пятница, 25 мая 2018 г.

"За решеткой в голубом быстро ласточки скользили…"

"…Коротал я время сном 
В желтых клубах душной пыли".


65 лет назад советских людей на службу в вытрезвители  подбирали по фамилиям:
"Три часа в медицинском вытрезвителе
Репортаж
- Махну на острова, на лоно природы, - решил Сергей Сибиряков, багажный раздатчик резерва проводников Станции Иркутск-I, оформляя очередной отпуск.
Но, получив деньги, он оказался не у костра на берегу Ангары, а... в медицинском вытрезвителе.
- Прибыл в ваше распоряжение, - не видя никого, но смутно понимая, куда он доставлен, едва ворочая языком, произнес Сибиряков и свалился на диван.
Оформив отпуск, Сибиряков подкрепился солидной дозой спиртного и пришел на вокзал. На перроне он почувствовал себя "героем", а закончил свои похождения дракой с Иннокентием Чемизовым, приехавшим в Иркутск из Забитуя. Чемизов, как и Сибиряков, немало в этот день причинил неприятностей гражданам. В электричке он поднял дебош, терроризировал пассажиров.
- Скажите, - спросили мы начальника вытрезвителя, старшего лейтенанта Мефодия Дмитриевича Морозова, - часто у вас бывают такие вот случаи, как с Сибиряковым и Чемизовым?
- К сожалению, часто, - ответил Морозов. – И, вероятно, потому, что в последнее время общественность ослабила борьбу с пьяницами и хулиганами. На днях,
например, к нам был доставлен некий Филипп Иванович Проскурин, грузчик резерва проводников станции Иркутск-I. Скандал отменно, а наутро еще обиделся, что с него взяли плату за медицинское обслуживание. О поведении Проскурина мы поставили в известность администрацию резерва, где он работает, и надо надеяться, что за все свои выходки этот пьяница получит по заслугам.
Беседа с начальником вытрезвителя неожиданно прервалась. В дверь с шумом и криком "лови его, лови" ввалился в сопровождении сотрудников милиции пожилой человек в невменяемом состоянии.
- Знакомая личность, - сказал дежурный лейтенант медицинского вытрезвителя Александр Иванович Полканов. – Это Яков Андреевич Большешалов, дворник. Допился до того, что свалился у входа в театр музыкальной комедии.
Не успел дежурный принять этого "больного", как снова в коридоре послышался шум, сопровождаемый песней "Шумел камыш".
Высокий молодой человек потрясал какими-то документами. Выяснилось, что он – Федор Гаврилович Хазов, работник Иркутского леспромхоза, "долго искал главного архитектора города, чтобы получить разрешение на постройку дома, не нашел"... и оказался в чайной.
За три часа в медицинском вытрезвителе сменилось много любопытных картин.
В вытрезвитель доставили группу пьяных людей.
- Я техник-лейтенант, - отрекомендовался инвалид второй группы Василий Иванович Серкин. – Получаю 517 рублей.
- А зачем пьете? – спрашивает Серкина дежурный лейтенант?!
Оказывается, у Серкина "горе": жена не дала пять рублей опохмелиться. Он решил ей досадить, пошел на улицу Красной Звезды и стал попрошайничать. Прохожие "подбросили", собрал рублей двадцать, выпил и... угодил в вытрезвитель. Впрочем, Серкин завсегдатай вытрезвителя. Был в нем, как он вспоминает, раз пятнадцать.
Смакуя, Серкин хвалится:
- Забрали меня в Иркутске втором. Посадили с разными шаромышками, а решетка-то была худенькая. Раскачал я ее и скомандовал:
- Бегите, каторжники! Ну, они и убежали.
- Дворяков, выходи! – говорит дежурный.
Перед ним предстает здоровенный детина. Он вахтер гаража. Семья у него небольшая: жена, тоже вахтер гаража, сын – слесарь автопарка, бабушка и дочка. Дворяковы получают две тысячи семьдесят рублей в месяц. На эти деньги можно жить хорошо, культурно. Но Дворяков идет на базар, встречается с попрошайками, "организует" покупку, так называемой гомыры и... укладывается спать посредине улицы...
...Дежурный допрашивает "бабу" Мотю. Она приехала из Усолья-Сибирского в церковь по случаю праздника.
- Помолилась я в Крестовской, - жалуется Матрена Михайловна Андреева, - и вот... грех попутал...
Андреева курит и приговаривает:
- Видно нет бога, коль он за меня не заступился когда везли в милицию.
Как в калейдоскопе, сменялись в этот день подобные картины в Иркутском медицинском вытрезвителе. К сожалению, здесь они – не редкость и в другие дни.
Прав начальник медицинского вытрезвителя Морозов, когда он говорит, что общественность Иркутска в последнее время ослабила борьбу с пьяницами и хулиганами".
В. Ганженко".
("Восточно-Сибирская правда", 1953, № 126 (30, май), с. 4).

Комментариев нет: