вторник, 10 апреля 2018 г.

"В этом ветре гнет веков свинцовых…"

"…Русь Малют, Иванов, Годуновых, 
Хищников, опричников, стрельцов, 
Свежевателей живого мяса,
 
Чертогона, вихря, свистопляса:
 
Быль царей и явь большевиков".
 


70 лет назад с честью выполнили советские писатели ряд серьезных задач в освещении прошлого новым правдивым светом:
"Правда об Иване Грозном
С. Злобин
Знание истории прошлого позволяет яснее и отчетливее понимать настоящее и предвидеть будущее. Реакционные деятели старой России представляли себе значение исторической художественной литературы и часто пытались
использовать ее в своих целях. Литературная клевета на положительные, исторически-прогрессивные тенденции и образы прошлого была одним из приемов реакции для воспитания рабской психологии в народе.
Одной из жертв такой клеветы в истории России был образ царя Ивана Васильевича, прозванного Грозным. Замалчивая подлинную роль Грозного в процессе формирования русского государства, реакционные писатели восхваляли, как благородных поборников правды, его врагов в боярских бобровых шапках или монашеских клобуках, изменников родины и перебежчиков во вражеский лагерь, подобных Курбскому.
Перед советской художественной литературой встала огромная задача – очистить исторические образы от псевдо-художественной и псевдо-исторической шелухи. С честью выполнили советские писатели ряд серьезных задач в освещении прошлого новым правдивым светом. Ярким примером нового отношения к истории нашей родины является "Петр I" Ал. Толстого.
Раскрыть подлинное значение исторических событий, определивших судьбы нашей страны и ее народов, изобразить рождение великого многонационального могучего государства, призванного сыграть величайшую роль в развитии человечества, провести водораздел между прогрессивными и реакционными тенденциями в прошлом, - вот к чему стремятся советские художники, когда принимаются за изображение истории прошлого.
Именно так подошел к своей задаче В. Костылев в трилогии "Иван Грозный". Писатель мастерски раскрыл образ царя Ивана – государственно мыслящего, умного и беспокойного человека, сознающего ту огромную ответственность за судьбу отечества, которую возлагает на него положение властителя и руководителя великого государства.
Разоблачая историческую клевету на Грозного, как измышление его политических врагов, В. Костылев не поддался соблазну идеализации своего героя. Он показал, как, враждебный реакционному боярству, уничтоживший немало врагов, потерявший мнимых друзей, охваченный недоверием почти ко всем окружающим, царь Иван глубоко и болезненно переживает то, что так мало верных людей вокруг его трона.
Талантливый политический деятель, жадный к знанию, настойчивый и упорный в достижении поставленной цели. Иван Грозный показан вместе с тем, как человек, непрерывно мятущийся, раздираемый противоречиями своего характера. Трагизм положения, однако, не колеблет его принципиальной целеустремленности, его воли. Он знает, чего хочет.
Костылеву удалось подчеркнуть в образе Ивана Грозного самое главное. В трилогии он предстает перед нами, как создатель централизованного государства, сумевший почувствовать потенциальную мощь своей родины и ее народа, понять необходимость выхода России на широкую дорогу мировой истории.
Грозный – умный политик, он старается использовать противоречия в политической жизни Европы в интересах своего государства, стремится найти политических попутчиков, направить одного из своих врагов против другого.
В своем романе В. Костылев создает ряд исторических образов, сопутствующих или противоборствующих Грозному. Просто и убедительно написаны прогрессивные деятели эпохи – пушечный мастер Андрей Чохов, первопечатник Иван Федоров и другие. Ярко и интересно показан молодой Борис Годунов.
Останавливаясь на истории Европы XVI столетия, автор дает яркое представление о жизни тогдашней Европы, он изображает Лондон, охваченный жаждой наживы, Рим с его католическим мракобесием и распутством.
Своей поэтической и реалистической трилогией "Иван Грозный" В. Костылев сделал ценный вклад в художественное освещение исторического прошлого нашей Родины".
"Литературная газета", 1948, № 29 (10, апрель), с. 3).

Комментариев нет: