сердце сжимается от боли и гнева, когда читаешь страницы романа, повествующие о гибели многих лучших сынов югославского народа, ставших жертвами титовских палачей. Пал от руки титовцев народный герой Слободан Милоевич, вселявший бойцам любовь к Советскому Союзу, к Советской Армии.

Не стало любимца партизан, командира батальона Томаша Вучетина – одного из главных действующих лиц романа. Пуля предателя оборвала его прекрасную мужественную жизнь. Вот одна из сцен диких расправ над партизанами, совершавшихся по приказу Тито.

«Ряболицый большеголовый председатель дивизионного трибунала с длинными щетинившимися волосами, торчавшими из-под пилотки, как малярная кисть, неторопливо спешился, поправил сбившийся на живот огромный маузер и так же неторопливо подошел к Радовичу.

- Вы были недавно в селе Реповицы?

- Были, - ответил Радович, выдерживая сверлящий взгляд.

- У вас есть такой... Станко Турич?

- Есть. Он коммунист.

- А Стоян Подказарац?

- Это наш герой.

- Где они, эти орлы?

Оба партизана приблизились к рябому коннику, с любопытством глядя на него. Тот, бросив на них быстрый взгляд, поднес к глазам висевшую через плечо планшетку с какой-то бумагой под целлулоидом и хриплым голосом спросил:

- Вы гуляли в Реповцах на свадьбе у селяка Обрема Матича?

- Гуляли, а что? – Стоян улыбался...

- Ваше дело рассмотрел вчера военный трибунал дивизии...»

Едва успел титовский «блюститель порядка» закончить свою речь, как два дюжих молодчика выхватили револьверы и выстрелили партизанам в затылки. Убийство было мотивировано клеветническим обвинением расстрелянных в «нарушении революционной дисциплины».

Но описанный случай меркнет перед фактами массового уничтожения югославских патриотов титовскими торговцами родиной. На верную погибель они бросали целые партизанские отряды. Посылая партизан в сражения против численно превосходящих сил фашистов, титовцы заранее оповещали гитлеровское командование о времени и планах наступления. Что может быть чудовищнее этого!

Значительное место отведено в романе Ореста Мальцева разоблачению закулисного сговора югославских «вождей» с англо-американскими империалистами, уже тогда рассматривавшими Югославию как удобный плацдарм для будущих кровавых авантюр против миролюбивого Советского Союза. Чего стоит, например, циничное признание американского полковника Хантингтона: «Тито – это ключ, которым можно будет при удобном случае открыть себе двери на Балканы. Английские ключи: король Петр, король Михай, король Загу – это ржавые, устаревшие ключи, ими современные балканские двери не откроешь. Надо крепко держать в кармане новые».

К обладанию этими «ключами» и сводилась в основном вся деятельность так называемой англо-американской военной миссии при верховном штабе Народно-освободительного войска Югославии. Официально задача миссии заключалась в оказании помощи югославскому движению сопротивления. Однако, как показано в книге Ореста Мальцева, представители Англии и Америки эту «союзническую помощь» использовали только как средство превращения Югославии в колонию дельцов Уолл-стрита.

Характерен в этом отношении следующий факт. Незадолго до капитуляции фашистской Германии, рухнувшей под ударами победоносной Советской Армии, заокеанские хозяева предложили Тито провести пресловутую операцию «Ратвик», т. е. разрушить железнодорожную линию Скопле-Ниш-Белград, а также другие важные стратегические коммуникации. Цель этой операции заключалась якобы в том, чтобы помешать отходу гитлеровских войск. В действительности же она была направлена на то, чтобы помешать продвижению советских войск, дать англо-американцам возможность основательно закрепиться в стране.

В 1944 году Тито и его штаб перебрались на один из островов под защиту англо-американцев. В Неаполе белградский диктатор встречается с матерым поджигателем войны, злейшим врагом социализма и демократии Черчиллем. Во время этой встречи обсуждаются практические возможности полной оккупации Югославии американцами и англичанами. Но стремительное наступление Советской Армии сорвало тогда осуществление этих авантюристических замыслов.

Пробравшаяся к руководству страной титовская фашистская банда, действуя по инструкциям своих империалистических хозяев, сразу же приступила к ликвидации революционных завоеваний народа.

Широкие массы югославских патриотов ныне ясно сознают, что только путем активной борьбы они могут добиться освобождения Югославии от империалистической кабалы, от титовской фашистской диктатуры.

Дело, за которое борются сейчас все честные югославы, восторжествует. К такому выводу приходит читатель романа Мальцева.

«Югославская трагедия» - волнующая, талантливая книга. Она воспитывает у нас чувство высокой большевистской бдительности, помогает в разоблачении коварных происков американо-английского империализма и его шпионской белградской клики. Горячо рекомендуем роман Ореста Мальцева широкому кругу читателей.

С. Донцов".

("Советский Сахалин", 1952, № 86 (10, апрель), с. 2).

"Хоть не был наш охотник прославленным стрелком…"

"… Зато с родимым краем

Он с детства был знаком".

50 лет назад в советских людях отлично уживались охотничий азарт с гуманизмом:

"Случай на охоте

Это произошло на весенней охоте в районе разлива реки Мокши в Рязанской области. Разлив образовал из большого луга, поросшего мелким кустарником, целый ряд малых и больших островков. Подплыв на резиновой лодке к одному из них, расположенному примерно в полукилометре от нашего бивуака, я обнаружил стайку диких голубей, завтракавших на старом жнивье.

Метрах в тридцати я выстрелил. Стайка голубей, кроме двух убитых, взлетела и, взяв направление на большой остров, вскоре скрылась из виду.

Подобрав убитых голубей, я сел в лодку и поплыл обратно. Каково же было мое удивление, когда я, положив убитых голубей в машину, увидел лежавшего там подраненного третьего голубя. Видимо, в улетевшей стайке был один подранок, который, обессилев, снизился и пытался здесь найти убежище.

Я бережно перевязал перебитое крыло и отнес беднягу в ближайший кустарник.

В. Иф".

("Люберецкая правда", 1967, № 56 (8, апрель), с. 3).

"Новый парк цветист и зелен, всюду радость и уют…"

"… Нам родные - эти ели,

Наш товарищ - этот пруд".

70 лет назад в деле организации отдыха советских людей кое-где на местах наблюдался перекос в сторону увлечения лодками, водками и молодками:

"Дела парковские

Зенковский парк культуры и отдыха требует капитального ремонта. Здесь нужно заново сделать ограду, увеличить количество лодок, выстроить несколько ларьков, ресторан, привести в порядок аттракционы. На все это дирекции парка отпущено 500 тысяч рублей. Есть строительные материалы, имеются плотники. Но парк не ремонтируется.

Директор парка т. Артеменко на работе бывает редко. Больше всего он находится в городе или в командировке. В его отсутствии плотники мастерят чемоданы, сундучки и прочую домашнюю утварь из материалов парка и сбывают все это по рыночным ценам.

Директор парка т. Артеменко и завхоз т. Сафронов чрезмерно увлеклись лодками. Для приобретения таковых они неоднократно выезжали в Новосибирск. Но… безуспешно. В настоящее время они опять в длительной командировке.

Во сколько обойдется профсоюзу лодочное развлечение – трудно сказать, ибо финансовый отчет еще не представлен в горком союза угольщиков. А без этого здесь никак не могут понять, что Артеменко – бездельник.

Л. Иванов".

("Ударник Кузбасса", Прокопьевск, 1947, № 69 (6, апрель), с. 2).

"Как Сталин, родину любить и украшать…"

"… Служить отчизне так

И также мудро править,

Всю жизнь свою,

Всего себя отдать,

Все посвятить лишь ей,

Ее великой славе!"

70 лет назад героически не скрывал от рабочих истинного чудовищного положения дел на шахте советский горный мастер Агрызкин:   

"Перевыполнять план добычи угля за каждые сутки и смену!

Письмо рабочего

Осенью прошлого года в одном вагоне на шахту Черная гора прибыло 28 человек завербованных в Татарской АССР. В числе их был и я со своей женой. В настоящее время из этой группы рабочих осталось всего лишь 8 человек. Остальные, нарушив трудовой договор, бросили работу и самовольно выехали обратно, домой.

Я осуждаю такое поведение своих товарищей. Они принесли большой убыток государству. По-моему, с них следует взыскать все расходы, затраченные на приезд их в Прокопьевск.

Вместе с тем я хочу рассказать, почему некоторые рабочие уходят с шахты. Причина этого, мне кажется, состоит в плохом отношении со стороны больших и малых руководителей шахты Черная гора к вновь прибывшим в Прокопьевск рабочим. Я сам неоднократно испытываю эти неприятности.

В первый же день моей работы в шахте отсталые элементы меня упрекали в том, что я приехал в Кузбасс за длинными рублями. Одним словом, нас хотели запугать шахтой. Но каково же было мое удивление, когда я на другой день узнал, что "страшные" вещи про шахту мне рассказывал горный мастер Агрызкин, руководитель нашей смены. Его безответственная болтовня не оказала на меня никакого влияния. Я жил и живу своими мыслями. Я приехал сюда за тем, чтобы помогать шахтерам Кузбасса успешно выполнить новую пятилетку. Меня поставили на лесодоставку. Я работаю по-ударному, ежедневно перевыполняю государственную норму и зарабатываю от 1.500 до 2.000 рублей в месяц. Мое имя уже дважды было занесено на доску почета, как одного из лучших стахановцев шахты Черная гора.

Жена моя работает откатчицей.

18 декабря, полностью выполнив наряд по доставке леса, я в конце смены помог забойщикам и откатчикам грузить уголь. В обрезном штреке я нагрузил шесть вагонов угля. Эту работу мне горный мастер Агрызкин не записал в рапорт. 13 января я перевыполнил норму лесодоставщика и сверх этого притащил в лаву, где работал забойщик т. Карташов, семь стоек на расстоянии семисот метров. Тот же Агрызкин не только не записал мне этот объем работы, но и еще решил поиздеваться надо мною; он приписал мою работу одному своему знакомому, некоему Лесовицкому.

18 февраля я в два раза перевыполнил норму. В конце этой смены я осмелился спросить у горного мастера, почему одинаковая норма существует при доставке леса на близкое и на далекое расстояние? Горный мастер на это сильно обиделся и заявил:

- Вот поработаешь в шахте еще несколько месяцев, тогда не будешь задавать мне подобные вопросы.

Агрызкин без всякой причины забраковал всю мою ударную работу, сделанную 18 февраля.

Я пытался было пожаловаться на незаконные действия горного мастера. Но не тут-то было. Начальник участка т. Агеев меня выслушать даже не желает. А к начальнику шахты т. Гуляеву не попадешь в кабинет. Около его двери сидит секретарша, которая каждому рабочему заявляет:

- Начальник шахты занят, приема нет.

11 марта помощник начальника шахты т. Дергачев удовлетворил мою просьбу и выписал 50 кгр. мерзлой капусты. В тот же день я уплатил деньги за овощи. Но капусту не получил и до сих пор. Придешь на склад, а кладовщик со мной разговаривать не хочет. Много раз я ходил за капустой, так ничего и не выходил.

На шахте я работаю уже полгода. Но за это время мне не дали ни одной пары белья. Я и моя жена живем в одной комнате вместе с семейным рабочим. Об отдыхе в таких условиях говорить даже не приходится.

Я решил больше не обивать пороги шахтовых чиновников. Прошу городскую газету воздействовать на тех людей, кто беззаботно, бездушно относится к нуждам и запросам новых рабочих.

М. Загорулько.

Лесодоставщик шахты Черная гора".
("Ударник Кузбасса", Прокопьевск, 1947, № 69 (6, апрель), с. 1).

"В нашем обществе идет движенье по спирали…"

"…Что не сперли прошлый год, 

В этом поспирали".

50 лет назад в надежных руках была ночная охрана советских птицефабрик:

"К чему привели полумеры

Из зала суда

Поздней осенью прошлого года на второй ферме Томилинской птицефабрики случились два происшествия. Ночью три преступника с мешками и корзинами проникли на территорию домиков с птицей и пытались наполнить эту тару курами. Но любителям курятины едва удалось спастись бегством … с пустыми руками.

Однако через 20 минут, теперь уже двое с корзинами, опять очутились у домиков и снова занялись затариванием живой птицей.

Сторож Мазаев скомандовал: "Ни с места!", выстрелил из ружья вверх. Но жулики оказались людьми "с опытом", они воспользовались тем, что сторож стал перезаряжать ружье, навалились на него, избили и с корзинами, полными кур, двинулись к забору. Преследуя преступников, охранники вынудили их бросить корзины и торопливо удалиться опять ни с чем. Охрана, как видите, была на высоте.

А вот в сельхозрабкоопе им. Тельмана продовольственный магазин остался без охраны. Этим незамедлительно воспользовались двое. 5 января они ломом взломали дверь подсобного помещения и похитили оттуда ящик водки на сумму 64 руб. 70 коп.

Теперь наступило время назвать фамилии любителей поживиться за государственный счет. Все три преступления связаны с именем помощника мастера фабрики им. Октябрьской революции Анатолия Ларина. Это он в первом случае после пьянки вовлек в группу Фадеева и Филатова и вместе с ними организовал нападение на птичник. Это он во второй раз вместе с Фадеевым совершил грабеж и нападение на сторожа Мазаева. Ларин вместе с рецидивистом Гущиным с ломом в руках обворовал и магазин в Островцах.

Возникает вопрос: как мог помощник мастера дойти до организации воровской шайки?

Ответ мы найдем, познакомившись с личностью Ларина. Круг его интересов был очень узок. Книг никогда не читал, газетами не интересовался, читателем библиотеки никогда не значился, в кино и театры не ходил.

Нельзя сказать, что Лариным не интересовалась общественность: ему неоднократно объявляли выговоры, дважды судили товарищеским судом. Но хотя, по молве и официальным документам, Ларин слыл пьяницей, вором и хулиганом, его все же оставили помощником мастера фабрики.

Полумеры же, как видите, нужного результата не дали.

Организатор серии преступлений А. Ларин приговорен к трем годам, рецидивист Гущин – к четырем, Фадеев – к двум годам лишения свободы. Филатов осужден к двум годам лишения свободы условно.

А. Оводков,

народный судья".

("Люберецкая правда", 1967, № 55 (6, апрель), с. 2).

"Проделал много грязных дел пройдоха в магазине…"

"… Но всё ж на месте усидел

И ходит в прежнем чине". 

65 лет назад в советские магазины всё прибывали и прибывали разнообразные товары:

"Незаменимый продавец

На станции Забитуй в железнодорожном магазине № 56 Зиминского ОРС'а работает продавцом гражданка Чернуха. Она систематически нарушает правила советской торговли. Поведение Чернухи обсуждали на профсоюзном собрании, где был и представитель ОРС'а. Она дала обещание работать честно, по-советски.

Однако, выполнять свое обещание она не собирается. В магазине грязь, товары разбросаны, этикеток нет, прейскуранты, книга жалоб и предложений валяются под прилавком. Да и вообще давать книгу жалоб по требованию покупателей Чернуха не любит.

Недавно в магазин прибыли товары – клеенка, ведра, тазы. Ночью она распродала их знакомым. При открытии магазина товаров уже не оказалось. Комиссия рабочего контроля, представители месткома и парторганизации составили акт об этом и направили его начальнику ОРС'а тов. Подольяну.

Вопрос о Чернухе разбирался на совещании при политотделе станции Зима. Начальник политотдела тов. Портнягин дал указание тов. Подольяну немедленно снять Чернуху с работы.

Несмотря на это, Чернуха продолжает творить беззакония, а начальник ОРС'а тов. Подольян покрывает ее дела.

С. Кулаков".

("Восточно-Сибирская правда", 1952, № 81 (4, апрель), с. 2).

"Верная ленинским заветам, достойная отцов и матерей…"

"… Юность продолжает эстафету

Во имя счастья,
Во имя счастья,
Во имя Родины своей!"

30 лет назад в СССР заграничные сигареты из магазина "Березка" считались общенародным достоянием:

"В Москву… не за песнями

… Когда на заседании комиссии приходится рассматривать проступки несовершеннолетних или знакомиться с их образом жизни, приходишь к выводу: чаще всего ребята переступают грань закона, рамки нашей морали из-за того, что у них не сложилось четкое понятие, где хорошо, где плохо.

Никого не насторожило, когда Алексей Соловьев, Дмитрий Сошнев, Алексей Крючков утром не пришли на уроки. Все они учатся в люберецкой школе № 10, живут по соседству друг от друга в микрорайоне завода имени Ухтомского. Не пошли они в школу, потому что договорились поехать в Москву. В Краснопресненском выставочном комплексе, где находится магазин "Березка", Соловьев, назвавшись работником магазина Михеевым, вошел внутрь торгового предприятия и похитил два блока заграничных сигарет. Неожиданным ли стало в школе известие о правонарушении, допущенном ее воспитанниками? Явилось ли оно сюрпризом родителям А. Соловьева, Д. Сошнева, А. Крючкова? За уклонение от воспитания детей взрослые подвергнуты штрафу по 30 рублей.

Спору нет, контроль необходим. Но, видно, мы упускаем такие моменты, как воспитание у детей чувства гордости за родной край, уважения к общенародному достоянию. Пятно проступка может лечь на всю жизнь, и поэтому надо неустанно внушать: береги честь смолоду.

В. Копнева,

член комиссии по делам несовершеннолетних при исполкоме Люберецкого горсовета".

("Люберецкая правда", 1987, № 56 (4, апрель), с. 3).

"Над Рио-де-Жанейро тёмной ночью…"

"…Буквами, пылающими во мгле,

"СТАЛИН"

Вывел бразильский рабочий

На самой высокой скале".

  

65 лет назад советские люди единодушно благодарили родного и горячо любимого товарища за 30-процентное снижение цен на "соусы-майонезы" и соль:

"Будем трудиться с еще большей энергией

Волнующая весть о новом снижении государственных розничных цен на продовольственные товары с быстротой молнии разнеслась среди работников Южно-Сахалинского телеграфа.

…У репродукторов собрались связисты. Они внимательно слушают текст Постановления Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б). Единодушно одобряя решение партии и правительства, работники телеграфа выражают чувства глубокой признательности и горячей благодарности великому Сталину – вождю и другу трудящихся.

- От всей души мы благодарим родного и горячо любимого товарища Сталина, нашу партию и Советское правительство за заботу о простом советском человеке, - говорит механик тов. Козлов. – Мирный бюджет Советского Союза на 1952 год, единогласно принятый Верховным Советом СССР, и новое снижение цен на продовольственные товары – это новый удар по американо-английским поджигателям войны.

В ответ на сталинскую заботу мы будем трудиться с еще большей энергией, отдавая все силы делу дальнейшего укрепления могущества любимой Родины, во имя мира во всем мире, во имя победы коммунизма в нашей стране".

("Советский Сахалин", 1952, № 80 (3, апрель), с. 1).

"На алмазной горе величавой имена начертает народ…"

"… Всех героев и первым по праву –

Ким Ир Сена – кто к славе ведет".

 65 лет назад велика были ненависть советских людей к тем, кто сеял бактерии в Корее:

"Март в Пхеньяне

Вот и пришла в Пхеньян весна.

Зеленеет первая нежная травка, пробиваясь из-под камней, которые покрывают "крыши" убежищ. Сошел лед на Тедонгане, и река забурлила, посинела, готовая вот-вот броситься на берег. Рано утром первые птицы – вестники тепла – слетаются к воронкам, наполненным водой, и, жадно взмахивая клювами, пьют.

Весна пришла в Корею. Но в синем небе попрежнему грохочут самолеты. Враги не хотят, чтобы люди радовались весне, теплу, солнцу, полям, готовым принять зерно будущего урожая. Первая рыба, выловленная в Тедонгане, заражена смертельным ядом. Беззаботные птички, чей щебет веселит детей, несут в своих крохотных тельцах микробы смерти, а по залитой солнцем земле расползаются насекомые, выращенные в бактериологических лабораториях и пропитанные чумными и холерными бактериями.

Американцы отняли жизнь у сотен тысяч невинных людей, отняли кров у миллионов. Теперь они хотят отнять у корейцев весну, окрасить это светлое слово в зловещий, ядовитый трупный цвет. Они хотят, чтобы люди боялись веселых весенних потоков воды, пенья птиц, запахов земли.

Но нет в мире такой силы, которая могла бы остановить победную поступь весны, которая могла бы убить в людях благороднейшие чувства любви к родной земле.

Идет весна по корейской земле, и необычайные признаки сопутствуют ей в этом году. Отряды юношей и девушек в белых санитарных халатах берут пробы в каждом весеннем потоке, распыляют по пробуждающейся земле сильно действующие противоэпидемические средства, которые побеждают ползучую, летающую, копошащуюся смерть, подосланную американцами.

Штаб по борьбе с бактериологической опасностью работает день и ночь. В городском народном комитете Пхеньяна постоянно людно. Приходят и уходят врачи, вербуются новые и новые дружины добровольцев-санитаров. Каждая улица, каждый клочок земли на ней – под неослабным вниманием. Тысячи глаз следят за падением бактериологических бомб. Их сразу же обезвреживают, насекомых убивают, вылавливают, предупреждая их ядовитые укусы.

В записной книжке сбитого американского стервятника – майора Девиса – остановила наше внимание такая многозначительная фраза: "В Корее скоро начнется весна. Она будет особой весной, весной миллионов азиатских насекомых".

Смысл этой, казалось бы, туманной фразы сейчас расшифрован с предельной ясностью. Матерый бандит Девис, слывший в Пентагоне "самым знаменитым летчиком реактивной авиации", злорадно готовился забросать Корею бомбами с живой начинкой. Он тоже не отказал себе в удовольствии записать свои мысли по этому поводу.

Но Девис разбился вместе с самолетом, так и не поразвлекшись вдоволь сбрасыванием новых снарядов, а те, кому он готовил ужасную смерть, спокойно столкнули почерневший разбитый самолет в глубокий ров.  Знаменитый американский "асс" оказался раздавленным, как миллионы американских клопов, заброшенных им и его земляками в Корею. И как зловоние, исходящее от этого лихого техасца, воспринимаешь циничную запись в его памятной книжке.

Не страх, а великий благородный гнев, священная ненависть к потерявшему человеческий облик врагу владеют сейчас миллионами корейцев.

Ночью в Пхеньяне люди плохо спят: опять начались зверские бомбежки, опять горькая пыли от тяжелых бомб проникает в глубину подземных убежищ, опять санитарные автомобили гудят в темноте, увозя раненых, искалеченных, умирающих людей. Но каждую ночь в укромных местах трудятся наборщики, печатники, метранпажи, готовя свежие номера газет. Корреспонденты Центрального телеграфного агентства Кореи, несмотря на воздушную тревогу и взрывы бомб замедленного действия, спешат сдать прямо на талер последнее сообщение о только что закончившейся бомбежке, о кровавых итогах очередного американского зверства.

И утром, хоть и неспокойно прошла ночь, на улицах у газетных витрин военного времени – на уцелевшей чудом стене дома, прямо на камнях, на которых водружены спешно прибитые доски, появляются свежие газеты. Возле них постоянно толпится народ. Здесь останавливаются на минутку спешащие на работу рабочие. Придерживая на голове корзины, наполненные овощами, задерживается домашняя хозяйка, возвращающаяся с рынка. Словно застывает на месте старая женщина в широкой белой одежде. Она неграмотна, но ей все прочтут, расскажут, объяснят.

Пожилой рабочий торжественным голосом читает сообщения о митингах, которые проходят в далекой и близкой Москве, в городах и селах Советской страны. Он читает медленно, отчеканивая каждое слова, стремясь передать всю ненависть и гнев русских братьев к тем, кто сеет бактерии в Корее. Немолодая женщина в домотканной одежде крестьянки смотрит на чтеца широко раскрытыми глазами. Слезы катятся по ее лицу, уже обожженному весенним солнцем. Мальчуган держится за ее юбку. Это ее младший сын. А двое старших погибли от холеры, укушенные какими-то странными зеленоватыми мухами, неизвестно как появившимися зимой…

- Не плачь, - ласково говорит молодая кореянки в одежде солдата. – Не у тебя одной большое горе. Народы сумеют обуздать зарвавшихся американских бандитов. Ты слышишь – с нами Москва, с нами Сталин, с нами все честные люди мира.

- Весь мир шумит, как море, - говорит старик в круглой черной шапочке, какую носят в Москве академики, и все замолкают, прислушиваясь к словам этого человека, который прожил на земле уже более шести десятков лет. – И если море тронется, то нет скалы, которая бы устояла на пути бушующих волн…

Никто не задает вопросов. На востоке любят пословицы, умеют разгадывать их тайный смысл. И каждый как бы видит бушующее, разгневанное человеческое море и скалы, уже подточенные нарастающим прибоем, готовые вот-вот рухнуть.

Город давно проснулся. Крестьяне несут в корзинах первые плоды весны. Зеленые стебли лука и первую поросль молодого чеснока. Пробегают рабочие с тачками, наполненными песком и щебнем. Весна – это даже в войну время строительства. Торопливо проходят санитарные отряды. Вот невысокая девушка с круглым лицом, на котором ласковое солнце уже оставило золотую россыпь веснушек, остановилась возле собравшихся.

- Справки об уколах, - говорит она требовательно и властно. Все торопливо лезут в карманы и кошельки, и десятки рук протягивают девушке аккуратные кусочки картона, снабженные увесистыми печатями. Девушка удовлетворенно кивает головой и идет дальше.

Над Пхеньяном – гордым, стойким, непобедимым городом – стоит весеннее солнце.

Ирина Волк,

специальный корреспондент "Литературной газеты".

Пхеньян, 31 марта. (По телеграфу)".

"Литературная газета", 1952, № 40 (1, апрель), с. 4).

"Юные гости кремлёвских палат балом взволнованы и очарованы..."

"…Члены правительства рядом стоят

И, улыбаясь, глядят".

 60 лет назад советская трудовая молодежь не подсаживалась на рокк-н-ролл под джазовую музыку:

"Быт и нравы за рубежом

Париж, 1 апреля (ТАСС). Вчера в одном из крупных танцевальных залов Западного Берлина произошло событие, весьма характерное для быта и нравов так называемой "золотой молодежи" в странах Западного мира.

Как известно, в Западной Европе сейчас все более входит в моду вывезенный из США новый танец рокк-н-ролл, при исполнении которого джазовая музыка и непристойные движения доводят до исступления молодых бездельников обоего пола.

Как сообщил западноберлинский корреспондент агентства Франс Пресс, вчера в западноберлинском танцевальном зале около 2500 исполнителей и зрителей пришли в такое неистовство от рокк-н-ролла, что поломали кресла и начали ломать пол. Полиция прекратила танцы и арестовала 30 человек. Однако на этом дело не кончилось. Участники танцев, по выражению корреспондента, "помешанные на джазовой музыке", начали бросать камни в окна и стены танцевального зала.

Наряды полиции вынуждены были разгонять разбушевавшихся поклонников американской "культуры".

("Восточно-Сибирская правда", 1957, № 77 (3, апрель), с. 4).