"С детства в горах полюбил он рассвет..."

"...Вольный простор и орлиный полет.

Юноша смуглый пятнадцати лет
Встал на борьбу за народ".

70 лет назад со свойственной его творчеству мужественной сдержанностью и лирической интонацией пресмыкался действительный член академии наук Грузинской ССР Г. Н. Леонидзе:

"Георгий Леонидзе

Слово любви

Творец, строитель грядущего!

Ленина друг!

Горный орел!

Ты - наш родной!

Это больше,

Чем гениев всех ореол!

Родина слово любви к тебе

Передать повелела нам.

Славим мы ветвь, из которой

Была колыбель твоя сделана.

Шлют тебе низкий поклон

Снеговые кавказские выси,

Милый твой Гори,

Батуми

И тысячезвездный Тбилиси.

Благодарит тебя вся

Родная страна.

Цвет свой тебе простирает

Молодого мира весна.

Всем угнетенным,

Кто хлеб ест,

Политый слезами,

Имя твое осеняет

Дорогу к свободе,

Как знамя.

Каждый день твоей жизни

Страна отмечает победами.

Ты - свет побед человечества

Над войнами,

Рабством и бедами.

"Сталин - это народ, —

Говорим мы, -

Народ - это Сталин!

Ты - воля, ведущая мир

К коммунизму,

К сияющим далям!"

Ты - всенародное,

Ты — незакатное

Солнце вселенной!

Радуй нас долгою жизнью,

Весной, расцветающей

В сердце у нас!

Перевел с грузинского Владимир Державин".

("Правда", 1949, № 360 (26, декабрь), с. 2).

"Нет на свете уголка такого, нет такого места на земле..."

"...Где бы люди не слыхали слова,

Сказанного Сталиным в Кремле".

70 лет назад советские люди с  интересом знакомились с новейшими образцами китайского художественного сервилизма:

"Чжу Цзы-Ци

Путеводная звезда человечества

Сколько на свете поэтов

Воспели Сталина!

Сколько на свете портретов

Родного Сталина!

Как волны морские, звучат голоса:

Великий друг

Сталин!

Вздымаются, точно густые леса,

Миллионы рук:

Сталин!

Ленинский путь лежит перед нами.

Сталин – солнце моей страны.

Сталин – светлое, яркое пламя,

Победившее тьму войны.

С именем Сталина встали под знамя

Нашей великой Отчизны сыны.

Мы преисполнены волею твердой

Так перестроить весь шар земной,

Чтобы жили народы единой, гордой,

Свободной и нерушимой семьей.

Как пальцы с ладонью

Неразделимы –

Народы и Сталин

Неразделимы.

Сталин! Каждый день твоей жизни –

Счастье для мира и для людей.

Ты – человек, отдавший Отчизне

Каждую искру своих идей.

Ты, проложивший первые тропы,

Путь указавший любому из нас.

Ты спас Россию,

Ты спас Европу,

Ты спас Китай –

Весь мир ты спас!

Народы мира славят тебя!

Спасибо тебе, Сталин!

Через болота, моря, леса,

Через глухие дали

Ты слышишь миллионов людей голоса:

- Спасибо тебе, Сталин!

Перевел с китайского

Б. Балашов".

("Литературная газета", 1949, № 103 (24, декабрь), с. 4).

"Он с нами всегда и повсюду..."

"...Он рядом с тобою, со мной —

Спокойная твердая поступь,
Отцовский заботливый взгляд.
Посмотрит — и, словно, одарит
Лесной соловьиной весною;
Пройдет — и в далекой пустыне
Тенистый раскинется сад".

70 лет назад в СССР редкое изделие не отправлялось в полет прямо с завода:

"Емилиан Буков

Песня о вожде

В цветущих садах, на полях и заводах

рождается песня – и сразу в полет!

В ней славят Вождя дорогого народы,

в ней Родина наша о счастье поет.

То песня труда и ликующей жизни,

в ней нашей свободной Молдовы расцвет...

Со Сталиным в сердце шагает Отчизна

путем пятилеток, дорогой побед.

Кремлевские звезды горят над планетой,

земля не видала светлее лучей,

и не было песни прекраснее этой,

и не было в мире любви горячей.

Родная Отчизна сияет огнями

великих побед и великих работ,

и Ленина – Сталина алое знамя

ее от победы к победе ведет.

Перевел с молдавского

Марк Соболь".

("Литературная газета", 1949, № 103 (24, декабрь), с. 1).

"Друг другу сказали среди развалин..."

"...Если от горя нечем дышать,

Произнеси только слово "Сталин" —
И к подвигам будешь готов опять".

70 лет назад невелики были шансы на то, что товарищу Сталину сильно понравится его портрет, присланный французскими коммунистами:

"Мих. Матусовский

Баллада о портрете

Коммунисты французского города Медона посылают в подарок товарищу Сталину его портрет, сделанный в трудные дни оккупации в лагере рукою русского солдата.

Боец был ранен в городе Орле,

Лежал он на обугленной земле

В подшлемнике, в плаще, от крови рыжем.

Он найден был среди разбитых стен,

Фашистами захвачен в плен

И выслан в лагерь где-то под Парижем.

Там он лежал пятнадцать дней ничком,

Закутав рану носовым платком, -

Его плечо сжимала боль тугая,

Но он вступил с самою смертью в спор,

И выжил мукам всем наперекор,

Врагов своей живучестью пугая.

Делили вместе с ним сырой барак

Француз и чех, бельгиец и поляк, -

Различны их наречия и лица

В рубцах и шрамах незаживших ран, -

То были пролетарии всех стран,

Которые должны соединиться.

Когда погасли в лагере огни,

Явились с просьбой к русскому они:

"Ты можешь оказать услуги людям.

Ты, верно, видел Сталина не раз,

Так нарисуй его, комрад, для нас,

А холст и уголь мы тебе добудем".

И холст широкий сделали они

Из старой обветшалой простыни,

На рамку натянув его косую.

"Я – не художник, - вымолвил солдат, -

Но раз народы этого хотят,

То Сталина для вас я нарисую".

И вот, присев на голую кровать,

По памяти он начал рисовать, -

Словам любви не нужно перевода, -

Он рисовал вождя таким, как он

С любовью навсегда запечатлен

В уме и сердце каждого народа.

Когда он кончил рисовать портрет,

Казалось, к ним в барак пробился свет,

Зажженный человеческой рукою.

И не могли дознаться палачи,

Откуда брезжит этот свет в ночи,

Откуда в людях мужество такое.

А в час, когда ночные патрули,

Проверив списки, медленно ушли,

Дверь заперев железною скобою, -

Держась рукой за стенку, русский встал,

Всех, кто пойдет за ним, пересчитал

И вывел их на волю за собою.

С тех пор повсюду с ними был портрет:

В пыли дорог и в пламени побед,

Во тьме ночей и в мареве рассветов...

Он дал им столько мужества и сил,

Что я уверен твердо, - это был

Один из лучших сталинских портретов".

("Литературная газета", 1949, № 102 (21, декабрь), с. 1).

"Мир обходит Книга Золотая без конца и края..."

"...и поздравить
    Сталина
        стремится
каждая страница".

70 лет назад самым большим кайфом для советского человека было чувствовать тепло правой, более длинной руки вождя и впивать с волненьем его прокуренный голос с похожим на татарский акцентом:

"П. Крученюк

Любимому вождю

В день, что стал великим праздником для света, -

Пусть не мне – другому суждено судьбой

Чувствовать тепло руки отцовской этой

И впивать с волненьем голос твой родной.

Делегату ль Гори день чудесный этот

С земляком великим встретить довелось,

Или виноградаря в Кремль к тебе с приветом

Отрядил молдавский молодой колхоз, -

Кто б он  ни был, этот человек, - я знаю,

От какого б места ни привез привет, -

Из Иркутска, Ялты, Праги иль Шанхая, -

Всюду, где сияет звезд кремлевских свет,

Всею силой жизни, всею правды жаждой,

Обретенной в трудной и большой борьбе,

Каждым сердцебиением и кровинкой каждой

Мы желаем долгих, долгих лет тебе.

В день, что стал великим праздником для света,

Мир к тебе достойных снарядил сынов.

В их рукопожатьях, в их словах привета –

И моя сыновья верная любовь.

Перевела с молдавского

З. Шишова". 

("Литературная газета", 1949, № 102 (21, декабрь), с. 3).

"Ночную мглу прорезал взлет ракеты..."

"...И первый взвод пошел в свой первый бой.
Газетный лист со сталинским портретом
Красноармеец уносил с собой".

70 лет назад советские люди из научных трудов особенно выделяли боевые, а среди поэтических сборников выше других ценили звонкие:

"С. Маршак

Великое имя

С этим именем герои

Шли дорогой боевой.

С ним на подвиг вышла Зоя,

Поднял знамя Кошевой.

С этим именем герои

Шли на подвиги труда,

На Днепре плотину строя,

Воздвигая города.

Этим именем отмечен

Основной закон страны.

Дважды им увековечен

Сталинград – герой войны.

Называют имя это,

Вспомнив чкаловский маршрут,

Книгу звонкую поэта,

Боевой научный труд.

Для народов это имя –

Символ тесных братских уз.

Нет союза нерушимей,

Чем Советский наш Союз.

Угнетенные народы

Отдаленных стран земли

Знамя мира и свободы

В этом имени нашли". 

("Литературная газета", 1949, № 102 (21, декабрь), с. 2).